Другая Грань. Часть 2. Дети Вейтары (СИ) - Шепелев Алексей А. - Страница 93

— Какое уж упрямство у дракона, в его-то положении, — махнул рукой Йеми.

— Не скажи. Луций не может выпустить его на Арену, пока не укротит. Дракон — это тебе не осквип и даже не медведь.

— Пожалуй…

— Вот, а укоротить дракона у Луция пока что не очень получается. Морит голодом, жаждой, но всё без толку.

— Ясно. А при чём здесь отец Теокл?

— Он не так давно был в городе, тоже про новости спрашивал. Я ему про дракона и рассказал. А теперь вот пришел снова, опять про дракона расспрашивал. Только ведь ничего нового я ему сказать не могу: сам понимаешь, гравёр гладиаторской школе не надобен, да и дружбы ни с кем я там не вожу. Стражник один на нашей улице живёт, столкнёмся иногда в харчевне — тут-то я и узнаю новости.

Йеми задумчиво потёр подбородок.

— А отец Теокл обычно где живёт?

— Откуда мне знать? Где-то в глубине Угольного леса прячется.

— Угольный лес, Чёрные горы, Белые горы… — рассуждал вслух кагманец. — Неко, а тебе не кажется, что он пришел попробовать освободить дракона?

Хозяин промедлил с ответом. Он откусил ветчины и хлеба, долго и тщательно жевал пищу, Гость не торопил. Наконец, Тесла произнёс:

— Может и освободить. Мне он про это ничего не сказывал. Чем мог — я помог. А что большего не сделал — не взыщи.

— Так я разве тебя в чём упрекаю? — очень натурально возмутился Йеми. — Давно он приходил-то к тебе?

— Да вчера и приходил. Про дракона расспрашивал и про оборотня.

— Про кого? — вот теперь изумление кагманца достигло предела.

— Про оборотня, говорю. Спрашивал, не идут ли слухи, что оборотень в городе завелся.

— И что?

— Да нет никаких слухов. Уж не знаю, откуда он это взял.

Йеми аккуратно поставил кружку на стол. Сердце трепетало так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Конечно, это могло быть совпадением, но могло быть и следом Рионы. Следом, на который он наткнулся совершенно случайно. Или по воле Иссона, воздавшему верному адепту за то, что в сложной ситуации пожертвовал своим интересом ради помощи ближним. Покинув убежище в Торопских горах, можно было идти по следу похитителей, пусть и остывшему, но всё же следу. Но шансов спасти других детей было намного больше, и Йеми согласился на время отложить спасение племянницы. И вот теперь, приехав в Толу, он неожиданно получил новый след Рионы, гораздо более ясный. Или это всего лишь усмешка судьбы?

— Что-то случилось? — участливо поинтересовался Тесла.

— Нет-нет. Я просто подумал, что в сейчас Толе не скучно: драконы, оборотни, знамения.

— Век бы не видеть ни того, ни другого, ни третьего, — с чувством вымолвил гравёр.

— Знаешь что… Надо мне встретиться с отцом Теоклом. Можешь это устроить.

— Могу.

— Когда?

— Да хоть сейчас. Он в "Ветке можжевельника" остановился.

— Тогда пошли. Чем быстрей я с ним поговорю, тем лучше.

— Кому лучше? — уточнил хозяин.

Йеми вздохнул.

— Ещё не знаю. Но кажется, что и мне, и ему. В любом случае, от тебя не потребуется делать больше, чем ты делаешь обычно.

— Я — мирный человек, но, если нужно…

— Не нужно, — твёрдо произнёс кагманец. И, после короткой паузы, добавил: — Не нужно, Неко. Каждый из нас живёт свою жизнь. Конечно, у каждого есть право выбрать чужую смерть, но мне кажется, что задумываться об этом тебе рановато. Сначала хотя бы на свадьбе у дочки погуляй.

Мужчины рассмеялись, напряжение спало.

— Ладно, допиваем квас и пошли, — махнул рукой успокоенный Тесла.

"Ветка можжевельника" оказалась от дома гравёра в каких-то двух кварталах, и была самой обычной харчевней, каких в Толе не один десяток. Над дверями — вывеска с названием на местном языке и довольно искусно вырезанной по дереву можжевеловой ветвью: для тех, кто не умеет читать, а таких в городе, пожалуй, было побольше половины населения, даже если не брать в расчет невольников-людей. За дверью — большой общий зал с длинными столами и скамьями посредине и небольшими столиками и табуретами у стен. Очаг, стойка, широкая лестница на второй этаж к жилым комнатам — всё как у всех. Обычными были и посетители: ремесленники и подмастерья, купцы и приказчики, стражники и крестьяне.

