Десант на Сатурн, или триста лет одиночества - Минаков Игорь Валерьевич - Страница 48

– Считайте, что вам повезло, – раздался хриплый надменный голос «повелителя». – До «евгениевых конюшен» рукой подать...

Но на деле им понадобилось не меньше часа, прежде чем они добрались до гребня. И вот тут-то их и ожидал сюрприз. Когда несколько лет назад Люц и Бен открыли это место, здесь не было ничего, кроме снега и черных скальных языков, торчавших то там, то сям.

Если бы не сверхъестественное чутье Люца, – а может быть не только оно, – им бы никогда не удалось заметить, что одна из скал искусственная и маскирует вход в обширное подземное хранилище, где в полупрозрачных саркофагах лежат, погруженные в янтарного цвета жидкость, люди.

Бен хорошо запомнил, какое он испытал потрясение, увидев этот некрополь. Судя по некоторым признакам, хранилище было создано еще в середине двадцать первого века, то есть, эти люди могли быть его предками. Но еще большее потрясение Бен испытал, когда Люци обнаружил, что все саркофаги объединены общей системой жизнеобеспечения, а значит, содержат не мертвецов. Когда же чрезвычайно довольный своим открытием Люц заявил,что нужно срочно разбудить хотя бы одного из «предков», у Бена не оставалось душевных сил ни на изумление, ни на возражения.

Теперь пустынная некогда котловина была застроена куполообразными сооружениями, вроде тех, что грезились мечтателям из ныне совсем уж архаичного двадцатого века. А на приподнятой над землею круглой площадке серебрился раздутый фюзеляж громадного летательного аппарата с длинными медленно вращающимися лопостями.

– Самолет! – восторженно выдохнул Бен, которого в свое время натаскал в истории авиации Мастер Хо. – Нет, кажется не самолет... А-а, вспомнил! Вертолет – аппарат вертикального взлета и посадки

– Мда-а, – процедил сквозь зубы Люц. – Похоже, развернулись ребятки... Ну что ж, значит, пора принимать командование...

Морж вопросительно взглянул на Хирурга, но тот лишь пожал плечами. Люц не дал им большего времени для обмена мнениями, а, закрепив в скале якорь страховочного троса, начал спуск. Его товарищам не осталось ничего иного, кроме как последовать за ним. Оказавшись на дне котловины, трикстеры направились к одному из зданий, возле которого отчетливо выделялась на мерцающем снегу хрупкая, издалека казавшаяся совершенно женственной, фигурка.

Достаточно одной микросекунды, чтобы повысить чувствительность сетчатки, но на это ничтожно малое время Шэрон ослепла. Состояние сие ей совсем не понравилось и она немедленно пожаловалась Креатору:

«Меня раздражает эта темнота! Нельзя ли убрать ее, хотя бы в радиусе четырех километров?»

«Нельзя! – резко ответил Креатор, но, подумав, все же снизошел до объяснений. – Это привлечет нежелательное внимание к Инкубатору. Советую отладить автоматику диафрагм!»

Разумеется, общение между ними происходило на внесловесном уровне, однако вербализация осуществлялась автоматически, как вспомогательная функция.

«Механтроп должен научиться мыслить как человек, хотя это громоздко и неудобно, к тому же отнимает лишние ресурсы» – гласила одна из парадоксальных заповедей Креатора. И Шэрон с одной стороны понимала необходимость соблюдать «Заповеди», но с другой – ее выводило из себя требование что-то там соблюдать, и еще она считала оскорбительным для гинедроида уникальной модели называться механтропом.

– Шовинист! – вербализировала Шэрон свое раздражение вслух, выходя из тени Рекондиционного купола.

Замерзшая вода под ее узкими стопами тяжко похрустывала. Холодный воздух, провентилировав внутренние контуры, вырывался из ротового отверстия облачком пара. Грудные выпуклости, которые скрывали кое-какие дополнительные биомеханизмы, мерно вздымались.

Шэрон помахала рукой Репликанту, высунувшемуся по пояс из технологического лючка в фюзеляже вертолета, бросила мимолетный, оценивающий взгляд на атлетическую фигуру Рейнджера, теплым пятном выделявшемуся на фоне холодной скалы, и вдруг заметила группу других теплых пятен, медленно увеличивающихся по мере своего приближения. Судя по характеру распределения термических зон – это были существа из плоти и крови. Люди.

«Внимание! Чужие нарушили периметр!»

