Лестница в небо - Кузнецов Иван - Страница 68

Я не увидел, куда ушли последующие выстрелы: тело пронзил десяток болезненных уколов, резкий удар вырвал из рук плазмер, второй, под колено, сбил с ног.

Я даже не пытался вернуть оружие: в сложившейся ситуации это привело бы к тому, что радорианин, пользуясь преимуществом в скорости, отправил меня в нокдаун и завладел плазмером. Вместо этого я, не вставая, перенес центр тяжести на руки и нанес прямой удар ногой в лицо противнику. Радорианин опрокинулся на спину.

Мне удалось выпрямиться и принять оборонительную стойку. Лазерный укус оказался куда болезненнее, чем я надеялся. Хотя мне следовало радоваться, что после выстрела в упор я вообще остался жив.

Радорианин поднялся на ноги чуть позже меня: пропущенный удар давал о себе знать. Его левая рука безвольно висела вдоль туловища. На груди темнело пятно размером с ладонь, куда пришелся заряд, выжегший маскировочную пленку. Плазмер валялся справа, всего в нескольких шагах, но соревноваться с радорианским иллулиаром в скорости, рискуя раскрыться… Додумать я не успел. Противник ринулся вперед и выбросил здоровую руку, целясь в голову. Я с трудом уклонился, шагнул вправо. Возможно, если мне удастся встать между противником и плазмером, я смогу отпрыгнуть назад…

Удар ногой в корпус я принял на правое предплечье, но уйти от прямого в голень не успел. Мне удалось вывернуться, приземлиться на ладонь и колено. Поднимаясь, я выбросил ногу в сторону радорианина, чтобы прервать его движение, но он просто шагнул в сторону, оказавшись у меня за спиной.

Не пытаясь состязаться с ним в скорости, я наудачу ударил локтем. Удар пришелся в пустоту, а в следующее мгновение радорианин жесткой хваткой впился в плечо. Резкий рывок заставил потерять равновесие, но я даже не успел упасть. Обрушившийся на грудь удар сбил дыхание, перед глазами заплясали разноцветные пятна. Резкая боль, когда безвольно мотнувшаяся голова врезалась во что-то твердое. Кажется, это была стена…

Мир погас и вновь засверкал необычно яркими, теплыми цветами. Я стоял посреди комнаты, а передо мной лежало сливающееся с полом тело. Рядом валялся бесполезный плазмер. Шлем радорианина был проломлен, а моя правая перчатка заляпана какими-то грязными липкими ошметками. Странно…

Я рухнул на колени, внезапно ощутив, как ломит тело. Болезненные толчки в груди, в животе, везде. Кисть скрутило, кажется, пальцы сломаны…

Память возвращалась рывками. Радорианин, уже направивший на меня плазмер, почему-то замирает. Я успеваю откатиться в сторону, а пол взрывается раскаленными брызгами.

Вскочить, отпрянуть, повернуться, наклониться. Выстрелы рвут воздух, и каждый раз мне очевидно, куда придется следующий. А затем я прыгаю прямо на направленный в грудь ствол. Прыгаю, зная, что мне ничто не угрожает.

Успел ли радорианин удивиться моему безумству? Успел ли удивиться, когда вместо шуршания выстрелов раздался тонкий писк – необходима перезарядка? Вряд ли. Он даже не сумел вскинуть руки для защиты от моего единственного удара…

Проломленный шлем, ошметки на перчатке и боль во всем теле.

И яркое осознание того, что бой закончился. Что пробиться к цели радорианам так и не удалось.

– Кэл, тебя можно поздравить с первым ме…

Громкий голос неожиданно наполнил помещение. Фраза оборвалась на полуслове. Я обернулся. Главный терминал проснулся, и в воздухе над проектором плавала стереограмма хорошо знакомого существа. Непривычный светло-голубой иллулиар, откинутый шлем, бледное круглое лицо. Судя по интерьеру за спиной, элиноид стоял в центральном зале третьего полигона. Он молчал, только переводил взгляд с мертвого радорианина на меня. Затем его глаза расширились.

– Ты?! – выдохнул инопланетник. – Опять ты! Как же вы достали… – Он снова впился взглядом в контуры едва различимого тела. – Убил, значит, да? Крутой? Здорово же эта тварь вас поддерживает, если тебе удалось с ним справиться. – Инопланетник запнулся. – Ничего, сейчас я вашему гаду все хелицеры пообрываю, вот тогда у тебя море ощущений случится, можешь не сомневаться. Еще пожалеешь, что под выстрелы Кэла не подставился.

– Кто ты? Зачем все это? – Я спросил рефлекторно, пытаясь выиграть время и сориентироваться в ситуации, но неожиданно понял, что и вправду хочу получить ответ.

