Кошачья гордость, волчья честь(СИ) - Кузнецова Дарья - Страница 18

— В общем, никто ничего не знает, происшествий не было, — прожевав набитую в рот в первый момент добычу, всё-таки заговорил он. — Но я осмотрелся на местности, и почти уверен: какая-то гадость здесь бродит. Ничего конкретного не нашёл, да и запахи все как назло смыл дождь, но лес встревожен. Но оно либо проходило здесь достаточно давно, чтобы основная паника улеглась, либо просто относится к числу чужаков, которых лесные жители не так уж сильно боятся. Может, кто-то из не местных разумных видов, а, может, и нечисть.

— И никого при этом не подрала?

— Вот это-то и странно, — согласился он. — В общем, бдительность и только бдительность! — бодро заключил он и вновь чихнул.

— Слушай, родная кровь, может, тебе в бане прогреться? А то ещё простудишься, — сочувственно покосилась я на мужчину.

— Да я не от того чихаю, — отмахнулся он. — Это я просто нанюхался на обратном пути; там магическая лавка по дороге, перед ней кто-то что-то рассыпал. Поначалу вообще отфыркаться не мог, сейчас ещё прошло. Я бы лучше поспал, но тут множество противоречий. Во-первых, не хватит времени полноценно выспаться. Во-вторых, я бы с удовольствием погрелся не в бане, а в компании одной прекрасной кошечки. Можно и в бане. Вот только, чую я, за такие предложения меня могут лишить чего-нибудь важного. Еды, например, — с ухмылкой закончил он, пододвигая сковородку к себе поближе.

— Вот они, мужчины, — философски вздохнула я. — Его встречают горячим завтраком и ласковым словом, а он ещё жалуется!

— Какая лютая неблагодарность! — сокрушённо качнул головой рыжий. В зелёных глазах блеснули озорные искорки, а в следующий момент… нет, чисто теоретически я бы, наверное, могла увернуться, но зачем?

Мужчина подался ближе, одной рукой за спинку наклонил мой стул, а второй — обхватил меня за талию, рывком притягивая к себе и впиваясь в мои губы жадным поцелуем. Я поначалу даже ответила, но потом поняла, почему стоило увернуться, и принялась выдираться, упираясь ладонями в его плечи.

— Я соскучился, дорогая, — ухмыльнулся рыжий, слегка отстраняясь.

— Лучше жалуйся! — проворчала я. — Ну вот зачем было меня мочить? Рыжий, вроде большой мальчик, должен уже понимать, что мокрая кошка — это совсем не то же самое, что влажная…

— Кто бы сомневался. Надо было с Гремом спорить, где и с кем ты провёл ночь, — прервал моё ворчание ещё более ворчливый голос от лестницы. Я закатила глаза к потолку и уткнулась в тарелку. Лучше я буду жевать, а то такого наговорю! — Можно было хотя бы предупредить, что не появишься?

— Варс, ты сейчас на брюзжащую мамашу похож, — расхохотался Трай, потирая руки при виде своей порции еды, которую как раз в этот момент внесла хозяйка.

— Я и чувствую себя папашей. И очень хочется достать ремень, — проворчал он.

— Да ладно, ты же знаешь, это бесполезно, — примирительно фыркнул рыжий, а усаживавшийся за стол напротив нас альфа замер и вскинул на друга растерянный взгляд.

— Ингвура мне на холку, извини, я не это…

— Варс, садись уже, — поморщился Трай, а я окинула их по очереди озадаченным взглядом. Это вот сейчас что было?

Нет, подозрение у меня появилось, но они ведь не хотят сказать, что это правда? Всё это совершенно не моё дело, но, вспоминая следы от плети на его спине… Они ведь не об этом сейчас? То есть, об этом, но не… Короче, они же не хотят сказать, что вот эти следы на спине ему оставил родной отец?! Мамин хвост! Если это произошло в юности, то что же там такое было, если следы остались до сих пор?!

От этих мыслей у меня даже аппетит почти пропал. Нет, меня в принципе сложно смутить ранами и травмами, но в голове всё-таки не укладывалось, что отец мог избить сына до такой степени, чтобы у него спина на всю жизнь осталась в отметинах. Ладно, сгоряча по заднице, мне самой порой прилетало в особенно запущенных случаях, но вот так?! Чему можно научить, избив до такого состояния, или за какой такой проступок наказать? Причём мне не столько было жалко рыжика, — он, в конце концов, взрослый уже мужик, да и не выглядит особенно травмированным (Варс, кстати, своей нервозностью гораздо сильнее похож на человека со сложным прошлым), — сколько стало жутко: это куда же мы сейчас Лебедяну везём?!

