Тайны родства (СИ) - Гультрэ Икан Релавьевна - Страница 64

   В остальном я действительно почувствовала изменения. Особенно остро я ощутила их на Айиоро -- в единении с миром, в способности по-новому воспринимать и оценивать происходящее. Это срабатывало не всегда, но я относила подобное непостоянство проявлений к своей... ну, скажем, недоразвитости как магического существа. И к тому, что я приняла это состояние, будучи уже взрослой, а не привыкла с детства жить и мыслить по-другому.

   -- Лари, но... Я, конечно, потрясен твоей историей... Однако причем тут обряд?

   -- Все очень просто: я не уверена, что эльфийская магия не затронет мои собственные недоразвитые магические структуры, не внесет в них какие-либо изменения. Ведь, насколько я поняла, обычно обряд проводят с эльфами, реже -- с людьми, которые не имеют собственной сферы жизни.

   -- Ты права, но эта магия не затрагивает сферу жизни магического существа. Когда я принял решение о тебе, мне пришлось перечитать множество книг, чтобы убедиться, что я не совершу ничего ошибочного или противозаконного. В том числе мне попался один древний трактат, в котором вскользь упоминалось принятие в род других магических существ. Я, признаться, тогда изумился -- о каких существах может идти речь, но ответов на свои вопросы не нашел. И вот теперь появляешься ты -- и я понимаю, что в нашем мире могут оказаться другие разумные со сферой жизни, кроме эльфов. В тебе вот сразу две расы нашли отражение. Что ж, будет третья. Уверяю тебя, они не вступят в противоречие друг с другом. Как я уже заметил, обряд не затрагивает ни глубинных слоев твоего существования, ни сферу жизни.

   -- Ты меня успокоил, -- улыбнулась я эльфу.

   На самом деле, я нисколько не успокоилась. Все-таки, чтобы решиться на такой шаг, надо владеть большим объемом информации, чем у меня имелся. Однако хозяину я ничего этого говорить не стала. Мы условились, что меня разбудят за час-полтора до рассвета и проводят в зал источника.

   Как только за моей спиной закрылась дверь предоставленных мне покоев, я, не раздумывая долго, вызвала деда. В свое время он мне тоже сделал кулон для связи, только не на крови, как у Наташки, а на родственной магии. Поэтому у меня были варианты, что вкладывать в вызов. В зависимости от выбора спектра, я могла позвать на помощь с предупреждением, что рядом со мной может быть опасно, или просто пригласить деда на беседу: мол, не срочно, но нужен совет. Именно такой формой я и воспользовалась на этот раз. Гилеари появился не сразу, а минут через пятнадцать.

   -- Ну, что скажешь, внучка?

   Я не стала тратить время на многословные объяснения ситуации и собственных сомнений, а просто открыла ему свое сознание и только после этого ответила вопросом на вопрос:

   -- А что скажешь ты? -- и ухмыльнулась.

   -- Гм... Эльфы, значит. А что, это может быть тебе полезно! -- воодушевился дед.

   -- Не может быть, а точно будет, раз уж меня занесло на эльфийский материк. Здесь для человеческой женщины клановая защита -- настоящее спасение. Главное, чтобы она не несла с собой никаких побочных эффектов -- учитывая, что я все-таки не совсем человек.

   -- Не волнуйся, дорогая, -- успокоил меня Гилеари, -- твой эльф совершенно прав, на сферу жизни это никак повлиять не должно. Объясни ему только, как настроить защиту, чтобы она была послушна тебе, твоему эмоциональному состоянию и разуму. Ну и пусть присматривает за тобой... после...

   В итоге остаток вечера -- до самой глубокой ночи -- мы с дедом потратили на рисование всяческих схем. Чтобы донести до эльфа какие-нибудь идеи, мне требовалось сначала вникнуть в них самой, а знаний в подобных областях магии мне явно не хватало.

   Стоит ли говорить, что поутру я чувствовала себя не слишком бодрой?

Глава 4

   Ладно бы это было действительно утро, но встать до рассвета после практически бессонной ночи -- сомнительное удовольствие. А ведь еще пришлось объяснять эльфу дедовы выкладки!