– Кто я? Человек с планеты Земля. Без пяти минут Корректор. Скоро стану убийцей твоего крестного папаши или кем вам эта тварь приходится. А цель у землянина, занесенного случаем в космос, всегда одна. – Инопланетник издал короткий звук. – Победить зло и спасти мир. Кстати, следующая наша встреча – последняя. Я запомнил тебя, элианин. Так что советую забиться в самую глубокую нору – дольше проживешь.

– Последняя, – одними губами прошептал я. – Последняя встреча здесь и сейчас.

Син отдал приказ. И места колебаниям больше нет. Иллулиар включен в сеть поселения, а та всегда поддерживала канал связи с полигонами. Но мне нужен был только один. Третий. Код детонации. Активация. Уничтожение.

Инопланетник посмотрел в сторону, снова повернулся ко мне.

– Не работает, да? – Он покачал головой и скривил рот в странном подобии улыбки. – Мы позволили себе заблокировать передачу. Не скрою, и самому интересно, что со мной случится в эпицентре ядерного взрыва, но отложим эксперимент до лучших времен. Тем более что у меня есть дела. Так что готовься, элианин. При следующей встрече сегодняшние фокусы тебя не спасут.

– Остальные мертвы? – Я знал ответ, но было важно потянуть время. Если инопланетник не разрядил бомбы, а лишь изменил кодировку или заблокировал доступ к ним извне… Сколько же осталось на таймере?

– Судьбой соотечественников озаботился? – Инопланетник передернул плечами. – Ничем не могу порадовать. Телепаты уж больно хороши были – пришлось бить в полную силу. Хотя, может, кто и выжил. Мне пора, элианин. Ваш зверек уже заждался: отсюда слышно, как бесится. Беги, прячься, зарывайся под землю. Конец близок. – Инопланетник вышел из фокуса передающего устройства.

– Постой! – Бесполезный крик в пустоту.

Сколько же осталось?!

Ожидание… Сообщение об отступлении второй группы нападавших. Подготовка вездеходов для участия в преследовании. Флаерам было не взлететь – буря становилась все сильнее. Радорианам, оказавшимся на равнине, придется нелегко и без наших охотников, но отпускать врага нельзя.

Настало время позаботиться о себе. Медблок иллулиара сделал все, что мог, но раны были слишком серьезны…

Внезапно стереограмма, транслировавшая пустой зал полигона-три, погасла. Я с запозданием переключился на внешние камеры. Впрочем, особой спешки нет. Грязное, скрытое пылевым прибоем облако только-только распрямилось в рост. Заряды, заложенные Сином, оказались мощнее, чем я ожидал, но до поселения волна разрушений не должна была докатиться.

С момента, когда элиноид прервал разговор, прошло немногим более такта…

– …Почти сразу после этого меня нашли. Погрузили в мед-блок, и я отключился. Эвакуационная группа быстро добралась, несмотря на бурю. Отчеты о последствиях взрыва ты видела. От полигона ничего не осталось; даже попытайся инопланетник сбежать – все равно не успел бы. Остаткам радорианской группы удалось оторваться, их так и не обнаружили. Но подробности преследования поисковая группа лучше расскажет. Дальше ты сама все знаешь.

– Да. – Айя задумчиво покрутила уником. – Теперь твоя очередь, верно? Не обещаю ответить на все вопросы, но знание ты заслужил. Оно и по долгу службы будет необходимо. – Она вздохнула. – Спрашивай, контролер Итени.

– О чем говорил инопланетник? Как связывал нас с жизнеформой на Кие? Себя с Наблюдателями?

– На этот вопрос нет ответа. – Айя отложила уником и, сплетя пальцы, посмотрела мне в глаза. – Точнее, он влечет за собой безответные вопросы. По нашим предположениям, жизнеформа зародилась до Наблюдателей. Возможно, именно так должна была выглядеть жизнь по всей Вселенной. Но что-то произошло. Возникла вторая эволюционная ветвь, породившая в итоге Наблюдателей, нас, радориан. Почему-то Наблюдатели считают жизнеформу опасной или ущербной, отсюда и нынешние конфликты… впрочем, про это я рассказывала раньше. Сотни декад мы росли под руководством и присмотром Наблюдателей. А может быть, и намного дольше – с самого начала. Путь, которым мы шли, казался не просто верным – единственно возможным! Открытие жизнеформы показало ошибочность этого суждения. Мы получили шанс развиваться иначе. Прийти к иному итогу, нежели в далеком прошлом пришли Наблюдатели… Их это не устраивает. Они подготовили для нас место, вымостили дорогу и ждут, что мы придем туда, куда они скажут.