Лестница в небо - Кузнецов Иван - Страница 67

– Чем вызвана…

– Его нельзя пропустить на полигон! Ни при каких обстоятельствах. И мне не хочется уничтожать жизнеформу без крайней необходимости. Поэтому действуй как приказано. Удачи, воин.

Несколько мгновений я искал причины подобного решения. Заложить боезаряды без предварительного согласования – самодеятельность за гранью дозволенного. Формально полномочия позволяли Сину и большее, но почему он не поставил меня в известность?! И этот приказ… Уничтожить то, что с таким трудом удалось вырастить. Иную жизнь. Иную в полном смысле этого слова! Однако Айя тоже говорила о недопустимости контакта инопланетника с жизнеформой…

– Засекли. Минимум четверо. Используют мимикрирующую защиту. Начинаем противодействие. – Сообщение прилетело с одного из внешних постов.

Мимикрирующая защита. Радориане?! Почти наверняка. Но как им удалось вывести из строя оборудование комплекса?!

– Перегруппироваться! Всем звеньям, выслать половину личного состава на участок проры… – Слова застревают в горле. В голове раскаленной ферией бьется: «Нельзя. Ошибка. Молчи». – Всем отходить, – через силу выкашливаю я, и боль почти мгновенно уходит. – Второе звено – перекрыть подходы к энергоцентру, четвертое – постарайтесь задержать нападающих… сколько сможете. – Эмоций подобный приказ не вызывает уже давно. – Остальным отходить к центральному корпусу. – У меня появляется абсолютная уверенность, что основной целью станет именно он.

И в этот момент уснувший иллулиар оживает. Вновь сканеры протягивают через пространство невидимые нити, вновь парит перед глазами карта-схема. Огоньки-воины перестраиваются, стекаются к зданию главного корпуса. Участок прорыва на плане виден отчетливо: из зеленого ожерелья защитников периметра с кровью выдран клок.

Несмотря на то что радориане продвигаются с почти невероятной скоростью, нам удается перестроиться. Четвертое звено встречает врага уже в поселении и выигрывает более полутакта для остальных групп, вступивших в огневой контакт, но вышедших из него без потерь и успевших занять позиции внутри здания.

Короткая передышка.

– Запечатывайте двери. – Я до сих пор не могу остановиться ни на одном из прорабатывавшихся ранее тактических вариантов – слишком быстро радориане прорвали внешнюю защиту, слишком велики к этому моменту потери. Да и то, с какой легкостью врагу удалось выбить, пусть и временно, нашу электронику, необходимо учесть… – Отрубите питание у ворот! Полностью.

На исполнение уходит десятая такта. Теперь радорианам внутрь не проникнуть, не разрушив физически дверные створки или часть стены. Трюки с компьютерами бесполезны.

Я сбегаю на первый этаж, где собрались бойцы. Здесь должен пройти основной оборонительный рубеж. Двух тяжелых киберов пока оставляем в резерве: если придется отступить, они прикроют отход.

Тем временем в энергоцентре идет бой. И складывается он пока не в нашу пользу, хотя шансы на победу остаются. Судя по всему, радориан на том участке немного, основные силы брошены на штурм центрального здания…

«Опасно. Пропустили. Не учли. Уже внутри», – раскаленное щупальце вновь болезненно впивается в затылок и тут же отпускает, словно боится отвлечь от… Гулкий удар. Дверной проем мгновенно превращается в вихрь пламени. Разложить происходящее на детали невозможно: слишком быстро, слишком много объектов вовлечено в смертельный танец.

В какой-то момент я, уходя от очереди, перекатившись, вваливаюсь в небольшой кабинет. Не высовываясь, выкидываю в коридор последний кластерный заряд, выскакиваю через дверь на противоположной стороне комнаты, сминаю замок, оставляя за спиной пусть хлипкую, но все же преграду.

Сдержать атаку нам удалось лишь частично. Радориане сумели закрепиться внутри здания, но подходы к лестницам, ведущим наверх, остались под нашим контролем. Пока…

«Помещение общего управления – точка стремления. Помещение общего управления – точка… Помещение общего управления…» – колючая подсказка в этот раз царапает не столь болезненно. Несмотря на неуклюжесть сказанного, слова не допускают многопланового толкования.

