Смертельная мечта - Бова Бен - Страница 119

Рядом с ним шел радостно улыбающийся Смит.

– А что я вам говорил? – спрашивал он. – Ну, и кто оказался прав? Я, – сам же ответил он. – Ничего подобного вы нигде не видели и, кроме как здесь, не увидите.

– Да, Чак, здесь ты оказался прав. Знаешь что? Мы должны немедленно установить эту штуку в западном крыле. Слышишь? Немедленно!

Они прошли дальше по коридору. За ними на почтительном отдалении шла Вики и улыбалась хитрой, плотоядной улыбкой. Было в этой улыбке что-то кошачье.

«Пора хватать Джэйса», – подумал Дэн, выскользнул из-за стола и бегом бросился в лабораторию. – Он должен быть там», – думал Дэн и не ошибся, – над входом в лабораторию продолжала мигать красная лампа. Дэн открыл дверь и вошел в лабораторию. Техников не было, однако компьютеры работали, а экраны мониторов продолжали светиться. Дэн посмотрел в окно и увидел Джэйса, тот, в шлеме и перчатках, стоял посреди комнаты для испытания программ.

Дэн нагнулся к микрофону:

– Джэйс, выходи. Нам пора поговорить.

Джэйс неторопливо провел пальцем по изогнутым в усмешке губам и произнес:

– Вот как? Ну, заходи.

– Нет, – произнес Дэн. – Ты иди сюда.

– С какой стати, Хосе. Ты хочешь со мной поговорить, значит, ты должен идти ко мне, в мой мир.

– Нет, – решительно ответил Дэн.

– Что так? – в голосе Джэйса послышалось презрение. – Боишься, что я тебя снова пристрелю? Как в тот раз?

Взгляд Дэна скользнул по стоящим в ряд мониторам. Он не знал, какая именно программа включена, на экранах мелькали только цифры, графики и символы, картинок не было.

– Джэйс, я сейчас все тут отключу, – пригрозил Дэн. – Выходи!

– Ты не сможешь этого сделать, парень, – ответил Джэйс. – Как, по-твоему, я включаю программу без посторонней помощи? Дистанционное управление, олух. Видишь? – Он похлопал по висевшей у него на поясе небольшой черной коробке.

Голос Джэйса звучал еле слышно, словно издалека.

– Я все делаю сам, Данно, и разрабатываю программы, и включаю их. И живу я тоже в них, в мире, созданном мной. Ты хочешь поговорить со мной? Пожалуйста. Но только разговаривать мы будем в моем мире.

– Хватит валять дурака, Джэйс. Выходи! Мне надоело спорить с тобой.

– Все, Дэн, я не слышу тебя.

Дэн с ненавистью смотрел на длинную, костлявую фигуру в темной футболке с вышитой золотыми буквами надписью: «О-о-о-очень плохой».

– Дэн, дружище, – продолжал говорить Джэйс, – я отключил наушники. Теперь ты сможешь поговорить со мной только здесь, в моем мире.

– Вот сука, – прошипел Дэн, трясясь от возмущения. Он понимал, что ему не следует входить к Джэйсу, но жажда мести и испытываемое к этому пугалу омерзение толкнули Дэна к полке, на которой лежали шлем и перчатки. Дэн чувствовал себя, как солдат перед боем, он и боялся, и в то же время хотел покончить со всем поскорее.

Рывком Дэн открыл дверь в комнату для испытания программ и вошел внутрь. Джэйс, сложив на худосочной груди тощие руки, поджидал Дэна в центре комнаты. Лицо его было закрыто очками, все, что Дэн мог видеть, – это был полуоткрытый, с желтыми лошадиными зубами рот, расплывшийся в гаденькой, кривой улыбке.

Дэн подключил шлем и тут же услышал голос Джэйса:

– Признайся, Дэн, ты не думал, что мне удастся собрать пульт дистанционного управления для включения программ! Теперь мне никто не нужен, только оборудование и я сам.

– Ну хорошо, я здесь. Давай поговорим.

– Опусти очки, Данно. Только тогда ты будешь здесь.

