Запертые двери (СИ) - Бер М. Игорь - Страница 98

   - Сьюзен, пообещай мне, что сделаешь все, как я скажу. - Начало ей уже не понравилось. Тим ждал ее ответа, которого Сьюзен не торопилась давать. И все же она нашла в себе силы кивнуть ему в ответ. - Мэри, ты тоже должна пообещать.

   Сделав глубокий выдох, Мэри сказала:

   - Хорошо, Тим, мы сделаем то, что ты хочешь.

   - Я сейчас выйду, а вы закроите за мной дверь и не станете ее открывать до нашего с Майком прихода. Надеюсь, Осборн еще не уехал. Мы попытаемся его догнать и одолжить его машину. После чего, мы вчетвером уедем из этого поганого городишка.

   - Мы можем воспользоваться одной из машин, что стоят на стоянке, - предложила Мэри.

   - Не думаю, что испортив наш автобус, они позабыли об остальных.

   - Но ведь там, на улице бродит этот сумасшедший! - напомнила ему Сьюзен.

   - Не волнуйся за нас, Сьюзен, - с легкой улыбкой на губах, успокоил ее Тим. - Сколько раз я давал тебе сегодня обещание, что вернусь и сдерживал его?

   Сьюзен не ответила, но судя по ее ответной улыбке, он был прав, с чем она не могла не согласиться.

   Выйдя со стоянки отеля, Кони свернул в правую сторону и побрел к своей машине, глубоко засунув руки в карманы дождевика. Все вышло совсем не так, как он планировал. Его глупый поступок не только не помог спасти столь приглянувшуюся ему девушку, но и приведет к тому, что вся община города ополчится против него, что поставит под вопрос его дальнейшее жительство в городе. И это меньшее из зол, ведь Совет может подписать ему и смертный приговор.

   - Нет, я ведь племянник констебля. Меня никто не посмеет тронуть, - этими словами он хотел успокоить себя, но дрожь в его голосе возымела на его самообладание совершено противоположный эффект.

   Он смотрел себе под ноги, проходя мимо террасы отеля, а потому и не заметил движения у стеклянных дверей. Он уже видел темный силуэт своей машины в пелене дождя, когда до его слуха донеслись крики и глухие стуки, которые заставили его обернуться.

   За стеклом кто-то стояла упираясь руками в дверь. Приглядевшись, Кони пришел к выводу, что за дверью стояла женщина, одетая в очень даже открытую одежду - узкую белую маячку, что не прикрывала даже живота и коротенькие белые шортики, что не скрывали длину и стройность ног их обладательницы.

   - Помоги мне, - устало произнесла женщина и ее пальцы медленно поползли вниз по стеклу. - Помоги мне.

   Коннор Осборн сделал два шага ей навстречу, что позволило ему разглядеть ее получше. Тьма прошедшей ночи постепенно превращалась в сумерки, хотя если бы не тучи, на горизонте наверняка бы уже проявилась заря. И все же силуэт креста на холме стал немного отчетливее.

   Осборн, прищурившись, осмотрел женщину.

   - Вы...вы та девушка, что приехали сюда с теми другими на желтом автобусе! - воскликнул он, подойдя вплотную к двери.

   Она улыбнулась ему.

   - Но...вы выглядите..., - он уже хотел было сказать "старее", но решил, что это будет не совсем то слово, которое она хотела бы услышать от незнакомого ей парня, - ...слегка усталой.

   - Да, - еле слышно ответила она ему, опустив голову, от чего Осборн смог заметить, что на макушке волосы женщины были слипшимися от некой темной субстанции. - Меня пытались убить.

   - Кто пытался?

   - Те..., - она помолчала, потом подняла голову и посмотрела ему в глаза. - Те, с которыми я приехала сюда.

   От услышанного у Коннора отвисла челюсть. Хотя почему он так удивился? В это легко можно было поверить - тот здоровяк, что все время наседал на него, вполне мог причинить вред, как слабой женщине, так и беззащитному младенцу.

   - Но почему они хотели убить вас?

   Веки женщины закрылись, брови сошлись у переносицы, а нижняя губа задрожала. "Еще мгновение и она заплачет", с жалостью подметил Осборн.

   - Они хотели принести меня в жертву, чтобы...чтобы им самим удалось избежать смерти.

   "Выходит, они все знали, с самого начала, а я как дурак, пересказывал им то, что им и так было известно".

   - Пожалуйста, - взмолилась пленница отеля. - Помогите мне, откройте дверь.

