Порождение Тени (ЛП) - Кемп Пол - Страница 17

Магадон скучал по Эревису и Ривену, скучал по ним больше, чем по Источнику, больше, чем по дубу.

Внезапно он понял, что было глупо оставаться в одиночестве. Друзья не судили его за то, что он был сыном дьявола, и не стали бы судить за зависимость от Источника. Оставаясь вдали от них, он лишь терял себя. Магадон решил разыскать их, как только караван достигнет Звёздного Покрова.

Приняв такое решение, он позволил себе наслаждаться дружеской атмосферой у костра. Через несколько часов выпитое стало действовать на караванщиков. Когда Селуне уже прошла свой зенит, торговцы и охранники начали расходиться по фургонам. Некоторые, включая Тарка, заснули у костра. Гратан поднялся.

— Я на боковую.

— Доброй ночи, — отозвался Магадон. — Через несколько дней мы достигнем Звёздного Покрова.

Гратан кивнул и пошел к своему фургону, но потом вернулся к Магадону. Он подошёл поближе и тихо сказал:

— Проводник… я видал и похуже, чем твои рога.

Магадон был слишком потрясён, чтобы что-то пробормотать в своё оправдание. Он почувствовал, как краснеет, и начал лихорадочно соображать. Прежде, чем он смог придумать ответ, Гратан продолжил:

— Пока человек держит слово и заботится о товарищах, мне всё равно, как он выглядит и какого происхождения. Некоторым здесь ты мог бы довериться. А с остальными мы сумеем поладить.

Магадон быстро огляделся, чтобы убедиться, что никто из немногочисленных оставшихся караванщиков не слушает их разговор. Почти все они спали. Магадон перевёл взгляд на Гратана.

— Я услышал твои слова, — негромко сказал он, изучая широкое лицо торговца, — и ценю их. Но как..?

Купец улыбнулся и коснулся серебряной застёжки своего плаща.

— Это защитило меня от того трюка, что ты провернул с остальными. Ценная штука для торговца, не так ли? Я отобрал её у красного мага в Даэрлуне.

Гратан присел рядом с Магадоном.

Тот взглянул на торговца и спросил:

— И что дальше?

— А дальше ничего. Тебе нечего бояться. Если хочешь, чтобы рога и всё остальное оставались тайной, тайной они и останутся. И вопросов я задавать не буду. Я многих встречал в своих путешествиях, и понял одну вещь: у каждого в душе хранится сундук, полный секретов. Это делает нас людьми. И ты здесь не исключение. Но я тебе вот что скажу. Иногда нужно открывать этот сундук и показывать его содержимое другим, иначе оно начнёт гнить.

Магадон оценил мудрость его слов. Он протянул руку и сказал:

— Мои благодарности, Гратан.

— И моё уважение, — ответил купец, пожимая Магадону руку. — Должно быть, это нелёгкая ноша.

— Бывает и хуже.

— Или как-то так? — с ухмылкой спросил Гратан.

— Или как-то так, — кивнул и улыбнулся Магадон.

— Доброй ночи тебе, проводник, — сказал Гратан, похлопав того по плечу. — Не забывай иногда снимать шляпу.

Он встал и пошел к вагонам.

Магадон глядел в угасающий костёр, задумчиво играясь с завязками на шляпе. Он напомнил себя, что не стоит всегда ожидать от людей худшего. Он был такого плохого мнения о себе, что привык и остальных мерять той же меркой.

Эта мысль улучшила его настроение. Он снова решил связаться с Эревисом и Ривеном…

Взгляд Магадона привлекло неожиданное движение возле дуба. Мать-енотиха и её отпрыски карабкались вверх по стволу. Малыши карабкались неловко, но страх придавал им скорости.

Нахмурившись, Магадон огляделся в поисках хищников, но в пределах его ночного зрения не было ничего необычного.

Облака поглотили полумесяц Селуне, и жужжание насекомых немедленно стихло. Лошади и мулы, стоявшие на привязи у фургонов, зафыркали и забили копытами землю. Заметно похолодало. Магадон покрылся гусиной кожей. Он ощутил в воздухе магию. Несколько мужчин, храпящих у костра, беспокойно заворочались во сне, замахали руками, как будто отгоняли кошмары.

