Гипноз для психотерапии депрессий - Япко Майкл - Страница 62

Используя развитие способностей пациентки и области налаживания и поддержания отношений с окружающими, интервенцию направили на проблему отчужденности дочери. Кэрол уже почти год не встречалась с ней, да и до этого времени встречи носили спорадический характер. Клиентка рассказывала о своих попытках наладить отношения, которые однако, оказались безрезультатными. Одновременно с этим была затронута проблема финансового обеспечения на будущее. Кэрол призналась, что она всегда мечтала быть дизайнером интерьеров помещений. Однако Кэрол не допускала, что в возрасте 57 лет она могла бы записаться на курсы и получить соответствующее образование. Пациентка отметила, что после окончания обучения ей было бы уже 59. Когда же ее спросили: “А сколько лет вам будет через два года, если вы не пойдете на курсы”, она кратко ответила: “Пятьдесят девять”. Кэрол посоветовали поискать соответствующие курсы, пообщаться с представителями этой профессии, расспросить о заработках, о рынке труда и т.д. Кэрол пребывала в сильном возбуждении, когда ей наконец удалось найти студию, предлагающую быструю, интенсивную программу, и она с большим энтузиазмом начала обучение. Пациентка была самой старшей на курсе, и этот факт вселял в нее некую гордость, особенно когда ее сокурсницы открыто выразили свое восхищение ее смелыми планами. Она завела новые знакомства, нашла для себя занятия, выходящие из сферы домашних и профессиональных обязанностей.

По поручению терапевта Кэрол позвонила дочери и сообщила, что теперь у нее остается мало времени на встречи с дочерью, т.к. она записалась на курсы (как если бы дочь вообще когда-нибудь желала, чтобы мать уделяла ей свое время!). Пациентка должна была вести себя бесцеремонно, но не грубо. Спустя несколько дней дочь позвонила ей; она проявляла нескрываемый интерес. Их отношения возобновились. Отчаяние отступало по мере того, как в ней укреплялось чувство собственной значимости. В конце концов, полностью обретя уверенность в себе, Кэрол поняла, что связь с дочерью оказалась полезной для обоих сторон, и не только для нее одной.

Депрессия Кэрол резко отступала, одновременно усваивались новые образцы решения проблем. Пациентка научилась жить в обществе, начала реализовывать свои стремления, научилась защищать себя от манипуляций со стороны окружения и поверила в собственные силы В середине терапии изменения, происходящие в жизни пациентки, были учтены в метафоре, обращенной к ее интересам. Описание изменений, происходящих в восприятии и интерпретации жизненною опыта можно было с легкостью отнести к “проектированию интерьера”, замене старых, использованных предметов новыми, цветными и привлекательными. Эта метафора неоднократно помогала Кэрол удержаться на пути изменений в ходе продолжения обучения и планирования будущего. Обсуждение

Мучившее Кэрол неотступное чувство безнадежности и отчаяния, без сомнения, явилось следствием ее неспособности контролировать какое бы то ни было измерение опыта. Пациентка беспрерывно получала следующее сообщение: любую проблему ей удастся решить, если она мобилизует необходимую внутреннюю энергию. До сего времени Кэрол лишь причитала, парализованная собственной пассивностью и отсутствием концепции деятельности. Ее образ мышления был столь глобальным, что она не могла определить, что следует сделать, а тем более как к этому приступить.

Чрезмерная ориентация на прошлое делала невозможными постановку перед собой целей и стремление к их реализации. Примененные в ходе терапии директивы помогли обрести контроль над ситуациями и чувствами, которые до этого времени казались ей неподвластными контролю; Кэрол также поверила в то. что ее усилия будут по достоинству вознаграждены. Она научилась разграничивать, за что она несет ответственность, а за что — нет, и эффективно решать проблемы, даже в тех ситуациях, которые ранее виделись ей безвыходными. Пациентка стала менее восприимчивой к чужим манипуляциям и благодаря принятию права каждого человека (в том числе и собственной дочери!) быть самим собой — ей стало легче налаживать отношения с окружающими. В поздравлении по случаю праздника, присланном ею автору этой книги спустя шесть месяцев после окончания терапии, она также отметила, что впервые за пятнадцать лет у нее такое счастливое Рождество и что она наконец обрела спокойствие.