— Удачно пришли, — резюмировал Тесла. — Вот и Теокл.

Гравёр кивнул на один из стоящих у стены столиков, за которым ужинали мужчина и женщина. Со стороны — обыкновенная семейная пара, немолодой купец средней руки с супругой.

— Почтенный господин Теокл, рад видеть тебя и твою жену в добром здравии.

— И мы рады видеть тебя здоровым, почтенный Тесла, — любезно кивнул мужчина. — Присаживайся. Выпьем пива за встречу?

— Позволь представить тебе моего хорошего друга. Он тоже купец.

— Лечек из Шофа, к твоим услугам.

— Интересуешься посудой?

— Случается, — искренне улыбнулся Йеми и призывно помахал рукой.

— Оловянная, медная, бронзовая? Может быть, серебро?

— Скорее, всё-таки медь, — неторопливо проговорил кагманец. — Канфары под кофе. Обычай пить этот редкий напиток медленно, но верно идёт на север.

Теокл согласно кивнул. По северному. А ведь очень похож на уроженца Лакарского полуострова, да и имя у него аявское. Скорее всего, давно живёт в Заморье.

— Слышал об этом и даже пробовал. Не знаю, что в этом кофе находят.

— Главное — хорошо платят. А там пусть пьют что угодно…

К столику подбежала девушка в сером переднике.

— Что угодно почтенным господам?

— Ламбика мне, вина почтенному купцу и моему другу, а госпоже — мёда, если будет на то её воля, — заказал Йеми, подсовывая служанке серебряную монету.

— Отчего же нет, — мило улыбнулась супруга Теокла, приветливо качнув не столько головой, сколько надетым на неё высоким остроконечным хеннигом.

— А не желают ли господа откушать? — не отставала девица.

— Ты сперва принеси, что спрошено, а потом уж предлагай ещё, — хмыкнул Йеми и наградил её лёгким шлепком пониже спины. Служанка конфузливо хихикнула и поспешила за стойку.

— Значит, канфары, — задумчиво произнёс Теокл.

— Не только, — Йеми подался вперёд, положив локти на стол, и, понизив голос, чётко произнёс. — Меня больше интересует оборотень. Что ты про него знаешь?

Задав вопрос, кагманец откинулся назад. Священник обменялся с женщиной встревоженными взглядами, затем они вместе уставились на гравёра. Тесла шумно сглотнул.

— Почтенные господа. Я знаю вас давно и самой лучшей стороны. Прошу господина Теокла верить господину Лечку так, как он верит мне самому. И призываю к тому же и господина Лечка.

Хландец смолк и вытер рукой вспотевший лоб.

— А я верю, — беззаботным голосом произнёс Йеми. — Господин Теокл должен понять, что я сильно рискую, вступая в дело с незнакомым… купцом. Но должно же быть доверие. К тому же, мы все единоверцы… в смысле — купцы.

— Единоверцы? — внимательный взгляд Теокла словно ощупывал лицо Йеми, но Паук Господаря привык и не к такому вниманию.

— Конечно единоверцы: одному богу молимся.

Тесла жестом подтвердил справедливость этих слов.

— Ну, что я могу сказать, — растерянно пробормотал священник.

К столу вернулась служанка, неся на подносе кружки и чарки.

— А чего говорить? — подмигнул Йеми. — Лучше, выпьем за удачный исход нашего дела.

— За успех выпить всегда полезно, — согласился Тесла.

Глиняные кружки столкнулись с деревянными чарками.

— Будем!

— За успех!

Йеми проводил глазами отшедшую служанку.

— Так что, почтенный Теокл, что ты слышал про оборотня?

— Богом клянусь, почти ничего.

Такая клятва в устах изонистского священника стоила очень дорого. Йеми успел мысленно посетовать, что знания ускользнули из рук, но Теокл продолжал:

— Мои друзья попросили разузнать у верных людей, не ходят ли по Толе слухи об оборотне, вот и всё.

— А зачем это им? — как не слаб оказался след, но всё же нужно было попытаться пройти по нему до конца.

— Не могу сказать. Но могу их спросить.