«Вижу, детка, – лениво откликнулся Рейнджер. – Я уже доложил Креатору. Он велел пропустить.»

– Надутый индюк, – произнесла Шэрон вслух, предварительно блокировав М-канал.

С Рейнджером лучше не ссориться. Он в фаворе у самого Креатора. Фактически, после гибели Терминатора, он остался его единственным любимцем, если не считать Гладиатора, который на спецзадании.

– Ах, Арнольд, Арнольд, – покачала Шэрон белокурой головкой. – Какой был механтроп, настоящий андроид...

– Простите, миссис...

Шэрон округлила фотофоры – кто это тут еще? Репликант, почувствовав всплеск в ее эмограмме, направил на группу чужих прожектор со взлетной площадки. Шэрон опять на долю микросекунды ослепла.

Наглецом оказался один из чужаков. Человек. Мужчина... Впрочем, скорее сопляк...

– Мисс! – высокомерно возразила Шэрон.

– О, простите, мисс, – тут же исправил свою оплошность сопляк. – Меня зовут Бенджамин. Я хотел бы узнать ваше имя, чтобы представить вас повелителю... Он...

Сопляк беспомощно оглянулся на двух других человечков. Шэрон отметила могучее телосложение усатого, лицо его скрывал шлем скафандра, и с легким презрением взглянула на черномазого, который без всякого стыда, открыв забрало, пялился на нее.

– Который из них повелитель? – холодно вопросила Шэрон.

– Тот... с темной кожей, – с заметной запинкой пояснил сопляк Бен.

– Ниггер?!

– Простите, как вы сказали?

– Белой девушке, – ледяным тоном начала Шэрон, – неподобает представляться всякому ниггеру. А если ему понадобилось, пусть называет меня госпожой! Ясно, Сопляк?!

Сопляк быстро закивал и стал отступать к своим. Шэрон стала дожидаться продолжения. Ей было любопытно, как поведут себя люди, встретив такой отпор. Тем более, что одна из Заповедей гласила: «Механтроп должен изучать человеческую психологию – это способствует эффективному уничтожению людей.»

Дальнейшего развития событий не пришлось долго ждать. Услыхав от Сопляка Бена, что красотка не желает назвать себя, – Шэрон, разумеется, прекрасно слышала, о чем говорят люди, – Ниггер взбесился. Сжав кулачонки, он бросился к ней.

– Механтроп, – прошипел он, – слушать мою команду...

– Я не механтроп, – ответила Шэрон нежно, не перенапрягая голосовой контур. – Я твоя госпожа! И как превосходящая особь, сама буду решать что мне делать. Да и тебе тоже...

– Ладно, сейчас... – проговорил Ниггер и полез в карман своего скафандра.

Шэрон с умешкой на карминовых устах наблюдала за ним. По напряжению М-поля она почувствовала, что и Рейнджер, и Репликант держат людей на мушке. Пока что в переносном смысле. Шэрон вполне могла за себя постоять – ведь механтроп, независимо от доминирующей функции, есть боевая единица сама в себе – но находиться под защитой сразу двух андроидов было приятно.

Ниггер выхватил какой-то предмет, более всего напоминающий старинное огнестрельное оружие, и направил узкий ствол в сторону «белой девушки».

– Смотри, – сказал он, цедя слова, – это портативный дезактиватор. Если я нажму на спусковую клавишу, биоэлектрические потенциалы в твоем спинтронном блоке замкнутся накоротко. Накоротко! Понятно тебе?

– Люцифер! – неожиданно окликнул его Сопляк. – Что ты делаешь, это же девушка!...

– Идиот! – рявкнул не оборачиваясь Ниггер, названный Люцифером, что с точки зрения Шэрон, было весьма остроумно.

– Ах, Люци! – томно простонала она. – Как ты меня напугал... Надеюсь, ты не станешь стрелять в эту великолепную грудь?

И Шэрон, с треском разорвав на груди прочную ткань компенсационного комбинезона, плотно обтягивающего ее идеальное тело, мягкими шажками крадущейся пантеры двинулась к человеку.

Бен не понимал, что происходит. Девушка, конечно, оказалась с норовом, но это не повод чтобы так беситься. Да еще угрожать ей дезактиватором, словно какому-нибудь механтропу... Хотя... Бен почувствовал, как в голове у него словно свет зажгли. Все сразу стало видно. И в первую очередь – какой он, Хирург, осел!