Руны (СИ) - Суслова Ирина - Страница 42

— На завтрашнее утро у нас запланировано дело. Но я не вижу препятствий, почему бы вам не съездить за город, — ответил Сальваторе, чем несказанно меня удивил.

— Спасибо констебль, — кивнул Мастер и, обрадовавшись, я открыла дверь и шагнула в гостиную.

— Ты слышала Раечка? — не сомневаясь, что я подслушивала, спросил старик. — Завтра все по графику.

Я улыбнулась во все тридцать два зуба и полезла обниматься к Мастеру.

Через пять минут Ноа объявил, что нам уже пора, и мы засобирались. Мастер по обыкновению провожал до самой двери, когда позади его я увидела Мию, которая босиком и в моей рубашке до пят сбегала по лестнице.

— Рая! Подожди! — пискляво крикнула она.

Я остановилась. Девчушка застенчиво смотря на Сальваторе, подошла ко мне и протянула в маленькой ладошке лоскуток розовой ткани. Это был помощник, который я ей дала.

— У меня все хорошо, — проговорила она, — ты сказала вернуть, когда все наладится.

Забрав помощника, я кивнула и вышла из библиотеки.

В экипаже повисло неловкое молчание.

— Извините, что не сказала раньше, — нарушила я тишину.

— Есть еще что-либо, о чем мне стоит знать? — отозвался он после недолгого раздумья.

Я тоже задумалась и поняла, что есть.

— Нет, — невинно отозвалась я, радуясь, что в салоне достаточно темно, чтобы он мог видеть мои глаза.

— Я на это надеюсь, — устало проговорил Сальваторе. — В следующий раз взвешивай свои поступки. Если бы ты рассказала мне о ней раньше, Мии не пришлось еще, по меньшей мере, пару недель сидеть взаперти.

— Я не была уверена в вашей реакции… — начала я, но решила не вдаваться в подробности. — В любом случае: спасибо вам мистер Ноа, за то что сделали для неё.

Он кивнул и разговор на этом иссяк.

Оказавшись дома, мы не сговариваясь, ломанулись в столовую, гонимые голодом. Там мы и застали Пятого, голова которого застряла в банке с молоком, когда он пытался его выпить по тихому.

— Привет, предатель, — поздоровалась я.

— Наконец-то! — глухо проговорил он. — Вытащите меня из этой чертовой банки! Я уже обпился этим чертовым молоком!

— Не чертыхайся, — засмеялась я, но не спешила к проказнику на помощь.

— Ну, Адка! Ну я тебе припомню!

Сальваторе щелкнул пальцами и голова Пятого со звуком выскользнула из горлышка банки. Никс был испачкан молоком и взъерошенный как молодой воробушек. Я начала смеяться над ним все громче и громче, пока ко мне не присоединился Сальваторе. Сегодня я впервые услышала его искренний смех и он отразился теплотой в моей душе. Все-таки я знала, что в глубине души Ноа не такой уж и плохой, ведь он помог человеческому ребенку. В Сальваторе была загадка, которую я никак не могла разгадать, но которая манила меня, как огонь мотылька. К сожалению, мотыльки всегда опаляют крылья, поэтому мне ничего не оставалось, как молча наблюдать за тем, как преображается его красивое лицо, когда он смеется.

Вот как сейчас.

ГЛАВА 13

"…кроме того я приняла все необходимые меры предосторожности, правда формула, которую вычертил Пятый на моей лопатке, конечно все еще побаливает, но я считаю что поступила верно, попросив его об этом.

Кстати, я наконец-то закончила свой первый доклад, и сегодня, Мастер Като отнесет его в Университет. Он, кажется, нервничает даже больше чем я, и выходит, что это я его успокаиваю, а не наоборот. Он очень хочет, чтоб у меня все получилось, и чтобы меня заметили. Я ему это, конечно, пообещала, но кто знает. Надеюсь, Мастера не высмеют из-за меня, и у него не будет после этого проблем.

Надеюсь, что у меня все получится. Ну, с Богом…"

Запись из личного блокнота Безродной Раисы, 13 марта 742 года по Магическому календарю (за год до описываемых событий).

Я проснулась уставшей, но с хорошим настроением. Я точно знала, что сегодня будет тепло. Так бывало всегда. В этот день весна вступает в свои законные права.

