Глина - Брин Дэвид - Страница 72

72

Извозчик хмыкнул и поправил визор, ловко управляя румпелем одной рукой. Я же достал флип-фон, полученный от Каолина.

— Куда звонишь? — поинтересовался Пэллоид.

— А как ты думаешь? Нашему клиенту, конечно. На автонаборе был только один номер.

— Но я… а зачем тогда мы вылезли из машины, если…

Темные глазки блеснули. Пэллоид зашевелил мозгами.

— А, да. Не забудь передать Энею привет.

Будучи дешевой «зеленкой», я не мог выразительно закатить глаза, поэтому оставил реплику приятеля без ответа. Сигнал прошел, оставалось только ждать, кто ответит. Один из сияющих големов или… вдруг сам отшельник — триллионер, укрывшийся за толстым, надежно защищающим от бактерий стеклом в башне своего отполированного особняка. А может, я услышу голос компьютерного аватара, вполне способного отправить сообщение или принять несложное решение.

Я ждал. Глиняным приходится ждать. И хотя наша жизнь коротка, нетерпение — привилегия тех, кто проживает настоящую жизнь.

Между тем мимо нас пролетел Диттотаун с его экстравагантным сплавом грязи и блеска. На некоторых старых зданиях, уже не инспектируемых и не обслуживаемых, имелись предупредительные надписи. И все равно вокруг нас шумела толпа, казалось, не замечавшая ни мусора, ни шатких строений и состоявшая из существ, созданных для одного дня тяжелой работы, но при этом выглядевших куда причудливее и веселее, чем их тусклые и скучные создатели. Рабочие муравьи, благодаря которым цивилизация стоит на ногах, выходили из фабрик и мастерских и либо спешили на конфиденциальные встречи, либо устремлялись выполнять срочные поручения.

Движение впереди застопорилось, и нам пришлось объезжать котлован, отмеченным голознаком:

ГОРОДСКОЙ ПРОЕКТ «РОКСТРАНЗИТПНЕВМО»ВАШИ НАЛОГИ РАБОТАЮТ

Тут же висел анимационный дисплей, демонстрировавший ход работ, в результате которых сеть вакуумных труб должна была охватить весь город. Доставка почты будет осуществляться автоматически, как по Интернету, и за весьма умеренную плату. Разумеется, у проекта были и оппоненты, прежде всего водители маршруток и бронтогрузовиков, жаловавшихся на то, что трубопроводы проходят по самым прибыльным их маршрутам. Время от времени вспышки саботажа задерживали рабочих, напоминая горожанам о давних временах луддитов, когда профсоюзы организовывали настоящие уличные бои, протестуя против диттотехнологий. Дело дошло до того, что обрушившийся от взрыва дом раздавил более четырехсот големов и разметал осколки стекла на десятки метров, в результате чего реальный гражданин, проходивший в трех кварталах от места происшествия, получил порезы, потребовавшие наложения дюжины швов. Вот был скандал!

Однако несмотря на общественное недовольство, «Всемирные печи» и другие диттопроизводители пролоббировали принятие решения во всех городах. Нельзя же упускать такую прекрасную возможность обеспечивать миллионы клиентов свежими заготовками ежедневно, быстро и дешево. Чем меньше времени уходит на доставку и хранение в холодильниках, тем довольнее покупатель. Тем больше заготовок он закажет в будущем.

Под жизнерадостным голознаком сновали рабочие, перетаскивая на спинах корзины с мусором, укладывая керамические трубы, способные выдержать высокое давление. На таких производствах используются модели «эпсилон» — самые простые, не сознающие своей личности дитто. У них нет ни душевных переживаний, ни «рефлекса лосося», ими движет лишь стремление к труду: работать, работать и работать, пока внутренние часы не остановятся и трудяг не потянет к рециклеру.

Прищурившись, я смотрел на разворачивающуюся перед нами картину и вспоминал сцену из научно-фантастического опуса Фрица Ланга «Метрополия» — рабы, гнущие спины на неких невидимых хозяев, рабы, испускающие дух с наступлением ночи, рабы, подчиненные неведомому закону, никем не оплаканные и никому не нужные.

Какие контрасты! Слева — грязь, тяжкий рабский труд и никем не замеченная смерть. Справа — свободные граждане, жертвующие крохотными долями себя для выполнения необходимой и скучной работы, чтобы посвящать органическую жизнь играм или науке.

