Дело жадного варвара - Ван Зайчик Хольм - Страница 47

Что-то все же таилось неправильное в постоянном стремлении Ханбалыка назначать на местные должности местных же уроженцев. Князю Фотию следовало бы в приватной беседе намекнуть императору, что это не всегда оправдано…

Однако пора было посмотреть и на самого Ландсбергиса, и Баг, выйдя из каюты, в ярком свете бесчисленных хрустальных светильников направился по красной ковровой дорожке к широкой, помпезной лестнице, ведущей на верхнюю палубу.

Там дул свежий морской ветер. Реяли темные, с ослепительными от солнца краями тучи. Гордые очертания Александрии таяли на горизонте. Внизу частые злые волны с едва слышным в гуле моторов плеском бились о борта величаво плывущего парома.

На широкой кормовой площадке группами и поодиночке толпились путешественники, наслаждаясь последними минутами созерцания туманных пагод и храмов Северной столицы. Гокэ щелкали затворами фотоаппаратов. Бурлили оживленные разговоры, то и дело слышался веселый смех. Между столиками, под трепещущими на ветру матерчатыми зонтами, сновали улыбающиеся половые в наглухо затянутых халатах.

У подвешенных на канатах и укрытых брезентом спасательных моторных баркасов, немного в стороне от скопления людей, стоял Ландсбергис – с неизменной трубкой в углу рта, и трое преждерожденных, вооруженных мечами и одетых в одинаковые серые халаты. Они о чем-то негромко разговаривали. Еще четверо в серых халатах сидели за ближайшим столиком. Перед ними стояли чашки с чаем. Один курил сигару. Наметанный глаз Бага сразу определил, что халаты пошиты из материала недешевого.

Старательно любуясь исчезающей за горизонтом Александрией, Баг, лавируя между пассажирами, медленно пошел вдоль борта в сторону Ландсбергиса. Справа и немного впереди он неожиданно заметил человека в короткой варяжской ветровке, надетой поверх заправленной в шаровары расшитой, как рушник, косоворотки, и чалме; прислонившись к стенке буфетной надстройки, он посматривал на Ландсбергиса, и тоже старался делать это незаметно.

«Как интересно», – подумал Баг и пристроился неподалеку, заняв очередь к открытому на палубу буфетному прилавку следом за каким-то гокэ в узеньких брючках, клетчатой рубахе и расстегнутой черной то ли жилетке, то ли душегрейке, надетой поверх.

Внимательно присмотревшись, Баг обнаружил на палубе еще с десяток неизвестных в чалмах: они, равномерно рассредоточившись среди пассажиров, тоже наблюдали за Ландсбергисом.

«Очень интересно!» – подумал Баг.

– Что угодно преждерожденному?

Баг чуть вздрогнул: пока он отслеживал сложные переплетения взглядов чалмоносцев, сходившихся на Ландсбергисе, гокэ в жилетке уже отошел, и теперь буфетчик со всей возможной доброжелательностью смотрел на него.

– Кружку пива «Великая Ордусь», – Баг заметил, что семейная пара, стоявшая рядом с Ландсбергисом у баркасов, оживленно беседуя, направилась прочь.

– Сей момент! – Пиво, дав положенную пену, радостно наполнило сверкающую кружку с красочной эмблемой «Святого Евлампия». – Преждерожденный пройдет в буфет?

– Нет, благодарю… Я выпью пиво, созерцая морские дали. – Баг расплатился и медленно двинулся к освободившемуся рядом с Ландсбергисом пространству у поручней.

– …Не так все просто, – рокотал Ландсбергис, когда Баг со своей кружкой привалился к поручням лицом к морю и спиной к нему. – Но мы это сделаем, как я и говорил. Пусть у вас не будет сомнений.

Баг пристально уставился на парящих в воздухе чаек, демонстрируя полное отсутствие интереса к происходящему. Вот где пригодилась бы Жанночка с ее умением терять равновесие! Вогнала бы Дзержину микрофон-булавку в самую его жирную задницу!

– Хозяин любит точность и четкость действий, – бесцветным голосом сказал один из серых халатов.

– Да, да, я и сам такой! – отвечал Дзержин.

«Еще бы!» – подумал Баг.

– Кстати, мне непременно надо с ним обсудить все условия лично.

– Условия вы обсудите с нами. Хозяин не будет с вами встречаться.

– Но почему? – В голосе Ландсбергиса послышалось удивление. – Я достаточно влиятельный и крупный промышленник, у меня громадные связи. Поверьте, я много, очень много значу в деловых кругах Ордуси! Последовала красноречивая пауза. Баг не смел обернуться, но он и спиной почувствовал, сколь издевательским и высокомерным взглядом смерил в ответ Ландсбергиса неизвестный. Потом снова послышался его голос:

– С хозяином вам никак не сравниться. Ваши капиталы и связи ничтожны. Наш музейный моль вхож в близкие к вашему двору круги, и пока там думают о главном и проявляют человеколюбие, он уже скупил по-тихому все ваши молибденовые рудники. – В голосе неизвестного звучала откровенная насмешка. – Хозяин – человек дела. Дело вам известно. И если предмет при вас, мы можем обсудить все детали прямо сейчас.

– Да кто ж этот ваш хозяин?! – Ландсбергис даже слегка повысил голос.

Вопрос повис в воздухе.

– Так мы будем договариваться или нет?

– Здесь? – окончательно потеряв весь свой апломб, спросил Ландсбергис.

– Зачем же… Пойдемте куда-нибудь.

Баг небрежно, мельком оглянулся и увидел, как Ландсбергис в сопровождении троих в сером удаляется в сторону входа в правый коридор первой палубы. Прочие серые халаты по-прежнему сидели за столиком и пили чай. Чалмоносцы пристально следили за перемещениями Ландсбергиса.

«Как мило! Похоже, тут что-то затевается…» – пронеслась короткая мысль, и в груди Бага стал разгораться пьянящий азарт будущей схватки. А в том, что она неизбежно воспоследует, Баг уже не сомневался. Любители носить чалму и любители носить серые халаты были явно из разных лагерей. А посередине, все еще пыжась, но все равно уже совсем иной, нежели при встрече с братом, торчал злополучный Ландсбергис с украденным наперсным крестом великомученика Сысоя за пазухой.

Допив пиво, Баг развернулся и не спеша направился в сторону лестницы. Ему не терпелось

оказаться в своей каюте, и как только металлическая дверь с лязгом отделила его от палубы, Баг понесся вперед большими прыжками. И, выворачивая из-за угла, – попал прямехонько в объятия нихонца Люлю.