Оставалось надеяться, что или я всё не так поняла, и детство тут не причём, или это был отдельный псих, а остальные нормальные. В конце концов, если бы подобное было нормой, уж слухи бы непременно поползли. Про волков же рассказывали много всяких гадостей, но о подобной жестокости я не слышала. Да и беспокойство Чёрного Когтя косвенно подтверждало неординарность подобной ситуации.

Рассказывать о собственных предположениях я, разумеется, никому не стала. Леде и так страшно, если я начну её ещё и такими историями запугивать, легче никому не станет. К тому же, предположения эти весьма спорные. А выяснять точно… Подозреваю, если спросить напрямую, Трай так же спокойно и прямо ответит правду, но всё равно не хотелось лезть в чужую душу. Но оставлять Лебедяну там в одиночестве я окончательно передумала.

Объяснять своему потрясающе невнимательному другу (уж на запахи-то можно было ориентироваться), что ночь его прошла за полезной деятельностью, рыжий почему-то не стал; наоборот, ещё некоторое время острил на эту тему. А я опять же не стала вмешиваться, наблюдая со стороны. В конце концов, это их дело.

Вскоре за Варсом начали подтягиваться и остальные, да и помимо нашей компании появились желающие позавтракать, так что хозяин, извинившись, ушёл помогать жене. Общий завтрак и сборы много времени не заняли, лошади к моменту отправления ожидали на дворе под навесом, почищенные и явно довольные жизнью. В общем, расставались мы с «Приютом комедианта» полностью довольные друг другом: наш отряд — отдыхом, хозяин постоялого двора — весьма щедрой платой.

Девочек я заранее предупредила сохранять бдительность и быть внимательными: три совпавших предупреждения, включая результаты ночной разведки рыжика, не располагали к расслабленности. Но почти до самого вечера ничего не происходило, если не считать всё того же монотонного серого дождя, то ослабевающего до невнятной мороси, то выплёскивающего на нас настоящие ливневые заряды. До населённого пункта, запланированного мной в качестве стоянки (идею отдыха на свежем воздухе я решила отложить на обратный путь), оставалось чуть меньше двух часов, когда Вешнелея, приподнявшись в стременах и найдя меня взглядом, встревоженно сообщила:

— Нель, кровососы!

По отряду прокатилось встревоженное шушуканье, девочки начали спешно проверять оружие. Грязно выругавшись себе под нос, я послала лошадь вперёд. Поравнявшись с птичницей, уточнила:

— Где и сколько?

— Почти две трипты. Явно движутся в нашу сторону, нагонят минут через десять.

— Значит, надо их встретить по дороге, — окинув колонну взглядом, мрачно кивнула я. — Багряница за главную. Со мной Белка, Листопада, Гневияра и Яродара. Вель, держи лошадей. Мы постараемся их сюда не допустить, но Злата, если что, поможет.

— Может, не стоит… — раздражённо влез Варс, но сейчас мне было не до вежливости.

— Закуси хвост, — оборвала я его. — Вета, проследи, чтобы этот умный никуда не влез, если что — смело глуши. Дайте княжне арбалет на всякий случай. Если вдруг… Короче, Ряна и так всё знает не хуже меня.

— Я с вами, — вызвался рыжий, отдавая поводья Грему и спешиваясь.

— Ну, почему бы и нет, — я в ответ пожала плечами, тоже спрыгивая на землю. Странно, но Чёрный Коготь больше высказаться не пытался, и протестовать против самоуправства Трая не стал. — Лесь, держи купол; далеко не разбредаемся. Яня, веди!

Та, уже перекинувшаяся, только кивнула и нырнула в густой подлесок. Остальной отряд, рассыпавшись, двинулся за ней также в четвероногом обличье. Волк хоть и вёл себя грамотно, с пониманием, но в нашей компании всё равно смотрелся достаточно странно. И это если смотреть исключительно на видовую принадлежность, а уж принимая во внимание размеры… Общеизвестно, что масса тела при перевороте остаётся неизменной (что логично; законы физики никто не отменял), и если мы с девочками в среднем укладывались в типичные звериные параметры, то таких здоровенных волков я в природе не встречала. Представляю, как в таком случае выглядит в обороте Грем.