Руны (СИ) - Суслова Ирина - Страница 43

Ноа уверенно толкнул неожиданно легко открывшуюся дверь. За ней оказалась просторная круглая приемная, из которой вело шесть дверей в рабочие кабинеты Магистров. Двери ничем не отличались от остальных на этом этаже, как и стены, а вот ковер был уже не красного цвета, а зеленого, как летняя травка. В самой приемной сидели три секретаря — магички. Они отличались идеальной внешностью и поразительной похожестью друг на друга, будто сестры-близняшки, хотя этого быть не могло, поскольку маги следят за рождаемостью и близнецы в этом мире не в почете, так как когда умирает один, то второй теряет половину силы. Тем не менее, секретари как на подбор, были с длинными платиновыми волосами и огромными, выразительными голубыми глазами. Они с интересом посмотрели на нас, но не произнесли ни слова, зная, кто именно решил посетить святая святых.

Кроме того, в помещении находилось два неподвижных охотника, ожидающих нас и следящих, чтобы из кабинетов магистров не выносилось никаких бумаг и тому подобного. По моему глубокому убеждению, это была глупая затея, но как говориться: победителей не судят. А победителем был Сальваторе, который таки добился допуска в святая святых.

Охотники дружно склонили на бок головы при нашем появлении и отошли от охраняемых дверей. Мы начали осмотр с кабинета Магистра Скарлата, постепенно перемещаясь в другие, под зоркими взглядами молчаливых секретарей.

Как и следовало ожидать, на рабочих местах Магистров не было и намека на руны, но мы упорно осматривали каждый угол. Вернее Сальваторе осматривал. Я же топталась рядом, стараясь не отвлекать Ноа и вообще слиться с обстановкой, боясь заметить на себе его взгляд, после которого меня постоянно бросало в жар и хотелось провалиться сквозь землю. Кабинеты магистров были совершенно одинаковыми, особо не приметными, не кричащими, как само здание, а скорее скучными и чисто деловыми. Я даже запуталась на третьем, единственное их отличие — это цвета. Стены каждого из кабинетов были цвета герба определенного Магистра.

Лишь в кабинете Матиса удача улыбнулась нам в виде руны, которая висела в красивой рамочке прямо перед сейфом, встроенным в стену.

— Что это? — напрягся Ноа, заметив руны.

Я поморщилась, но соврать не решилась:

— Формула для отвода глаз. Если кто-то решит найти сейф в этом кабинете, то будет топтаться на месте, но так его и не увидит.

Сальваторе по обыкновению задумался, легко сняв формулу со стены. Спустя пару минут он наконец-то соизволил проговорить:

— Но ведь мы его заметили, разве нет?

Какой наблюдательный.

— Угу, — проблеяла я, напрягшись.

— Почему? — направил он на меня свой режущий взгляд.

— Хозяин формулы мертв, — то ли ответила, то ли спросила, вжав голову в плечи. Ноа этого не заметил, поскольку снова задумался. А я опасливо ждала результат его умозаключений. Спустя пару минут уже хотела упасть к нему в ноги и признаться про вышитые руны на его пальто, когда внезапно констебль открыл сейф одним щелчком пальцев.

— Защита — дрянь, — пробормотал он себе под нос, — а еще Магистратурой зовутся.

Не обнаружив там ничего интересного, Сальваторе был вынужден признать свое поражение и ретироваться восвояси. При этом был зол как черт, но про бездействие рун забыл, поэтому я, вздохнув с облегчением, спешила за ним, пока маг огромными шагами пересекал фойе Магистратуры.

По пути домой Ноа сообщил, что заберет из домашнего кабинета документы и остаток дня проведет во Дворце Правосудия. Про мою вылазку на природу он ничего не сказал, и я решила пока ни о чем не спрашивать.

Судя по тихой ярости во взгляде и по нетерпеливому потаптыванию ноги, нашу неудачу он воспринял как личное оскорбление. Странно, мы ведь и не ожидали там ничего найти. Наверное, дело в том, что констебль не привык проигрывать. А сейчас как раз та ситуация. Да и еще, если учесть тот факт, что вопросов множество, а ответов практически не было, можно предположить, что Сальваторе просто в бешенстве.

