Тайны родства (СИ) - Гультрэ Икан Релавьевна - Страница 68

   И почему меня ужасно злят такие вещи? Кажется, пора бы уж понять, что у каждого мира, у каждой расы -- свои правила и традиции. Кроме того -- разве у нас не случалось того же? Однако каждый раз, когда я слышу о женщине, от которой все отвернулись только потому, что она не с тем переспала и не от того забеременела, мне хочется кого-нибудь прибить. О чем я и сообщила собеседнику.

   -- Я разделяю твои чувства, -- ответил мне эльф, -- но мы с тобой все равно ничего не можем поделать. Только помочь ей родить легко. И то не прямо сейчас -- раньше вечера роды не начнутся.

   -- А потом? После родов? Как она будет выживать? Отец-то у ребенка где-то есть, человек этот?

   -- У нас была пара подобных случаев. Целитель Летравиор пристроил обеих женщин служанками в приличные дома, где их не обижают. Видишь ли, в чем тут беда: родись у такой женщины эльф, ее положение в обществе изменилось бы в лучшую сторону. Но от таких связей рождаются полукровки, либо вовсе без магической оболочки, либо со сферой жизни в зачаточном состоянии... Еще два раза ребенок погибал при родах. Что до любовника нашей сегодняшней пациентки, то он сбежал из Лиотании, едва узнал о ее беременности -- испугался мести родственников.

   ...С послеоперационными больными никаких сложностей не было. Позавчерашний уже окончательно пришел в себя и вовсю капризничал, отказываясь от еды и порываясь встать с постели раньше времени. Второй, которого прооперировали накануне, еще спал. После вмешательства в магическую оболочку пациентов обычно дольше держат в лечебном сне, покуда другие структуры не приноровятся к изменениям в сфере жизни.

   В палату к беременной я входила не без внутренней дрожи -- злость на общество смешивалась с сочувствием женщине. Эльфийка оказалась на редкость нехороша собой. Вроде бы все было на месте -- тонкие черты, идеальная кожа, разве что чуть-чуть бледноватая, синие с прозеленью глазищи в пол-лица и белокурые локоны, обрамлявшие это великолепие. Но... то ли это утомление сказывалось, проступавшее в чертах лица сквозь внешнюю красоту, то ли затравленный, исполненный безнадежности взгляд. Словом, ее хотелось жалеть, но никак не восхищаться.

   Верениэр осмотрел женщину -- на всех трех уровнях, остался вполне доволен увиденным и собрался уходить, однако меня что-то зацепило.

   -- Подожди, -- остановила я коллегу.

   -- Жду, -- ответил он и с интересом уставился на меня.

   Я же уселась в поудобнее в кресло, которое стояло у кровати женщины и посмотрела на женщину сперва просто магическим зрением, потом углубилась на уровень тонких структур. На первый взгляд все выглядело абсолютно нормально, но... ведь что-то же не давало мне покоя? Я "просветила" взглядом тело: малыш, уютно устроившийся в утробе матери, казался обычным младенцем. Мальчик, но это и без меня известно. Ушки слегка заостренные, но не определить -- как у полноценных эльфов или как у полукровок. И я нырнула еще глубже. Тело в теле. Сфера в сфере. И если энергетическая оболочка у матери и младенца была общей -- младенческая отделялась от материнской в момент родов и замыкалась на себе, обретая способность к самостоятельному функционированию, примерно в течение первых суток жизни ребенка, -- то магическая у малыша была собственной с самого начала -- вполне самостоятельной и полноценной, как у любого эльфа, правда, связанной с материнскими тонкими структурами странными петлями.

   Сосредоточившись, я попыталась представить себе, как это должно происходить во время родов, и при любом раскладе получалось, что петли так просто ребенка не отпустят. И что тогда? А тогда возможны два варианта: при рождении магическую оболочку срывает с малыша полностью или частично, и он либо умирает от шока, либо остается в живых, но... не эльфом.

   Значит, от эльфийки и человека в утробе зарождается вполне эльфийский плод, но накрепко сцепленный с магической оболочкой матери. И он... может родиться эльфом, если вмешаются грамотные целители и разъединят мать и ребенка.

