Выброшенный в другой мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 172

   - Раз он вам так дорог...

   - Вы для меня дороже. Я люблю вас, Альда, но не стану пока делать вам никаких предложений. И потому что еще несвободен, и потому что не уверен в вашем решении. Давайте подождем и просто постараемся проводить больше времени вместе, чтобы лучше узнать друг друга.

   - А у вас из-за этого не будет неприятностей с принцессой? Ведь она могла оставить здесь своего человека.

   - Она оставила, - усмехнулся Серг. - Это наш Джолин. Только он уже не ее, а мой человек. А к вам он относится с большим уважением, так что с его стороны доносов не будет. Возьмите кинжал, не обижайте.

   - Здесь на клинке какие-то знаки. Это надпись? В чем ее смысл?

   - Моя честь зовется верность. Это написано на клинке.

   - Спасибо за подарок.

   - Это вам спасибо. И за ваш подарок, и за то, что вы есть. Ладно, не буду вас больше смущать, пойду позову сестру и вашего сына. Лани! Заходите. Алекс, а почему ты приехал один, без дамы сердца?

   - Она приедет к нам через два дня, милорд, - ответил мальчик, - и привезет с собой своих родителей. Только у вас для наших игр маленький дворец. У нас в замке коридоры длиннее, и меньше поворотов. Можно так разогнаться!

   - Мне уже заранее страшно! - улыбнулся Серг. - Носиться по коридорам - это не самое лучшее занятие. Один раз ты уже себе чуть не свернул шею. Надо придумать что-нибудь другое, чтобы развлечь даму.

   - Я подумаю, милорд, - кивнул Алекс.

   - Ваше величество, к вам прибыл барон Парман от его светлости герцога Аликсана, - доложил секретарь. - Что прикажете передать?

   - Скажи, чтобы его пропустили, - приказал король. - Сидите, Аленар, какие от вас могут быть секреты. Выслушаем этого барона вместе, чтобы мне вам потом не пересказывать.

   Перед визитом во дворец барон вместе с гвардейцами герцога вселился на постоялый двор и привел себя в порядок, поэтому вид имел бравый, хоть и не смог полностью скрыть усталость. Он приветствовал короля и подал ему в руки запечатанный пакет. Герцога Лантара он не знал и поэтому ограничился вежливым кивком.

   Король, прочитав письмо, побледнел и передал его сидевшему рядом герцогу.

   - Где все? - спросил он барона.

   - Походный медальон у меня, остальное у гвардейцев герцога. В приемную их не пустили, стоят в коридоре.

   - Позовите моего секретаря, барон! - сказал король и после того, как Парман вернулся с секретарем, приказал: - Эжен, немедленно пропустить в мой кабинет гвардейцев герцога Аликсана!

   Альбер вытащил спрятанный в нагрудном кармане футляр и почтительно протянул его королю. Андре дрожащими руками взял футляр, открыл и вытащил диск с цепью.

   - По описанию вроде он! - взволнованно сказал Аленар, уже прочитавший письмо Сергея.

   В кабинет в сопровождении секретаря вошли трое гвардейцев. Один нес укутанный в ткань меч, двое других несли небольшие, но увесистые сумки с золотом. Король принял меч, нетерпеливо сорвал ткань и наполовину вытянул его из ножен.

   - Родовой герб и имя, все как в описании! - сказал он. - Положите золото в кресло! Барон, какие у вас планы на ближайшее время?

   - Мне, ваше величество, нужно навестить в столице герцога Лантара, а уже потом возвращаться в провинцию.

   - Герцога вы уже навестили! - махнул рукой в сторону Аленара король. - А с возвращением немного повремените. Где-то остановились?

   - На постоялом дворе "Услада путника", ваше величество. Это рядом с дворцом. Извините, ваша светлость, но я вас не рассчитывал здесь встретить. У меня для вас тоже есть письмо, меч вашего предка и бывшие на теле драгоценности.

   - И все это вы оставили на постоялом дворе!

   - Не извольте беспокоиться, все под охраной двух гвардейцев.

   - Где остальные реликвии? - спросил король.

   - С нами ехали курьеры, которые везли их для герцога Лазони. Я слышал, что герцог Аликсан отправлял оружие и реликвии и другим. Тела пока хранятся в подвале замка Буше. Там так же сухо, как и в том месте, где они хранились раньше.

