Второе правило волшебника, или Камень Слёз - Гудкайнд Терри - Страница 125

– Вот у него, наверное, есть упряжка лошадей. От него несет, как от лошади. – Джулия захихикала. – Прошу прощения, это было невежливо. Это все из-за того, что он не хочет раскошелиться на пиво. Он просит чаю.

– У меня чаю больше, чем нужно, – сказал Зедд. – Я могу принести ему сам, вместо тебя.

– Большое спасибо, Рубен. Вот, есть еще чистая чашка.

Зедд наконец доел мясо и огляделся. Компания за столом Оскара успокоилась, да и Оскар перестал икать. Все они теперь слушали печальную песню барда о человеке, который потерял любовь.

Зедд взял чайник и встал из-за стола, но тут вспомнил, что забыл шляпу и трость, и чертыхнулся. Захватив их с собой, он прошел мимо столика, где сидел Оскар. Все же Зедд не мог понять, откуда взялись пузыри. Сейчас Оскар вроде человек как человек, только сильно пьяный.

Волшебник вошел в кабинку, где сидел возчик.

– У меня больше чая, чем нужно на одного, – сказал Зедд. – Я могу угостить тебя, если ты не возражаешь.

Возчик мрачно посмотрел на Зедда. Волшебник улыбнулся. От этого здоровяка вовсе не пахло, как от лошади. Он отодвинул в сторону кнут и молча указал гостю на скамью.

– Спасибо за приглашение. – Зедд сел. – Меня зовут… Рубен. – Он вопросительно поглядел на собеседника.

– Аэрн, – ответил тот. – Чего ты хочешь?

Зедд уселся на скамью, зажав трость между коленями:

– Попить с тобой чаю.

– Чего ты хочешь на самом деле?

Волшебник налил ему чай.

– Хотел узнать, не нужна ли тебе работа.

– У меня есть работа.

– Какая же? – поинтересовался Зедд, наливая чаю в свою чашку.

Аэрн изучающе посмотрел на нового соседа по столу.

Возчик был в длинном плаще, надетом поверх зеленой фланелевой рубахи. Густые, с проседью, волосы висели длинными прядями и почти закрывали уши. Лицо его было морщинистым и обветренным.

– Зачем тебе это знать? – с подозрением спросил он.

Зедд пожал плечами:

– Чтобы решить, не могу ли предложить тебе чего-нибудь получше.

Конечно, он мог бы удовлетворить любые запросы этого возчика, если бы тот потребовал золота, но все же лучше не торопить события.

– Я вожу железо из Тристена в кузницы Пенверро. – Аэрн пристально смотрел на Зедда. – Мы, кельтонцы, если ты знаешь, лучшие оружейники в Срединных Землях.

– А я слышал, что это не совсем так, – заметил Зедд. Аэрн нахмурился. Волшебник продолжал: – Я слышал, что у вас тут делают лучшие мечи во всех трех мирах, а не только в Срединных Землях.

Бард запел новую песенку: о короле, у которого пропал голос, так что теперь он мог только отдавать приказы в письменном виде. Но так как он воспретил подданным обучаться грамоте, то никто не мог прочесть его приказы, и в итоге он потерял не только голос, но и королевство.

– Тяжко возить грузы в такое время года, – после паузы добавил Зедд.

Аэрн усмехнулся:

– Хуже бывает весной, в распутицу. Тут и проверяется, кто действительно умеет возить, а кто – только болтать.

Зедд подвинул ему чашку с чаем.

– Работа постоянная?

Аэрн наконец взял чашку.

– На хлеб хватает.

Зедд потрогал кнут.

– Он-то и помогает тебе кормиться?

– По-разному можно обращаться с лошадьми. – Аэрн окинул взглядом толпу гуляк в зале. – Эти дураки считают, что можно всего добиться кнутом.

– А ты так не считаешь?

Возчик покачал головой:

– Я щелкаю кнутом, чтобы привлечь внимание лошадей, но лошади слушаются меня потому, что я вышколил их, а не потому, что хлещу кнутом. Если придется туго, лучше иметь лошадей, которые тебя понимают, а не таких, которые бегут, когда их ударишь. В горах уже и так гниет довольно костей, и человеческих, и лошадиных. Не хотелось бы, чтобы к ним прибавились и мои.

– Похоже, ты свое дело знаешь.

Аэрн поглядел на богатую одежду Зедда.

– А у тебя что за работа?

– Садоводство, – улыбнулся волшебник. – Лучшие фруктовые сады в мире!

Аэрн фыркнул.

– Ты хочешь сказать, что ты владеешь землей, а другие выращивают на ней лучшие сады в мире?