СЛУЧАИ 4

Джефф, 43 года, обратился к терапевту по причине умеренной, временами обостряющейся депрессии. Примерно в течение года он лечился у психоаналитика, однако изменений к лучшему не наблюдалось; поэтому он решил попробовать иной подход. Мужчина очень интеллигентно и вполне логично предоставил данные о себе и рассказал о ситуации в семье: он дважды был разведен. Непосредственной причиной распада семьи после семнадцати лет совместной жизни стал роман с женщиной, с которой он и жил в настоящее время; хотя, как отметил пациент, отношение с женой уже давно складывались не наилучшим образом. Джефф был инженером-электронщиком, и в своей жизни он полагался на логику и рационализм. Большинство интерпретаций пре- дыдущего терапевта он считал слишком субъективными, “взятыми из ничего”, а поэтому маловероятными; он желал получить конкретную информацию о том, как следует справляться с собственным поведением, доставляющим ему немало хлопот: “я очень требовательный, раздражительный перфекционист, я люблю, чтобы у меня все было под контролем, в противном случае я очень быстро впадаю в гнев”. Из всего сказанного им вытекало, что у него сильно развито полярное чувство добра и зла, при этом его очень раздражает, когда другие не спешат соглашаться с его просвещенными суждениями. Джефф часто ссорился со своей девушкой, при этом он полагал, что причина ссор кроется в ее “недостаточном опыте”, т.к. она никогда не была замужем. Такими же натянутыми были его отношения с сослуживцами, все это он объяснял недостаточной организованностью и ограниченными притязаниями своих коллег, а также отсутствием у них уважительного отношения к выполняемой работе, которое он считал основой эффективной деятельности.

Принимая во внимание время, проведенное Джеффом у различных специалистов, его понимание депрессии было на удивление ограниченным. Он полагал, что эта болезнь является исключительно следствием переживаемых на работе стрессов и проблем личного характера. Пациент заявил, что “он, по-видимому, переживает кризис среднего возраста”. Из ответов на вопросы, касающиеся самых ранних шаблонов его поведения вытекало, что депрессиогенные механизмы доминировали в его поведении с самого детства. По собственному признанию Джеффа, он всегда был перфекционистом, проявлял тенденцию к чрезмерному контролю и легко становился раздражительным. Данные почерпнутые из истории семьи, показывали, что его отношения с родителями были формальными и холодными. Мать и отец предъявляли к нему чрезмерные требования. Уже после первых двух встреч стало ясно, что Джефф живет в мире дихотомии, где все либо черное, либо белое, без малейших оттенков и полутонов. Его взгляды относительно “правильного” образа поведения в точности отвечали принципам, внушенным ему родителями, которых он уважал за “последовательность и настойчивость в проведении воспитания”. Джефф прекрасно анализировал внешний мир (т.е. ситуации и людей), но утрачивал способность к анализу в отношении самого себя. Поэтому-то он и не замечал, в какой мере он перенял систему ценностей своих родителей, равно как и не понимал, насколько сильно его ограничивают собственные убеждения. В этом случае были определены следующие терапевтические цели: 1) укрепление чувства личной исключительности путем определения проповедуемых ценностей, что в свою очередь было призвано помочь пациенту открыть ограничения системы убеждений, навязанной ему родителями, и принести возможные изменения; 2) ослабление тенденции к восприятию мира в черно-белых тонах и развитие толерантности в отношении компромисса; 3) определение границ личного влияния с целью достижения большей акцептации ситуаций, находящихся вне контроля; 4) определение более эффективных шаблонов интеракций с окружающими.