– Третье звено, отойти к центру управления. – Не знаю, почему я так легко принимаю суждения внутреннего голоса на веру. Но если интуиция, спасшая нас во время корабельного боя у Эрона, не обманывает, радориане действительно внутри, и их основная цель – ЦУ, необходимо встретить противника на подступах к главному залу. Пытаться вычислить точку прорыва, растягивать оборону, перекрывая все подходы, – слишком рискованно. А значит, вариантов нет.

Мы успеваем подняться наверх и занять позиции за мгновение до того, как в зале, смежном с ЦУ, грохочет взрыв. Понять, что в точности произошло, невозможно, но это сейчас и не нужно. Главное – заблокировать выход, не выпустить противника в коридор.

Двое бросаются вперед, четверо прикрывают.

Дверь, ведущая в соседнюю комнату, разлетается горящими клочьями. Из глубины помещения вылетают гранаты и легкие боевые киберы. Им не хватает буквально тысячной доли такта: наши лазеры превращают боевые машины в оплавленные изуродованные болванки. Гранаты взрываются с небольшим запозданием, идущие первыми бойцы успевают распластаться, уменьшая зону поражения. Иллулиары удар держат.

Работающая на острие атаки пара вновь пытается пробиться к изуродованному взрывами проходу. Неудачно. Шедшего первым Кари срезают, едва он появляется в дверном проеме Эйс успевает отпрянуть, метнуть гранаты, однако крошечные шарики вспыхивают под ударами радорианских плазмеров, не преодолев и половины пути.

– Итени, мы отходим, не сдержать… – Я не успеваю ответить своему заму, взявшему на себя руководство обороной на первом этаже. Новый взрыв сотрясает пол, и почти одновременно радориане пытаются пробиться в коридор. Очередь одного из них цепляет Эйса, другой плазменной лентой рассекает стоявшего слева от меня воина.

Однако, пытаясь увеличить сектор обстрела, один из радориан слишком раскрывается, выныривает из-за стены, и мне удается зацепить врага, разрядив остатки лазерной поверхности. Втроем добиваем его из плазмеров.

Короткая – на два вдоха – пауза. Я пытаюсь хоть как-то сориентироваться в том, что происходит внизу. Тщетно. Сканеры перегружены, линии техноактивности бессистемно скачут вверх-вниз. Единственное, что успеваю осмыслить, – уцелело не больше трети наших воинов…

Пол сотрясает еще один взрыв, куда сильнее предыдущего. Качнувшись, стараюсь удержаться на ногах, и это спасает мне жизнь. Из комнаты в коридор вываливается какой-то массивный предмет, кажется, стеллаж для аналитмодуля, а следом за ним скользят размытые тени.

Я почти рефлекторно выпускаю очередь, стараясь перекрыть всю плоскость коридора, и, словно продолжая балансировать на уходящей из-под ног поверхности, складываюсь, падаю набок. Перекат – и я оказываюсь в помещении центрального зала вне досягаемости радорианских плазмеров. Не прекращая движения, вскакиваю, разворачиваюсь, чтобы увидеть, как двое наших воинов превращаются в живые факелы.

Неожиданно что-то меняется. Я вижу, как по коридору движется полупрозрачный, подобно призракам из древних сказаний, силуэт радорианина. Будто нет разделяющей нас стены.

Я поднимаю плазмер, веду стволом за противником, готовясь открыть огонь, едва он приблизится к дверному проему… И в этот момент гремит третий взрыв.

Пол качнулся, и я потерял несколько мгновений, пытаясь восстановить равновесие. По стене, съедая бледный узор, побежала уродливая трещина. Сама же стена начала рушиться, потянулась вслед за уходящим полом. А затем в комнату скользнул размазанный силуэт.

Удача была на моей стороне: радорианин двигался больше по необходимости, стремясь выскользнуть из объятий стремительно расширяющегося металлопластикового водоворота.

Я вскинул плазмер так быстро, как только мог, и нажал на спуск, омывая огненным душем пространство перед собой. На размытой фигуре распустился пламенный цветок. Яркая вспышка – капсулы впились в оружие врага. Я успел уловить, как он пригибается, прыгает вперед, стараясь разминуться с плазменной ферией разрядов. Попытался опустить ствол и пропустил тяжелый удар, подбросивший плазмер вверх.