Гвардия Феникса - Браст Стивен - Страница 78

– Должен признаться, что мне все равно. Если нас поведут к его величеству, у нас будет шанс узнать, за что нас арестовали, и я полагаю, нам удастся убедить его изменить свое мнение о наших персонах. Ну а если мы попадем в тюрьму – что ж, я бы не отказался от отдыха.

– Рада, что вы так любезны, поскольку мне бы не хотелось применять к вам жесткие меры.

– О, обещаю, в том не возникнет необходимости.

– Прекрасно.

– Однако не могли бы вы мне сказать, есть ли у вас специальные указания на наш счет?

– Вам не следует тревожиться. Я получила дополнительные инструкции только на тот случай, если вы окажете сопротивление.

– А если бы мы его оказали?

– Мне приказано всех вас убить.

– Убить?

– Именно.

– Невозможно.

– Приказ звучал именно так, клянусь. Теперь вы понимаете, почему я рада, что вы проявили благоразумие, – мне не пришлось участвовать в кровавой бойне.

– Ну, откровенно говоря, я тоже рад, что все так вышло. А больше вы не получали никаких приказов?

– Если не считать того, что я обязана пресекать попытки побега и препятствовать вашим контактам с другими людьми.

– Как, нам запрещено разговаривать с кем бы то ни было?

– Совершенно верно.

– Ну что ж, – сказал Кааврен, у которого появилась пища для размышлений, – тогда, если не возражаете, я должен поставить об этом в известность своих спутников, чтобы никто из них, случайно заметив знакомое лицо, не осложнил вам жизнь.

– Буду чрезвычайно признательна.

– Я это сделаю немедленно.

– Всегда готова вам помочь.

– Простите. – Кааврен заставил свою лошадь слегка приотстать, пока не оказался рядом с Пэлом, который, как считал тиаса, располагал самым подходящим складом ума для разрешения подобных проблем. – Прошу прощения за то, что прерываю ваш разговор. Но мне необходимо посоветоваться с вами по одному делу.

– Разумеется, – ответил Пэл и извинился перед гвардейцем, с которым беседовал, а затем понизил голос так, чтобы их никто не услышал: – Ну, что случилось?

– Гвардейцы получили следующий приказ: они должны проследить за тем, чтобы мы ни с кем не разговаривали по пути во дворец.

– Проклятие! В самом деле?

– Мне так сказала сержант.

– И что это значит?

– Только то, что наш арест необходимо держать в секрете и, более того…

– Да?

– … Лишить нас возможности защищаться.

– Но тогда, вы думаете?..

– Нас бросят в темницу, и никто не узнает, что с нами сталось, – а потом мы попросту исчезнем.

– Ба! Не может быть. А как насчет нашего эскорта?

– Они получат приказ ни при каких обстоятельствах не упоминать ни наших имен, ни обстоятельств ареста.

– Кто мог отдать такой приказ и, главное, зачем?

– Кто? Сиодра, разумеется. Зачем? Они расстались с надеждой убить нас, ведь мы не стали сражаться, и Лаборю не смогла нас прикончить, как ей было приказано в случае нашего сопротивления…

– Что? Убить?

– Таков приказ – если мы окажем сопротивление при аресте.

– Клянусь Орбом!

– Ну?

– Пожалуй, вы правы, Кааврен. Они хотят, чтобы мы исчезли, не имея возможности доказать свою невиновность.

– Я тоже так считаю. Вот почему и обратился к вам. Мне кажется, вы сумеете что-нибудь придумать.

– Вы не ошиблись.

– Неужели вы уже что-то придумали?

– Почти.

– И в чем заключается ваш план?

Пэл покачал головой:

– Дайте мне несколько минут, я должен собраться с мыслями.

– Очень хорошо, но я прошу вас обратить внимание на то, что мы проходим мимо развалин Башен Волшебства и находимся неподалеку от Сторожевого холма, а значит, скоро окажемся в Крыле Дракона.

– Понимаю. Предоставьте все мне.

– Так и сделаю.

– Договорились.

Пэл вернулся к гвардейцу, разговор с которым прервал Кааврен.

– Прошу меня простить, дорогой сударь, – вежливо проговорил Пэл. – Мне пришлось сказать несколько слов утешения моему другу, впавшему в отчаяние из-за затруднительного положения, в котором мы находимся.

