Мечта хранимая (СИ) - Виксар "Виксар" - Страница 6

— Отшельные? Они что, вообще никак себя не проявляют? — удивился я. Отрицание государства — это ладно, но полное отшельничество…

— Неа. И на контакт идут крайне редко, и сами ни во что не вмешиваются. Не любят они нас. А может, вообще никого не любят, не знаю. Поэтому о них практически ничего неизвестно. Единственный точный факт — у них изначально отсутствует госпотенциал.

— Понятно…

Я задумчиво смотрел на карту.

— Столько свободного места…

— Да ладно, как будто это плохо. Во-первых, есть куда расширяться, во-вторых, всегда есть куда придти новому человеку.

— А сколько Правителей здесь может уместиться? — заинтересовался я.

Альден пожал плечами.

— С полным комфортом — человек восемь. Если верить слухам, то десяток, но я такого ещё не видел.

Несколько минут мы провели в тишине и раздумьях, а заодно неспешном поглощении созданных фруктов. Краем глаза я заметил, что солнце начинает клониться к закату. Интересно, это я сюда «прибыл» ближе к вечеру или мы в самом деле так долго сидим?

Наконец, я поднял голову:

— А ты здесь ещё долго будешь?

Альден задумчиво улыбнулся, потом пожал плечами:

— Не знаю. Тебе ведь надо государство строить… Если ты не мечтал все эти годы о собственном доминионе, то несколько дней у тебя уйдут только на его продумывание. Потом будешь осваиваться в реализованной модели. А как освоишься, уже будешь относительно свободен. У меня-то всё под контролем, я могу хоть на неделю исчезнуть, а вот у тебя пока ни опыта управления, ни просто навыков. Так что сейчас мы досидим, ещё о чём-нибудь поболтаем, а потом я полечу обратно к себе, а ты вырастишь себе тёплую спальню и ляжешь думать о счастии своем и, возможно, народном. Ну, а когда разгребёшь дела и доберёшься до Рима, увидимся снова. Да, Рим — это на востоке, как будешь подлетать к горам, увидишь одну, такую, с двойной верхушкой.

— Именно подлетать? — уточнил я.

— Воздушный транспорт всяко удобнее и быстрее. Или ты высоты боишься?

— Да нет… — я задумался. — А создам-ка я его прямо сейчас. Чтобы ты, если что, указал на ошибки.

О, вовремя вспомнил про драконов… Так, а на чем ещё можно летать в этом мире? Голубя я что-то не очень хочу… Ворону тоже… Да ну этих оригиналов-императоров. А какое у меня вообще любимое животное? Нет, не то. Какая у меня любимая птица? Никогда раньше не задумывался. Блин, на чём мне летать-то?! Так, всё, оживляю первый попавшийся образ. Хоть дятел, плевать.

Перед внутренним взором сразу же возник огромный стального цвета дятел, висящий на скале над Тронным залом и долбящий камень. Бррр…. Всё! Кто угодно, кроме дятлов и драконов!..

Не открывая глаз, я улыбнулся. Попался один интересный образ, будет жаль, если Альден его забракует.

Так, один поток, второй… А это, оказывается, не так уж легко — прорабатывать что-то в голове, а не просто представлять общими контурами…

О том, что попытка создания удалась как минимум наполовину, меня проинформировал нечленораздельный звук, изданный Альденом, и… ещё один звук, смутно знакомый… Открыв глаза, я уставился на огромного, с меня ростом, тигра со столь же огромными орлиными крыльями, сложенными на спине. Встретившись со мной взглядом, тигр снова мурлыкнул, как огромная концертная музыкальная колонка, наклонился к дивану и лизнул меня в нос. Через силу подняв подрагивающую руку, я всё-таки решился и тоже потрепал его за ухом.

Император наблюдал за мной с искренним интересом.

— Живой личный транспорт не так уж часто создают. Признайся, это я на тебя влияние оказал?

— Ну, немного, — я смутился. — Не на ковре-самолёте же мне летать…

— Да тут на чём только ни летают. Кто во что горазд. Это ж не государство, можно и несколько приспособлений создать.

— Ясно… Кстати, подскажешь что-нибудь? Я-то не разбираюсь в животных, так, по наитию делал. Вдруг я не смогу на нём летать?