   -- Верен, -- окликнула я, -- пойдем-ка поговорим.

   Эльфийка проводила нас тоскливым взглядом.

   Стоило двери палаты закрыться за нашей спиной, я огорошила коллегу заявлением:

   -- Она может родить эльфа!

   -- Не понял?

   -- Эта женщина беременна эльфийским младенцем. Но он появится на свет таковым, только если мы вмешаемся, -- и я растолковала Верениэру, что мне только что довелось увидеть.

   -- Подожди... -- пробормотал он. -- получается, мы просто не догадывались заглянуть на этот уровень. Все казалось предельно ясным. Ведь и у человеческих женщин от эльфов не рождаются эльфы...

   -- У человеческих женщин нет собственной магической оболочки, потому и у младенца она почти не развивается, -- возразила я.

   -- Пойдем! -- скомандовал целитель и понесся по коридору.

   -- Куда?!

   -- Как -- куда?! К Летравиору-Соэно, конечно. Он должен это увидеть!

   Летравиор, услышав о моих открытиях, ураганом сорвался с места:

   -- Я должен это увидеть!

   -- Я ж тебе говорил, -- ухмыльнувшись, шепнул мне на ухо Верен.

   Когда мы дошли до палаты, ведущий целитель был уже там, в состоянии, близком к трансу. Мы замерли в дверном проеме в молчаливом благоговении, ожидая приговора старшего. Ждать пришлось довольно долго. Наконец Летравиор поднялся, и вышел из помещения, не обращая на наше присутствие ни малейшего внимания. Мы выскользнули следом за ним:

   -- Ну что?! -- воскликнули хором.

   -- Будем готовить к операции на сегодняшний вечер. Вы двое -- передаете своих пациентов коллегам и бегом в библиотеку лечебницы. Там возьмете справочники по магическим структурам и по беременности и родам у эльфов. Найдете толковое изображение, как это должно выглядеть в обычном случае... -- Летравиор вздохнул. -- Я сам, конечно, помню, но полной уверенности нет, надо бы освежить.

   В библиотеке мы провели в общей сложности часа четыре -- с перерывом на обед, -- однако нужные изображения нашли и даже несколько вариантов для сравнения. Получалось, что подобные "держалки" существуют у любой беременной эльфийки, но они имеют форму не петель, а тонких, очень гибких крючков, которые при родах должны просто распрямляться, отпуская младенца.

   А я снова злилась: скольких бы можно было спасти -- и младенцев от смерти или роли изгоев, и матерей от общественного презрения. Ведь одно дело -- родившая вне брака неизвестно кого, и совсем другое -- родившая эльфа... И вроде бы все понятно -- тут стереотипы действуют: ребенок от человеческой женщины и эльфа -- не эльф, следовательно, и ребенок эльфийки и человека -- тоже не эльф. Никто и не догадался посмотреть. И все равно ужасно обидно...

   Из библиотеки мы вместе с добытым материалом переместились в просторный кабинет ведущего целителя. Вид у Летравиора был потерянный, даже несчастный -- похоже, его тревожили те же мысли, что и меня, только к ним примешивалось еще и чувство вины.

   План необычных родов мы разрабатывали очень подробно. Обсуждали два подхода: прооперировать до родов, приведя петли к должному состоянию, или работать с ними одновременно, прямо в процессе. Остановились на первом, и пациентку незамедлительно переправили в операционную.

   -- Что это? Почему? -- робко вопрошала женщина.

   Ей никто ничего не объяснил. Я тоже не знала, стоит ли растолковывать и без того перепуганной женщине подробности, потому успокоила ее почти правдивым заверением, что ей просто предстоит процедура, призванная потом облегчить роды.

   В этот раз я не оперировала, предпочла наблюдать. Смотрела и вспоминала, как таким же наблюдателем -- только беспомощным, ни на что не способным -- была почти год назад, когда Ритэниор оперировал Наташку. С тех пор многое изменилось, и, случись что с ведущим целителем прямо сейчас, я могла бы с любого момента включиться и продолжить начатое им дело. А тогда Ритэниор был единственным среди нас, кто мог вмешиваться в тонкие структуры без помощи суигги...