   Лейтиниэр, надо отдать ему должное, отнесся к идеям с большим вниманием, а главное -- улавливал суть на ходу. Только вздохнул лишний раз, представляя, вероятно, как будет приспосабливать уже известное и заученное к новому и чуждому.

   В Зале Источника было пусто и тихо, так что каждый шаг отдавался гулким эхом. И темно. Вернее, мрачновато, но по мере того как мы приближались к центру, разгорался свет, источник которого мне определить не удалось -- казалось, он лился отовсюду.

   -- Раздевайся, -- бросил мне Лейтиниэр.

   Он уже погрузился в себя, готовясь к обряду, и говорил коротко, отрывисто, не отвлекаясь на внешнее.

   Я начала сбрасывать одежду и неожиданно почувствовала себя неловко. Удивительно -- я была о себе лучшего мнения. Или наоборот -- худшего? Запутавшись в определении собственного состояния, я забыла о стеснительности и в несколько мгновений разделась донага.

   -- Готова, -- тихонько сообщила эльфу.

   -- Не только одежду, -- пояснил он, мельком глянув на меня, -- все щиты, в том числе и ментальные. Ты должна полностью открыться.

   -- М-да? -- с сомнением пробормотала я.

   -- Ты жы говорила, что доверяешь мне, -- укорил меня эльф.

   Я вздохнула и покорилась. Без щитов я почувствовала себя куда более раздетой, чем без одежды. Сразу как-то стало заметно, что пол в зале ледяной, и холод пополз от ступней наверх, пробирая до дрожи.

   Первое прикосновение к спине между лопаток было почти невесомым -- похоже, эльф расписывал меня узорами, используя кисть. Рука эльфа уверенно порхала -- заметно было, что он опытный рисовальщик... Ну да, ювелир же. Художник.

   Ювелирно-художественная роспись расползалась по моей коже диковинными побегами. Иногда мастер прерывался на несколько мгновений, потом вдруг дотрагивался до какого-либо завитка узора не кистью, а пальцем, словно точку ставил, какой-то промежуточный итог, и продолжал свой труд.

   Вот только прикосновения этих тонких пальцев будили во мне совсем не родственные чувства, которые полагалось бы испытывать к старшему в клане. Тело откликалось на прикосновение мужчины -- без щитов у меня не было никакого иммунитета против эльфийского очарования, и неважно, каким образом эльф вторгался в мое пространство -- взглядом или касанием.

   В какой-то момент я уже просто не могла бороться с желанием, мысли путались, я дышала судорожно, пытаясь справиться с телом, но чувствовала, что власть над ним ускользает от меня, еще чуть-чуть -- и я просто наброшусь на этого эльфа.

   -- Тш-ш-ш, тихо, -- зашептал вдруг Лейтиниэр, а потом положил пальцы мне на виски -- и желание отступило.

   Зато я опять почувствовала жгучий холод, который исходил от каменных плит пола, и всё переминалась с ноги на ногу, не решаясь двигаться активнее, чтобы не сбить руку художника. Время, казалось, почти не двигалось. Я ловила себя на мысли, что где-то за стенами этого зала идет жизнь -- просыпается эльфийский дом, хлопочет в детской красавица Эниэра, продрал глаза Лерех, не выбиравшийся из выделенной ему комнаты со вчерашнего обеда... Неприкаянно слоняется по коридорам Делевиэр, мучимый раздумьями о судьбе своего приятеля.

   Когда эльф наконец нанес на мое тело последний штрих и отступил на шаг, любуясь результатом, я даже не поверила, что эта мука позади.

   Лейтиниэр молча указал мне рукой на источник. Я поняла: перешагнула через бортик и погрузилась в мерцающую разноцветными искорками воду. В этот момент мысли о внешнем мире перестали меня волновать. Как и сам мир. Да был ли он вообще? Существовало ли что-нибудь за пределами этого мерцания, этих волн, ласкающих тело? Не было и времени... да и меня самой не было тоже...

   -- Лари! Лариса! -- голос старшего брата извлек меня из небытия.

   Брата? Старшего?.. Как странно. Где-то внутри я знала, что -- да, брат есть. Не просто старший, а глава клана. Но сознание упрямо отказывалось принимать эту мысль.