   - Хорошо, барон. Вы оказали мне услугу, и я этого не забуду. Возвращайтесь на постоялый двор и ждите герцога. А когда можно будет ехать, вам скажут. Деньги у вас на задержку есть?

   - Благодарю за заботу, ваше величество! - поклонился Парман. - У нас всего вдосталь.

   Барон ушел, а Аленар поднялся с кресла и подошел к золоту.

   - Имперские динарии, - сказал он, развязав одну из сумок. - И чеканка старая, сейчас они выглядят иначе. Повезло Аликсану. Теперь мы все у него в долгу.

   - Вообще-то, это наглость - забрать себе половину золота!

   - Бросьте вы, Андре! - усмехнулся Аленар. - Он в своем праве. Все сроки давно вышли, а никто другой из герцогов с вами золотом не поделился бы, в том числе и я, так что он еще поступил очень благородно. И очень предусмотрительно. Вы ведь хотели наложить руки на эту находку? Увы, он оказался предусмотрительным. А вот о военной компании герцога мы этого барона зря не расспросили. Я не помню баронов Парман в родовых списках. Парень имеет бравый вид, и я думаю, что он свое баронство заслужил в недавних боях, так что мог бы нам о них рассказать немало интересного. Я с ним поговорю и, если это так, завтра приглашу от вашего имени на обед. И окажем честь в ответ на услугу, и заодно узнаем, что творилось в Парнаде. Не возражаете? Вот и прекрасно! Тогда я, пожалуй, поеду. Не терпится взглянуть на то, что мне привезли, и почитать письмо.

   Приглашенный на следующий день на обед к королю Альберт очень красочно и с большим юмором описал всю зимнюю компанию, найдя в сидевшей за столом семье короля и герцоге Лантаре благодарных слушателей.

   - Я вас не совсем поняла, барон, - обратилась к нему принцесса, когда Парман закончил свое повествование. - Из вашего рассказа складывается впечатление, что единственным противником у вас там была грязь, а сотхемцы только и делали, что спешили сдаться вам в плен. Я не права?

   - Наверное, такое впечатление у вашего высочества сложилось из-за того, что я неважный рассказчик, - ответил Парман. - Сотхемцы вовсе не игрушечные солдатики, а хорошие воины. Просто, за исключением одного случая, мы имели дело с относительно малочисленными городскими гарнизонами, а хитрости нашего герцога позволяли застать их врасплох и победить почти без потерь с нашей стороны.

   - А разве это честно - вот так хитрить?

   - Наш герцог по поводу подобных высказываний говорит, что война это не благородный поединок, и на ней нет правил. Для победы над врагом можно использовать многое из того, что честь не позволяет делать в других случаях.

   - Неужели совсем нет правил? - поразилась принцесса.

   - Это он говорил только о боевых действиях, - уточнил Альбер. - Мы всегда неукоснительно соблюдали данное противнику слово, и не жгли людей в городах, в отличие от Мехала. Герцог говорил, что правила чести хороши с теми, кто их придерживается, а Мехал напал вероломно, как разбойник, без объявления войны и специально уничтожал мирных жителей. В чем здесь честь?

   - Война это не поединок и не турнир, - вмешался Аленар, - в этом Аликсан прав. Идет борьба за наше право жить на своей земле, и Мехал не стесняется в средствах. Почему это должны делать мы? Серг за осень и зиму нанес такой ущерб Мехалу, какой нанесли мы все вместе взятые. Это если не вспоминать о двадцати тысячах сожженных на границе солдат. Если бы не он, у нас в этой войне не было бы шансов. Мехал показал, что крепкая королевская власть и обученное наемное войско дают ему огромное превосходство над нами. У нас тоже есть наемные полки у вашего брата и герцога Марди, но их немного. В основном войска состоят из дружин вассалов и ополчения. Слаженность в таком войске всегда будет небольшой, к тому же нужно время для того, чтобы его собрать. Герцогу Парнада Мехал этого времени не дал.

   - В нашем войске дружины вассалов и ополчение составляют меньше трети, - заметил Парман. - Остальное - это профессиональная армия, которая останется и после войны.