Альден бросил критический взгляд на тигра.

— Я бы посоветовал вернуть ему исходные размеры — тебе хватит. Ну, а физические характеристики уже потом сам подгонишь. Потестируй его, проверь, какой вес и как долго может тянуть. У меня всё-таки птица… Можешь потом к Кейре обратиться, если что.

Поднявшись, он направился к своему ездовому голубю, который всё время нашего общения сидел на одной из колонн Тронного зала и спал. Проснувшись от отклика, он что-то вяло воркнул и слетел на пол, скользнув равнодушным взглядом по тигру.

— Летишь? — спросил я, пробуя на ощупь тигриную шкуру.

— Ага, пора уже. — Забравшись в седло и взяв поводья, Альден снова задумался: — Значит, как освободишься, жду тебя в Риме. Где-то через неделю-полторы. Да, кстати, ты имя в итоге будешь менять?

— Зачем? — не понял я.

— Многие выбирают себе новые имена, как бы в знак того, что старому, несовершенному миру они ничем не обязаны. Да и вообще стараются иметь в своих государствах побольше отличий от тех, откуда пришли. Я, вот, Римскую империю себе взял потому, что долгое время ей интересовался. А так… Ну, в общем, ты понял. Иногда берут те имена, которыми раньше подписывались как псевдонимами. Ты как себя звал?

— Маркус, — негромко ответил я. — Я был Маркусом.

— Во, отлично. — Альден улыбнулся. — Тебе вполне подходит. Именно на Маркуса и выглядишь.

Я усмехнулся.

— Ну и денёк выдался.

— Да ладно тебе. Поверь, твоя жизнь только начинается, — Альден ободряюще кивнул. — Мы же — кто? Мы — Мечтатели!

Дополнив завершающую фразу не менее пафосным жестом, он натянул поводья и голубь рванул в небо.

Глава 2

Потянувшись, я перевернулся на другой бок. Теперь, когда голова освободилась от сонного марева, солнечный свет ощущался уже не как что-то согревающее лицо, а как что-то, бьющее прямо в глаза. Порыв прохладного ветра, проникший под одеяло через образовавшуюся щель, окончательно убедил, что надо подниматься.

Не знаю, чего было больше — пользы от ночёвки на свежем воздухе или вреда от ночёвки на горном ветру. В любом случае, прекращать это занятие я собирался либо когда заболею, либо когда оно просто надоест.

Относительная свобода, имевшаяся у меня встаром мире, обрела чёткие контуры. Теперь можно было не доказывать никому свою самостоятельность, даже себе самому. Я просто сталсамостоятельным. В первую очередь благодаря тому, что окружающие хотеливидеть меня таким, а проблески моего прежнего поведения наоборот, воспринимали с недоумением, как что-то неприсущее мне.

Недостойное князя.

Постояв несколько минут у перил балкона, наслаждаясь открывающимся видом, я потрепал по загривку тигра, спавшего рядом, и пошёл умываться, предварительно дёрнув за специальный шнурок. На кухню ушёл сигнал: пора подавать завтрак.

Русское княжество раскинулось на всё пространство между четырьмя естественными границами: горными грядами на западе и востоке, побережьем океана на юге и кромкой густых хвойных лесов на севере, протянувшихся до самого центра континента. Стольный град Киев вырос вокруг княжеского дворца и сразу стал ещё и культурной столицей. Экономику велено было продвигать восточной части страны, где «нашлись» специально созданные для этих целей залежи металлических руд. Государство без денежного обмена я делать не стал, потому как, во-первых, стоило сначала набраться хоть какого-то опыта управления, а потом уже экспериментировать, во-вторых, не понимал, зачем это на данном этапе может быть нужно, а в-третьих, в принципе плохо представлял, как это должно выглядеть. Может, когда-нибудь…

На создание страны у меня ушло три дня. Объяснялся такой малый срок, как я чуть позже понял сам, тем, что по незнанию не учёл некоторые немаловажные моменты, которые ещё два дня пришлось находить и исправлять. Например, напортачив в самом конце с потоками энергии, я получил страну, населённую людьми, не способными к умственной деятельности. То ли дауны, то ли зомби… Та ещё прелесть, в общем.