– Я все понимаю, – отозвался гвардеец, его звали Тэк. – Однако нам не следует обсуждать подобные темы.

– О, полностью с вами согласен. К тому же эта тема совсем не так интересна, как проделки императрицы. Неужели вы и в самом деле считаете, что она близка с Триуоллсом?

– Что вы имеете в виду, когда говорите «близка»? – с улыбкой полюбопытствовал Тэк.

– Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду.

– Заверяю вас, кавалер, ни в малейшей степени.

– Но что ж тут непонятного? Вот мы с вами, к примеру, сейчас близки.

– Ну не так чтобы очень – мы ведь не касаемся друг друга.

– Да, но вполне можем, если один из нас протянет руку, мой добрый Тэк.

– И все же мы этого не делаем.

– Но каждый из нас может, стало быть…

– Да?

– В общем, вот что значит «близки».

– Гм… все же я полагаю, что для близости необходимо прикоснуться друг к другу.

– Прекрасно, – кивнул Пэл. – Итак, по вашей терминологии, близка ли императрица с Триуоллсом?

– Ну, – тут гвардеец подмигнул Пэлу, – близка, по меньшей мере следуя вашему определению.

– Ба, – сказал Пэл. – Это не так уж и много.

– Однако, – рассмеялся Тэк, – с моей точки зрения, и немало.

– Близость в соответствии с вашей терминологией, Тэк, гораздо приятнее.

– Тут я не стану с вами спорить, мой добрый Пэл.

– Полагаю, вам это хорошо известно, Тэк.

– Мне? К стыду своему, должен признать, что ни в малейшей степени.

– Ба! Ваша возлюбленная, я уверен, придерживается другого мнения.

– Если бы у меня была возлюбленная, вы могли бы оказаться правы.

– Как? Вы хотите сказать, у вас нет возлюбленной? Но вы весьма привлекательны, производите прекрасное впечатление, я бы не удивился, если бы леди десятками сходили с ума от любви к вам.

– О, многое из того, что вы говорите, правда, но я слишком скромен, чтобы воспользоваться расположением леди.

– Тогда вам следует познакомиться с женщиной, которая знает, как обращаться со стеснительным гвардейцем.

– С удовольствием, только…

– Только?

– Она должна быть благородного происхождения.

– Вам не о чем беспокоиться, я отлично вижу, с кем веду беседу.

– Кроме того, совершенно необходимо, чтобы она была красива.

– Справедливое требование.

– Теперь, надеюсь, вы понимаете, что с такими взглядами я обречен на одиночество.

– Что ж, давайте подведем итоги.

– Я не против.

– Во-первых, она должна быть красивой.

– Конечно.

– Во-вторых, ее происхождение должно быть безупречным, чтобы она подходила такому бравому гвардейцу, как вы.

– Продолжайте, кавалер, я согласен с вами по всем позициям.

– В-третьих, она должна быть готова к близости – в том смысле, в котором мы с вами понимаем это слово.

– Да, и в особенности в том смысле, который я в него вкладываю.

– Понятно.

– Прекрасно.

– И наконец, она должна быть способна преодолеть вашу стеснительность.

– Иными словами, не должна возражать против моей естественной сдержанности и робости – я очень скромный человек.

– Да, – кивнул Пэл, которому пришлось укусить себя за щеку, чтобы не расхохотаться. – Это я и сам заметил.

– Вижу, вы правильно оценили мою ситуацию, кавалер.

– Прошу меня простить, Тэк, но я не до конца понимаю, в чем все же заключаются ваши проблемы.

– Как?

– Совершенно.

– Мне следует объяснить?

– Если вы хотите, чтобы я понял, – да.

– Очень хорошо. Ответ содержится в нескольких словах: где я найду такую женщину?

– И вся проблема?

– Именно.

– Я знаю, как она решается.

– Знаете?

– Разумеется.

– И вы мне расскажете?

– Если пожелаете.

– Пожелаю? Я прошу вас об этом уже битый час.

– Ну что ж, мой ответ носит имя Дженикор э'Терикс.

– Дженикор?

– Да.

– Вы знакомы с ней лично, кавалер?

– Я? – удивился Пэл. – Нет, а вы?