Дэн выругался, опустил очки. Его сразу окутала тьма. Дэн почувствовал себя жалким и беззащитным. Вдруг перед глазами начали появляться еле различимые белые точки. Их становилось все больше и больше…

Дэн испуганно вздрогнул, увидев себя в открытом космосе. Он плыл в межпланетном пространстве, а почти рядом с ним проносились кометы, сверкали звезды. Вдали, в холодной мгле, Дэн видел вращающиеся эллипсы галактик. Они то зажигались, то гасли, но с такого чудовищного расстояния их пульсация казалась слабой, словно мерцание маленькой свечки. И куда бы Дэн ни взглянул, всюду он видел грозные и таинственные галактики, самая маленькая из которых вмещала в себя миллиарды звезд. Они окружали Дэна, постепенно надвигаясь на него.

– Мы – в прошлом, – прозвучал, словно из ниоткуда, голос Джэйса. Вначале тихий, он вдруг начал набирать мощь. – Сейчас ты увидишь, как все начиналось, – гремел голос Джэйса.

– Джэйс, я пришел, чтобы поговорить с тобой о… – начал было Дэн и осекся, подавленный громовыми раскатами слов Джэйса.

– Замолчи, Данно. Мы поговорим позже. А сейчас дай мне показать тебе все.

Галактика, слабо двигавшаяся вначале, внезапно стала набирать скорость и угрожающе приближаться к Дэну. Это было величественное и пугающее зрелище – в холодной темноте безмолвия на Дэна надвигались тысячи громадных галактик. Дэн знал, что это – одна из первых, созданных «Парареальностью» программ под названием «Возникновение Вселенной». В свое время Джэйс сам хвастал Дэну, что затратил на нее всего неделю. В изначальном варианте эта программа представляла собой двенадцатиминутный безмятежный полет по космическому пространству. Сейчас перед Дэном разворачивалась ее последняя часть, так называемая «большая встреча». Все галактики должны были сойтись в одной точке, после чего происходил чудовищной силы взрыв с выделением колоссального количества энергии. Куски планет разлетались, что символизировало начало жизни современной Вселенной, и программа на этом заканчивалась.

– Джэйс, чего ты мне голову морочишь?

– Замолчи, смертный!

Дэн недовольно вздохнул. Прошло две минуты. «Сейчас включится неземная музыка и пойдет текст, – с раздражением подумал Дэн. – Он расскажет о таинственности и величии природы, и программа закончится».

Галактики выстроились в несколько линий и, словно капли по водосточной трубе, продолжали стремительно нестись в одну точку, сверкающую ослепительно белым цветом. Дэн увидел, как галактики начали удлиняться и образовали тонкие голубоватые лучи.

На какое-то мгновение все застыло, во тьме мироздания сверкала только одна точка. Но это была не звезда, не облако и не молекула…

– Джэйс.

– Это было в самом начале, – прохрипел Джэйс. Видимо, он больше не мог говорить зычным, высокопарным тоном и перешел на шепот. – Я создал Вселенную.

– О Господи, – проговорил Дэн.

– Земля же была безводна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Мой носился над водою.

«Это – конец. Он окончательно рехнулся, – подумал Дэн. – Если он куда и понесется, то только в психушку».

– И сказал Я: «Да будет свет».

Маленькая точечка в самом центре мироздания вдруг начала расти и взорвалась. Яркий белый свет залил все вокруг. Дэн зажмурил глаза и отшатнулся.

– И стал свет, – гундосил Джэйс. – И увидел Я, что он хорош.

– Слушай, Джэйс, не разыгрывай комедию. Ты – не Бог! – негодующе закричал Дэн.

– В моих руках власть над жизнью и смертью, Данно. Разве это не делает меня равным Богу?

Яркий пульсирующий свет окружал Дэна отовсюду. Он закрыл лицо ладонями, но свет пробивался и сквозь плотно сомкнутые пальцы, заставляя глаза слезиться.

Джэйс продолжал вещать:

– Я стану диктовать свою волю президенту Соединенных Штатов. Он будет игрушкой в моих руках. Это ли не совершенная, божественная власть?

– Джэйс, нам нужно поговорить. Перестань паясничать.

– Я поставлю на колени конгрессменов. Они будут боготворить меня и сделают все, что я им прикажу…

– Ну, хватит, Джэйс, ты мне надоел.

– Я не хотел его убивать, – голос Джэйса дрогнул и стал тише. Дэн даже заметил в нем нечто похожее на сожаление. – Поверь мне, Дэн, я не думал, что это убьет его.

– Ты говоришь о Ральфе? – догадался Дэн.

– Ты же сам знаешь, он неоднократно просил меня сделать программу как можно жестче. Он настаивал, чтобы она была максимально приближена к реальности. Так что это не моя вина, а только его.

Свет начал понемногу тускнеть и распадаться на множество поблескивающих облаков.