Какой из этих миров настоящий?

Или оба одновременно?

А какое мне дело?

Меня удивили мои собственные мысли.

Неужели такое происходит с мозгом каждого дитто, пережившего отведенный ему срок? Или это процесс обновления настраивает его на такой мечтательно-философский лад? А может, эти размышления — результат увиденного у Ирэн?

Или все дело в том, что я Франки?

Ну же, Каолин. Отвечай на звонок!

Вообще-то эта задержка зародила во мне надежду. Может, Энею просто нет дела до меня и Пэллоида. Он слишком занят, чтобы контролировать наше расследование.

Но в наше время «занят» означает совсем не то, что раньше. Богатый человек может импринтировать столько копий, сколько необходимо для решения всех вопросов. Значит, задержка объяснялась другими причинами.

Мы проезжали мимо траншеи, когда наш извозчик резко свернул в сторону и замысловато выругался. Я ухватился за сиденье, ожидая столкновения, но, как оказалось, опасный маневр имел другое объяснение. Внимание рикши привлекли события, происходившие далеко от города.

— Идиоты! — заорал он. — Разве нельзя было догадаться, что за холмом-то они вас и поджидают! Накрыли этих недоумков с пяти точек! ТЭЗу надо сдаться, признать поражение и… пусть воюют риги! Нам нужен настоящий талант, а не эти…

Только теперь я заметил слабое сияние у краев визора. Ну конечно, видео. Сейчас и очков-то без него не найдешь.

Однако я заплатил деньги не за то, чтобы меня опрокинул в грязь помешанный на спорте кули. Еще один такой поворот, и парня придется оштрафовать. Но от чьего имени? И кому пойдут деньги? У бедняги Альберта сестра в Джорджии. Но, владея пятью патентами, она не нуждается в наличных. Потом я вспомнил, что все оставшееся от состояния Альберта перейдет Кларе. То есть то, что не приберут к рукам копы. Или Каолин. Многое зависит от того, на кого возложат вину за диверсию против «Всемирных печей».

Насчет этого у меня были кое-какие подозрения. Но сначала надо раздобыть улики.

— Эй, приятель! — обрушился на рикшу Пэллоид. — Забудь счет и смотри на дорогу!

Предупреждение было нелишним, потому что мы едва не врезались в почтовый фургон.

Возчик пробормотал что-то в адрес моего друга, а тот в ответ оскалился, выгнул спину и выпустил когти, готовясь к прыжку. Я уже собирался закрыть флип-фон и вмешаться, когда в ухе прозвучал резкий голос.

— Наконец-то. Я уже беспокоился, — недовольно пробормотал магнат. Определить, какой именно Каолин вышел на связь, было трудно. Но мне показалось, что голос принадлежит тому самому платиновому, который и давал мне поручение. — Что узнали в «Салоне Радуги»?

Вот так, без извинений, без привета. Таковы триллионеры.

— Ирэн мертва, — ответил я. — Воспользовалась услугами агентства и отправилась вместе со всеми дитто то ли в Нирваносферу, то ли в пояса Валгаллы, то ли еще куда.

— Я уже знаю. Туда только что прибыли копы. Невероятно. Какая психопатка! Вы понимаете, что я имею в виду, Моррис? Мир полон извращенцев и сумасшедших, а диттотехнологии делают его еще хуже. Иногда я думаю, что лучше было бы никогда…

Он остановился. Потом продолжил:

— Ладно, не обращайте внимания. Думаете, Ирэн специально устроила все так, потому что ее заговор провалился? Потому что они не смогли уничтожить мою фабрику?

Как он старается изобразить простака! Я решил подыграть.

— Ирэн тоже была обманута, сэр. Она искренне верила, что наняла Серого Альберта для промышленного шпионажа.

— Вы говорите о той ерунде с попытками найти секрет телепортации?

Я взглянул на туннель для пневмотрубы — какие инвестиции пошли бы — ха, каламбур! — в трубу, если бы телепортация оказалась реальностью.

— История выглядела вполне достоверной. В нее поверил даже Серый Альберта Морриса. Вот и Ирэн тоже. В общем, сегодня утром она поняла, что ее подставили, чтобы возложить на нее ответственность за прионовую атаку. Поэтому решила уйти по-своему.