– Угадал, – рассмеялся Зедд. – Теперь так и есть. Но начинал я не с этого, начинал я работать сам, не жалея сил, выращивал деревья. Я хотел вывести лучшие сорта, такие, каких нет ни у кого. Многие из моих деревьев погибли. Бывало, меня преследовали неудачи, я жил впроголодь… Но я добился своего. Накопив денег, я смог купить землю, снова начал выращивать плодовые деревья, снова работал не покладая рук и сам продавал плоды своих трудов. Со временем люди поняли, что мои фрукты – лучше, и ко мне пришли успех и богатство. В последние годы я стал нанимать работников, чтобы они ухаживали за садами. Но я по-прежнему сам вникаю во все и поддерживаю свою славу. А разве ты не надеешься на подобные успехи в своем деле?

Волшебник улыбнулся, довольный тем, как удачно он сочинил свою историю. Аэрн поставил на стол пустую чашку. Зедд тут же наполнил ее.

– А где же эти сады? – спросил возчик.

– В Вестландии. Я жил там, когда еще не было этих неприятностей с границей.

– А как ты очутился здесь?

Зедд понизил голос.

– Видишь ли, моя жена не очень хорошо себя чувствует. Мы оба состарились, и сейчас, когда исчезли границы, она хочет вернуться на родину. Там, говорит она, есть целители, которые ей помогут. Сейчас она слишком плоха, чтобы продолжать путь верхом, поэтому я и хочу нанять кого-нибудь, кто бы доставил нас к этим целителям. Я заплачу любую цену, которую могу себе позволить, чтобы добраться туда.

Аэрн, кажется, немного смягчился.

– Пожалуй, дело того стоит. И куда вы с ней направляетесь?

– В Никобарис.

Аэрн резко поставил чашку на стол, пролив чай.

– Куда? – переспросил он, наклоняясь к Зедду. – Да ведь сейчас – зима!

– Кажется, ты говорил, что хуже всего ездить весной, – напомнил Зедд.

Аэрн подозрительно покосился на собеседника.

– Это ведь на северо-западе, по другую сторону гор Ранг-Шада. Если ты из Вестландии отправился в Никобарис, то зачем тебе понадобилось сперва пересекать горы? Теперь ведь тебе придется пересечь их снова.

Вопрос застал волшебника врасплох. Ему пришлось на ходу соображать, что ответить.

– Я родом из мест неподалеку от Эйдиндрила. Мы собирались сначала отправиться туда, а потом в Никобарис. Поэтому я и решил поехать на юг и на северо-восток, к Эйдиндрилу. Но Эльда, моя жена, заболела, и теперь нам надо ехать к целителям, чтобы ей помочь.

– Лучше было сразу ехать в Никобарис, не пересекая гор, – сказал возчик.

– Значит, Аэрн, – улыбнулся Зедд, – ты всегда знаешь, как исправлять прошлые ошибки, так что ты мог бы научить меня, как прожить жизнь заново?

Аэрн засмеялся:

– Навряд ли. – Он ненадолго задумался, потом вздохнул. – Знаешь, Рубен, это дело непростое. Ты предлагаешь такое путешествие, которое сулит многие беды. Не сказал бы, что меня тянет в те края.

– Вот как? – Зедд внимательно оглядел зал. – Тогда скажи мне, кто из присутствующих смог бы выполнить такую работу? Кто здесь лучше тебя знает свое дело?

Аэрн хмуро посмотрел на толпу.

– Я не говорю, что я – лучше всех, но у многих тут больше болтовни, чем дела. Я не могу назвать ни одного, кто справился бы с такой работой, о которой ты говоришь.

– Аэрн, ты просто набиваешь себе цену, – рассердился Зедд.

– А ты, по-моему, пытаешься ее сбить, – спокойно парировал возчик.

Волшебник чуть заметно улыбнулся:

– Кажется мне, что эта работа – не такая трудная, как ты рассказываешь.

Аэрн снова нахмурился.

– А по-твоему, она – легкая?

Зедд пожал плечами:

– Ты и так занимаешься извозом зимой. Я просто предлагаю тебе ехать в другую сторону.

– Ну нет, ты предлагаешь ехать туда, где опасно! Говорят, что там, в Никобарисе, война. Если ехать по горным дорогам, потратишь несколько месяцев, а самая короткая дорога – через Галею. – Он понизил голос. – А Галея и Кельтон, я слышал, воюют из-за каких-то границ. Здесь, в Пенверро, люди беспокоятся из-за того, что близко галеанская граница. Об этом только и говорят. Никто не хочет ехать туда.