Сердце Магадона заколотилось. На какой-то миг он испугался, что заснул, что слова Гратана ему приснились, что стены, которые он выстроил вокруг своего разума, рухнули, и скоро он услышит голос отца, увидит, как корчатся в пламени люди. Руки задрожали, но он справился с этим, сказал себе, что это не сон.

Он взял в руки лук, поднялся на ноги, и с трудом наложил стрелу на тетиву. Привычное движение успокаивало. Он обернулся кругом, оглядывая равнину, но не увидел ничего необычного — только трава, старый дуб, несколько других одиноких деревьев. Магадон шагнул к костру и встряхнул спящего Тарка.

— Вставай, — приказал он. — И поднимай остальных. Быстро и тихо. Что-то идёт.

Тарк не пошевелился. Не шевелился никто.

— Вставайте! — сказал Магадон, пнув его ногой.

Туловище Тарка соскользнуло с бочки, на которую опиралось, но ни он, ни другие караванщики у огня даже не шелохнулись.

Магадон выругался. На Тарка и остальных наложили заклинание. Стоит ли поднимать тревогу, предупредив нападавших, что он знает об их присутствии? Похоже, другого выхода не было.

— Не спит здесь хоть кто-нибудь? — закричал он. — Гратан?

Крики лишь сильнее напугали вьючных животных, но никто на них не отозвался.

Магадон был один. Возможно, способности его разума спасли проводника от действия заклинания, которое погрузило в беспробудный сон остальных караванщиков. Магадон облизал губы, сглотнул, и сфокусировал разум на наконечнике своей стрелы, зарядив его ментальной энергией. Наконечник засиял красным. Теперь стрела могла пронзить латный доспех.

Магадон обшаривал взглядом ландшафт. Он выровнял дыхание, унял дрожь в руках и сохранял спокойствие. Зачерпнув ментальную энергию, он окружил себя прозрачным барьером, который отразит летящие снаряды. Окутанный силой собственного разума, он медленно поворачивался кругом и искал цель.

— Отец? — выкрикнул он, напрягшись, когда слово покинуло его уста. — Покажись!

Уши наполнились шумом ветра, хотя ветра не было. Он осмотрел ночь в поисках источника, но ничего не увидел. Звук нарастал, становился всё громче и громче, пока…

На самой границе его зрения возникла извивающаяся масса щупалец. Толщиной со ствол дуба, чёрные, как чернила, они тошнотворно змеились над местностью. Их движения напомнили ему щупальца кракена или гротескные конечности темнопряда, с которым он встречался на плане Тени.

За щупальцами по пятам шло облако тумана.

Две пары тонких пятен света возникли во тьме за щупальцами, одна пара цвета холодного старого железа, вторая — тусклого золота.

Глаза.

Звук продолжал становится громче, он был оглушительным, как циклон. Магадону казалось, что его барабанные перепонки лопнут. Лошади и мулы бились в панике. Двое оборвали привязь и убежали в ночь.

— Кто вы? — крикнул Магадон, его голос был едва слышен в окружающем шуме.

Щупальца придвинулись ближе. Как и глаза.

— Покажитесь!

Ответа не последовало, и Магадон выпустил стрелу в одну из пар глаз. Стрела сорвалась с тетивы, оставляя за собой красный след. Вонзившись в темноту, она исчезла без всякого видимого эффекта.

Закричав, Магадон выпустил ещё одну стрелу, потом ещё одну. Нарастающий шум поглощал его крики; тьма поглощала его стрелы.

Рёв достиг крещендо, такого громкого, что Магадону показалось, будто его голова сейчас взорвется. Как могли караванщики спать в таком шуме? Казалось, будто в барабанные перепонки вонзаются кинжалы. Магадон бросил лук и закрыл уши. Он кричал от боли, но рёв съедал все звуки.

Без предупреждения рёв стих.

За исключением звука его тяжёлого дыхания, в ночи воцарилась тишина.

Уши Магадона звенели; в висках стучало. Он поднял взгляд и увидел, что щупальца исчезли, глаза исчезли. Он был один. Он посмотрел на свои ладони. Крови на них не осталось.

Магадон чуть не рухнул от облегчения.

— Тарк, — толкнул он младшего торговца. — Тарк!

Ответа по-прежнему не было.

Шорох наверху привлёк его внимание. Магадон взглянул туда, и то, что он увидел, лишило его сил. Руки безвольно повисли.

— Боги, — пробормотал он.