300-летняя Брачная ночь Атлантиды - Блаженный (Береславский) Иоанн - Страница 44

Римская Диана приурочена к порочным нравам Рима. О европейском типе и говорить не стоит. Рембрандты, рубенсы представляют пантеон божеств (обоженных) как развратных куртизанок (единственный способ в пору инквизиторского католического пиетизма нарисовать нагое тело, используя греческий сюжет).

K

Каковы же они были — эти божественные девы, в окружении нимф, Ор и Харит совершавшие омовения в белых купелях? Необходим взор, проникающий в Атлантиду. О Атлантида! Великая морская держава откроет нам и сегодня выходящую из морской пены Афродиту, Афину-Палладу, Артемиду, Аполлона, Диониса, Гермеса…

Атланту населяли божественные существа. В этом ее основное отличие от последующих цивилизаций. Божества (обоженные, прошедшие лестницу восхищения в пренебесный мир), иномирные, иносоставные, иного порядка — мирно сосуществовали с земнородными атлантами.

В этом отличительная черта атлантической цивилизации, превратно понятой Грецией. Греческие образцы прекрасны. Боги выглядят на них девственно нагими, чистыми, великолепными, могущественными, сильными и непобедимыми. Но оригинальный колорит мудрых дев Атланты утрачен греками. Греческая скульптурная лепка не соответствовала атлантическому оригиналу. Реальность Атлантиды превратилась в миф. Греческий интеллект не мог вместить Атлантиды. Похотствующий Рим исказил Грецию. А христианская Европа впала в откровенный разврат и осквернение.

Так ничего не осталось от Атлантиды, кроме мифов и их художественных преломлений.

K

О прекрасные девы Атлантиды! Глядеть на них было невозможно. Взора их не мог выдержать никто. От них исходило небесное томление. Они неземные существа, что бросается тотчас в глаза, если мысленно их представить. Ростом превосходящие смертных, и от них веет божественным девством.

Девство столь безукоризненно и несомненно запечатлено на них, что не возникает мыслей и сомнений. Надо быть отменным хамом и отпетым подлецом, чтобы удостоившись запретного (видеть божественную деву), воспохотствовать к ней или сравнить ее со смертной женщиной. Атлантические божества исполнялись праведным гневом и наказывали дерзких.

Это были девы премудрые. Божественный их ум отличался от человеческого. Они изрекали светлые истины. Пребывали в божественных сферах, хотя сходили и воплощались. И поскольку владели ключами перевода в страстноoе и крест (иначе названный у них кадуцеем, тирсом, скипетром), могли пресуществлять в иные виды земнородных: обращать их в ланей, зайцев, оленей и т.п.

Их красота была неотразимой. Их совершенство — неземным. Ни одно смертное существо не могло без особого благословения и помазания взирать на атлантическое божество.

Атлантиды не понять без этой одной из тысяч ее величайших тайн: одновременное пребывание в одном физическом пространстве иномирных божественных существ и земнородных, стремящихся к обожению. Небеса в Атлантиде были непрестанно открыты. Божества (первообоженные помазанники) сходили на землю, наставляли ищущих обожения. Устанавливали справедливые порядки. Вершили суд. Являли идеалы. Устремляли к совершенству. И возвращались на сиятельный Олимп к божественным престолам славы Всевышнего.

О пребожественные девы Атлантиды! Они иконописно совершенны. Лики их прекрасны, как у Пресвятой Девы и Господа. Необходимы свои дионисии и андреи рублевы, чтобы запечатлеть их иконописное совершенство.

Их лики одно с архангельским и ангельскими. Они и есть михаил-архангельское воинство, сходящее на землю.

Ничего подобного уже не было в дочерней Атлантиде цивилизации греков. Но будет в Богоцивилизации-III. Без проникновения вратами Атлантиды не войти в нее.

K

Артемида — ревностная девственница. Она богиня-хранительница девства. Копье в ее руках (бьющее без промаха атлантическое копье Грааля) направлено двояко. Божественной охотой Дианиoна вовлекает в сети вечного девства предызбранных и прободает их сердца в кровоточащем страстноoм.

Но может копье нанести и смертельную рану откровенным врагам девства, надругавшимся над ним или бросающим вызов ему. Копье Артемиды едва не настигло нимфу и подругу Калиосту, когда Артемида заподозрила ее в измене.

Нельзя изменять вечному девству. Только так может быть понята атлантическая Артемида вне греко-римо-европейских кривых зеркал.

В Атлантиде Артемида была как величайшее божественное претворение, как неописуемый высоты пренебесное существо. Охраняла она принесших обеты любви к Всевышнему. В Греции покровительствовала юношам и девушкам до их вступления в брак (и особенно — давшим обеты девства).

K

Актеон увидел Деву купающейся, был превращен ею в оленя и растерзан сворой своих же псов, согласно Овидию. Актеон совершил великий грех: воспохотствовал к богине-небожительнице. Счел ее обычной смертной. Не узнал в ней свою госпожу. Растерзал ее своим критическим взглядом, впился в ее девственные формы, осквернил их, покусился.

Может быть тайна красоты небожителей подобным образом вульгаризирована? О нет, никогда! Может ли кто-либо из смертных без особого благословения видеть омывающуюся Деву?…

О, какая это честь — встретить девственную красоту!

Мне посчастливилось. Моей «божествен-ной Дианой» была мать Мария Орловская. Но в отличие от Актеона я не воспохотствовал к ней, но счел ее воплощенной Богородицей. «Матушка, — говорил я крестной моей матери, — рамочку бы носить вокруг вашего лица. Вы — живая Богоматерь». Благоговел и почитал ее как Богородицу, сошедшую на землю.

Так должно быть и было всегда. Неожиданно появлялась Она и также неожиданно исчезала. Воплощалась и являлась на грешную русскую землю, а не только атлантическую, Пресвятая Богородица. Только многие ли распознавали Ее?

K

Гениальный сюжет о псах Актеона — вроде бы трагедия юноши. Незаметно для самого себя он превращается в оленя с человеческим разумом. Так божество, принимая человеческий образ сохраняет пребожественный ум. Но человек безумен и глуп, как собаки Актеона.