Сборник стихов - Гумилев Николай Степанович - Страница 36

36

Я вежлив с жизнью современною...

Я вежлив с жизнью современною,Но между нами есть преграда,Все, что смешит ее, надменную,Моя единая отрада.Победа, слава, подвиг — бледныеСлова, затерянные ныне,Гремят в душе, как громы медные,Как голос Господа в пустыне.Всегда ненужно и непрошеноВ мой дом спокойствие входило:Я клялся быть стрелою, брошеннойРукой Немврода иль Ахилла.Но нет, я не герой трагический,Я ироничнее и суше,Я злюсь, как идол металлическийСреди фарфоровых игрушек.Он помнит головы курчавые,Склоненные к его подножью,Жрецов молитвы величавые,Грозу в лесах, объятых дрожью.И видит, горестно-смеющийся,Всегда недвижные качели,Где даме с грудью выдающейсяПастух играет на свирели.

Какая странная нега...

Какая странная негаВ ранних сумерках утра,В таяньи вешнего снега,Во всем, что гибнет и мудро.Золотоглазой ночьюМы вместе читали Данта,Сереброкудрой зимоюНам снились розы Леванта.Утром вставай, тоскуя,Грусти и радуйся скупо,Весной проси поцелуяУ женщины милой и глупой.Цветы, что я рвал ребенкомВ зеленом драконьем болоте,Живые на стебле тонком,О, где вы теперь цветете?Ведь есть же мир лучезарней,Что недоступен обидамКраснощеких афинских ларней,Хохотавших над Эврипидом.

Я не прожил, я протомился...

Я не прожил, я протомилсяПоловину жизни земной,И, Господь, вот Ты мне явилсяНевозможной такой мечтой.Вижу свет на горе ФавореИ безумно тоскую я,Что взлюбил и сушу и море,Весь дремучий сон бытия;Что моя молодая силаНе смирилась перед Твоей,Что так больно сердце томилаКрасота Твоих дочерей.Но любовь разве цветик алый,Чтобы ей лишь мгновенье жить,Но любовь разве пламень малый,Что ее легко погасить?С этой тихой и грустной думойКак-нибудь я жизнь дотяну,А о будущей Ты подумай,Я и так погубил одну.

Счастие

1.Больные верят в розы майские,И нежны сказки нищеты.Заснув в тюрьме, виденья райскиеНаверняка увидишь ты.Но нет тревожней и заброшенной —Печали посреди шелков,И я принцессе на горошинеВсю кровь мою отдать готов.2.— «Хочешь, горбун, поменятьсяСвоею судьбой с моей,Хочешь шутить и смеяться,Быть вольной птицей морей?» —Он подозрительным взглядомСмерил меня всего:— «Уходи, не стой со мной рядом,Не хочу от тебя ничего!» —3.У муки столько струн на лютне,У счастья нету ни одной,Взлетевший в небо бесприютней,Чем опустившийся на дно.И Заклинающий проказу,Сказавший деве — талифа!..… Ему дороже нищий ЛазарьВеликолепного волхва.4.Ведь я не грешник, о Боже,Не святотатец, не вор,И я верю, верю, за что жеТебя не видит мой взор?Ах, я не живу в пустыне,Я молод, весел, пою,И Ты, я знаю, отринешьБедную душу мою!5.В мой самый лучший, светлый день,В тот день Христова Воскресенья,Мне вдруг примнилось искупленье,Какого я искал везде.Мне вдруг почудилось, что, нем,Изранен, наг, лежу я в чаще,И стал я плакать надо всемСлезами радости кипящей.

Восьмистишье

Ни шороха полночных далей,Ни песен, что певала мать,Мы никогда не понималиТого, что стоило понять.И, символ горнего величья,Как некий благостный завет,Высокое косноязычьеТебе даруется, поэт.

Дождь

Сквозь дождем забрызганные стеклаМир мне кажется рябым;Я гляжу: ничто в нем не поблеклоИ не сделалось чужим.Только зелень стала чуть зловещей,Словно пролит купорос,Но зато рисуется в ней резчеКруглый куст кровавых роз.Капли в лужах плещутся размернейИ бормочут свой псалом,Как монашенки в часы вечерниТоропливым голоском.Слава, слава небу в тучах черных!То — река весною, гдеВместо рыб стволы деревьев горныхВ мутной мечутся воде.В гиблых омутах волшебных мельницРжанье бешеных коней,И душе, несчастнейшей из пленниц,Так и легче и вольней.

Вечер

Как этот ветер грузен, не крылат!С надтреснутою дыней схож закат.И хочется подталкивать слегкаКатящиеся вяло облака.В такие медленные вечераКоней карьером гонят кучера,Сильней веслом рвут воду рыбаки,Ожесточенней рубят лесникиОгромные, кудрявые дубы…А те, кому доверены судьбыВселенского движения и в комВсех ритмов бывших и небывших дом,Слагают окрыленные стихи,Расковывая косный сон стихий.