Я вприпрыжку спустилась вниз и ненадолго задержалась у камина. Достав из кармана "помощника" Мии, бросила его в огонь, произнеся необходимые слова, и понаблюдала, как он вспыхнул синим пламенем. Довольно кивнув, пронеслась по дому в поисках живой души, но никого не обнаружила. Пятый ушел еще до того, как я проснулась и не подарил подарка. Я, разумеется, на него временно обиделась, но точно знала, что если не сейчас, то вечером, никс обязательно его подарит.

Интересно, а Ноа что-нибудь для меня приготовил? Хотя точно знала, какой подарок от него для меня будет приятней всего. Размечтавшись о поцелуе и жарких объятьях, я зарделась как маковый цветок, но к счастью в столовой никого не было, поэтому отдалась приятным несбыточным мечтам и порхала над плитой, где варилось кофе, напевая при этом очередную глупую песенку.

— Хорошо, что ты уже здесь, — грубо вторгся в мое прекрасное утро Сальваторе, просунув голову в дверь. — Одевайся, у тебя три минуты. Мы спешим.

Его голова скрылась так же быстро, как и появилась. Ну вот. Ни тебе "здрасте", ни "с днем рождения, Рая". Я угрюмо отставила турку на другую комфору и пошла одеваться.

Спустя полчаса мы прибыли к Магистратуре. Сальваторе, видимо, запамятовал о моем дне рождении, из-за чего я затаила на него злобу, хотя мозг и напоминал периодически, что у него помимо этого куча забот и думок, куда уж еще и помнить о дне рождении какой-то человечки.

Но как только я ступила на ступени Магистратуры, все бредовые мысли покинули меня, а на смену этому по телу пробежали мурашки. От этого величавого сооружения веяло мраком, властью и делами государственной важности. Множество широких ступеней уходили ввысь и закачивались около самого входа, где две необъятные колонны цвета слоновой кости со скульптурными консолями подпирали выступающую, эркерную часть здания. Все, что находилось выше первых двух этажей, имело вид "текущего камня", словно строителем был малый ребенок, и материалом для него выступал мокрый песок. Не сказать, что не красиво. Красиво, но… жутко, пусто и как-то нереально, что ли…

Мы преодолели уже половину ступеней, как я, наконец, смогла отодрать взгляд от фасада Магистратуры и, оглядевшись, с удивлением обнаружила, что была столь сильно поглощена осмотром этого сооружения, что совершенно не заметила магов-работников магистратуры, которые словно муравьи спешили в свой огромный жуткий муравейник. Множество магов поднимались по этой самой лестнице на свои рабочие места, поэтому на нас никто не обращал внимания. Мне еще никогда не приходилось видеть столько магов в одном месте. Многие из них хмуро глядели себе под ноги, тогда как другие бодро вышагивали и переговаривались между коллегами, звонко при этом смеясь.

Типичное магское утро. Беззаботное, живое. Они точно знают, какой их ждет завтрашний день, у них есть друзья и знакомые, с которыми они могут поболтать сидя по вечерам в таверне. У них есть все то, чего никогда не будет у людей.

Я завистливо уставилась себе под ноги и последовала за Сальваторе, стараясь не обращать внимания на поток галдящих магов. Когда мы попали в фойе, то я восхитилась объемами этого помещения, оно было огромным! Стены выполнены из белого мрамора, на которых красовалось множество гобеленов с изображением печатей магистров, ровно шесть штук. На потолке искусно выполненная фреска неизвестного мне бога, карающего своей тяжелой рукой не подчинившихся его воле. Конечно, где как не в Магистратуре нужна такая фреска. Разве что, только в аду. Пол под нашими ногами был устлан красным с золотой окантовкой ковром, расходившийся множеством дорожек в разные части фойе.

Мы с Ноа проследовали по центральной лестнице и поднялись на пятый этаж. Он был последним и самым тихим. Если даже на лестнице слышны голоса магов и шелест бумаг, то это крыло словно было избавлено от шумов искусственно.

Перед нами показался широкий коридор уставленный белыми статуями в человеческий рост: героев известных книг или мифов. Все они были вылеплены столь искусно, что создавалась иллюзия движения. Высокие дубовые двери, тянущиеся по коридору, нас не интересовали, мы прошли прямо к огромным резным дверям, рядом с которыми висела золотая табличка с выгравированной надписью: "Дирекция Магистратуры".