   Кони посмотрел на замок и увидел, что ключи остались в скважине. Он дотронулся до них и остановился. На кокой-то миг его посетило сомнение - правильно ли он поступит, если выпустит ее?

   "Ну же, не тяни! Вспомни, ради чего ты покинул офис и приехал к отелю! Ради нее и только ради нее. И теперь, когда тебе представился столь великолепный шанс предстать перед ней героем, ты сдрейфил?!"

   Женщина, которая еще утром была молодой девушкой, похоже, почувствовала его нерешительности, добавила очень жалостным голосом:

   - Прошу тебя, мне так больно.

   Кони провернул ключ и потянул за ручку двери. Перед ним и женщиной в белых шортиках исчезла преграда и она улыбнулась ему, только в этой улыбке было что-то неправильное.

   Женщина вышла на террасу, при этом убрав правую руку за спину, словно у нее резко обострилась боль в спине.

   - Спасибо тебе...

   - Коннор. Но вы можете называть меня просто Кони, - затараторил юноша.

   - Спасибо тебе, Кони. Ты спас меня. Спас, когда я почти отчаялась.

   Осборн смущено скривил рот, чувствуя как у него запылали щеки и уши. В эту минуту он сам себе казался Джоном Уэйном, от чего он даже слегка приподнял шляпу указательным пальцем, после чего просунул оба больших пальца в лямки на штанах.

   - Не стоит благодарности, я просто сделал то, что бы сделал любой на моем месте - протянул руку помощи прекрасной даме в трудную минуту.

   - И прекрасная дама хотела бы расплатиться с достопочтенным джентльменом. Вы не будете против одного поцелуя?

   Мелинда Мерцер с осторожностью сделала шаг ему на встречу, продолжая улыбаться и при этом держа руку за спиной. Что-то было настораживающее в ее улыбке, но Коннор не мог признаться, даже самому себе, что девушка, которую он столь сильно хотел, в тоже время его пугала.

   "Это нормально, приятель - девушка, которая выглядит так, словно сошла с обложки Плейбоя, хочет подарить тебе свой поцелуй, на твоем месте каждый бы чувствовал себя слегка сковано".

   Она вплотную приблизилась к нему и он уже чувствовал ее легкое дыхание на своем лице и смотрел в ее глубокие глаза, чей цвет в сумерках он не мог разобрать и чувствовал, как сердце в груди начинает биться все быстрее и быстрее.

   Ее влажные и мягкие губы уже коснулись его пересохших губ когда, она резко отвернулась и что-то прокричала. После этого крика он испытал невыносимую острую боль в спине. Словно кто-то облил его кипятком, при этом не только кожу между лопаток, но и левое легкое, а может даже и сердце. В горле запершило, а во рту появился неприятный привкус крови.

   Осборн изрек неповторимый в повседневной жизни звук и отстранился от девушки, которая так и не одарила его поцелуем. Он понял что падает и ничего не смог с этим поделать. Он попытался встать, но его ноги только заелозили по мокрой земле, оставляя на ней кривые полосы грязи. Он хотел дотянуться до ножа, что застрял в его спине, но у него ничего не получалось, а вскоре руки перестали его слушаться и он прекратил эти бессмысленные попытки. А уже спустя полминуты, его глаза перестали видеть окружающее его пространство и чувствительность покинуло его тело, избавив его от боли.

   Коннор Осборн умер, оказавшись заложником своего собственного легкомыслия.***

   Мелинда Мерцер отвернулась от убитого парня и замерла в ожидание сладострастного перевоплощения. Дрожа всем телом, она вдыхала и выдыхала через рот. Предвкушение метаморфозы была не менее приятна, чем она сам.

   Начались первые легкие покалывания в кончиках пальцев - первый признак, что механизм запушен и готов к применению. Затем по телу поползли теплые волны, окутывая ее плотным коконом, принося ощущения мягкости и гладкости - словно она вновь превратилась в эмбрион и вернулась в утробу матери. Волна начала набирать силу, пронизывать ее тело, отзываясь в голове трепещущей истомой. Ее тело начал выпрямляться и омолаживаться. Грудь снова налилась и стала упругой. Живот подтянулся и разгладился. Кожа стала гладкой и эластичной. Стало легче дышать, а сердцебиение участилось, но при этом не вызывало чувство давящей нагрузки. Одежда вновь плотно прижалось к ее телу, от чего пропало ощущение, что она раньше принадлежала кому-то другому. Трепещущая волна начала опускаться от головы к ногам, после чего вновь поднималась вверх и, добравшись снова до головы, разлеталась в сотни, тысячи мелких ярких частиц.