Войдя в дом, мы сразу же столкнулись с Даафом, который пил кофе и осматривал полку с книгами. Сегодня на нем были черные брюки и свободная белая рубаха с расстегнутыми верхними пуговицами, небрежно заправленная за пояс. Со своими собранными в хвост волосами и небольшими усиками, Дааф напоминал пирата. Я улыбнулась, когда он повернулся к нам, услышав стук двери.

— Приветствую работяг, — весело проговорил он, но тут же был ужален взглядом брата. — Неудача в бою? — моментально предположил он, пока мы стягивали куртки.

Ноа оставил вопрос без ответа, а я робко кивнула, подтверждая его догадку.

— О! Великий констебль облажался, — беззлобно потянул Дааф, весело мне подмигнув. — Это нужно просто пережить.

Я хмыкнула, тут же поймав на себе недовольный взгляд Сальваторе.

— Что-то ты бодрый сегодня, спиртное закончилось? — прошипел он.

— Нет, братец, я решил пока отказаться от этой пагубной привычки…

— Надолго ли?

— Зависит от силы воли, и от шкалы сарказма младшего брата, — тут же нашелся Дааф, и дополнил ответ шпилькой: — Не стоит оттачивать свое скверное настроение на обитателях дома, Ноа…

— Тогда, может быть, ты оставишь пустые разговоры и займешься более полезными делами, раз пока не протираешь своим брюхом пол? — не остался в долгу констебль.

— Например?

— Например, поищешь себе работу.

Я поняла, что Сальваторе нужно выпустить пар и начала потихоньку пятиться к лестнице, не желая быть свидетелем перепалки братьев. Кроме того, они начали повышать друг на друга голос, при этом Дааф ловко перевирал слова брата и выкручивал их наизнанку, не забывая произносить колкости, которые метко попадали в цель.

Я была уже почти на самом верху лестницы, когда крик Сальваторе резко оборвался, и он спросил:

— Что это?

Я остановилась и, обернувшись, увидела, что Ноа смотрит на талисман, подаренный мною Даафу, который в пылу ссоры вылез из-под рубашки. Я похолодела и расширила глаза от ужаса, даже не представляя себе, что за этим последует. Сальваторе, тем временем, грубо сорвал талисман с шеи брата и заорал прямо ему в лицо:

— Я спрашиваю: что это?!

Дааф фыркнул и сложил руки на груди.

— Так вот оно в чем дело! Вот причина твоей трезвости и дерзости! Рая!

Я буквально приросла к месту, не решаясь ни подойти, ни убежать. Видя мою реакцию, Сальваторе оттолкнул Даафа и буквально взлетел ко мне.

— Ты посмела одеть руны на шею моего брата! — закричал он на меня. — Потрудись объясниться, что это такое?!

— Я…я…

— Отвечай!

— Ноа, отстань от девчонки, — начал было Дааф, но тот угрожающе зыркнул на него, заставив недвижимо застыть на месте. Взгляд мага при этом остекленел и опустел, словно его попросту выключили.

— Мне… я хотела помочь… — проблеяла я, поняв, что осталась без потенциального защитника.

— Помочь? Помочь?! — бесновался Сальваторе, нависнув надо мной так, что мне пришлось присесть на ступеньки. — Я тебе сказал, чтобы ты не смела пользоваться своими чёртовыми рунами в моем доме! Никогда!

— Мистер Ноа, извините меня. Мне очень жаль… это был подарок…

— Ей жаль! — скривился констебль. — А ты не подумала своей головой, что маги сами в состоянии решить свои проблемы без помощи рун?! Или ты считаешь, что Дааф настолько никчёмен и слаб?!

— Нет, я так не думаю, — прошептала я, глотая слезы.

— Отдай мне руны, — Ноа протянул руку.

— Нет, — зажалась я в комок.

— Дай сюда эти чертовы руны!

— Нет! — я вскочила на ноги и Ноа пошатнулся. — Это мои руны! Вы мне разрешили ими пользоваться! — прокричала в ответ.

Видимо мозг уже совсем дает крен, раз уж я позволила себе повышать на него голос. Но мне было так обидно и досадно, что слова сами лились из уст.

— Что плохого в том, что я решила ему помочь?! Что я сделала не так?! Что плохого в том, что он наконец-то смог совладать со своими мыслями, скажите мне?!

Ноа молча буравил меня взглядом, вслушиваясь в каждое слово. Мне бы уже заткнуться, но словесный поток продолжал выливаться.