Круг замкнулся (СИ) - Кокорева Наташа - Страница 8

Миновав пустой ещё коридор с учебными комнатами, Стел вышел на главную лестницу жемчужного мрамора и начал долгий подъем к купольной башне. С каждым пролётом стены заметно сужались, так что кабинет Мерга занимал верхний ярус целиком. Стел отдышался, коротко стукнул в дубовую дверь и навалился плечом. Скрипнули петли.

— Мир и покой тебе, Мерг. — В нос ударила свежесть, запах роз и старой бумаги.

Вместо приветствия, Мерг только кивнул — заходи — и продолжил дописывать свиток. Медное перо поблескивало тонкими узорами, перекликаясь с гравировками табличек на стеллажах. Сетчатые занавески на окнах развевались флагами вдоль полукруглых стен, в длинных изогнутых кадушках кустились розы немыслимых цветов: от небесно-голубых и пурпурных до охровых и багряных.

Стел прошёл по мягкому ковру, скрадывающему шаги, и опустился в высокое ажурное кресло. Шелест ветра перемежался металлическим стуком пера о чернильницу. Наконец Мерг засыпал свиток песком и взглянул на Стела.

— Так что ты скажешь про Эмана? — будто продолжил он прерванный разговор.

Тонкие дуги бровей сморщинили лоб и высокую лысину, а тяжёлые веки обвисли у внешних уголков глаз. Губы, сжатые в линию, казалось, вовсе исчезли с круглого лица. Несмотря на то что Мерг был близнецом Ериха и прямым потомком династии Рон, возраст и многочисленные магические опыты напрочь лишили его саримской красоты. Говорят, в молодости его густые каштановые локоны волнами спадали до плеч, а громадные миндалевидные глаза заворожили не одну придворную даму. Однако, всем женщинам он предпочёл магию.

— Эман провалил повторное испытание и отказался от должности моего подмастерья.

Мерг склонил голову точно недавний голубь и пару раз моргнул. Молчание затянулось. Стел хотел было пояснить подробнее, но Мерг внезапно тяжело вздохнул и заявил:

— В таком случае сопровождать рыцарей в лесном походе придётся тебе. Выступаете завтра.

— Мне… что? — опешил Стел. — Завтра?

Какой поход? Какие рыцари? Он пришёл поговорить про Эмана. Он не может идти ни в какой поход: ученики, занятия, лекции. И Рани!.. Точно. Как он бросит Рани? Вчера он отыскал её в зарослях тёрна в глубине парка. Она ревела как маленький ребёнок и больше не пыталась убегать. Стел привёл её домой, матушка удивилась, но без лишних вопросов помогла Рани вымыться, отыскала одежду. Вечер прошёл за неловким разговором, помянули отца и скоро разошлись спать. Сегодня Рани осталась с матушкой, а Стел обещал подумать, что делать с ней дальше. Не может же он взять и уйти в какой-то там поход? Нет, это исключено. К тому же хотелось бы увидеться с Агилой...

— Нет, это исключено, — вслух повторил он и резко мотнул головой, отгоняя сумбурные мысли.

— Поедешь ты как знаток лесных жителей: поведение, традиции, ведовство, ритуалы, обряды — всё, как ты любишь. — Мерг улыбнулся. Должно быть, он считал эту улыбку милой.

Не слышит он, что ли? Стел вдохнул, выдохнул и повторил с предельной учтивостью:

— Я не смогу сейчас покинуть Ерихем.

— На занятиях тебя заменит наш старый Мастер Норк, подыщет новых подмастерьев на вашу тему. Теперь мы должны её развивать. В лесу как раз соберёшь материал, по прибытии закончишь работу и станешь Мастером, а Норка отпустим на покой...

Как у него всё удачно-то складывалось! Будто он давным-давно всё придумал, и преподнёс это Стелу как долгожданный подарок, от которого нельзя отказаться. Конечно, возможность посетить лес откровенно заманчива, но...

— Почему так внезапно? Завтра? Мне нужно подготовиться, освежить память, собрать вещи...

— Стел, я бы с удовольствием позволил тебе подготовиться — мне прежде всего важен успех похода. Но так сложились обстоятельства: идти должен был Эман, не буду скрывать, но ты и сам подтвердил, что он не готов.

— Да он сделал всё, чтобы провалить испытание!

— Верю, — без тени улыбки кивнул Мерг. — Но у тебя нет выбора. Ерих услышал откровение: «Свет Сарима разгонит сумрак вековых крон». Вы идете строить храмы, и никто не найдет взаимопонимания с лесными жителями лучше тебя. Я надеялся на Эмана, но… увы. По пути заедете в Каменку, так что у тебя будет ещё личное задание: передать посылки в степную школу. Вечером у кладовщика получишь груз и грамоты, а сейчас ступай в рыцарские казармы, сообщи главнокомандующему Рокоту Рею, что я назначил тебя в сопровождение, обсудите план похода и что там ещё потребуется.

Мерг стряхнул со свитка песок, дописал в начале: «Стел Вирт» и подул, чтобы чернила быстрее просохли.

— И всё же… — начал Стел, замялся, но потом откашлялся и закончил: — И всё же я не могу покинуть сейчас Ерихем.

Скрутив свиток, Мерг залил бечёвку воском, поставил личную печать и протянул Стелу.

— Но и остаться на своей должности в школе ты не можешь.

За окном по-весеннему заливались птицы. Ветер трепал сетчатые занавески. До одури пахло розами.

И хотелось кричать.

--5--. Рокот

Глаза, круглые с перепугу, смотрели точно на Рокота. Чернели громадные зрачки с зеленоватой каймой, блестели слезы.

— Ты что здесь делаешь? — в этот раз Рокот рявкнул тише: он вовсе не хотел издеваться над ребёнком — коротко стриженный оболтус в суконной робе с вышитой на плече ласточкой был едва ли старше Лилу.

Сирота из храмового приюта?

Паренёк втянул голову в плечи и поспешно отошел в сторону. Такой же страх и ядовитую зелень во взгляде Рокот уже видел не так давно, видел… в канун Долгой ночи.

Должно быть, он всю жизнь будет помнить Ларта — оруженосца, который не дожил до своего рыцарства всего лишь день. Ларт был одним из лучших, Рокот пророчил ему большое будущее, представлял своей правой рукой.

А вместо этого — убил.

Накануне праздника прибежали дружки Ларта, такие же сопливые мальчишки, и донесли, что он спутался с безродной посудомойкой и прямо сейчас они развлекаются у неё в каморке. Такой подлый и старый ход, чтобы выслужиться — когда-то Рокот и сам был настолько соплив, чтобы позорно использовать Кодекс против соперников. Но в этот раз все оказалось правдой. Мало того, в крале, которая совратила Ларта, один из дольных узнал девку небезызвестного в Ерихеме вора, которую в своё время отпустили под честное слово, когда разогнали крупное гнездо. А теперь она перекинулась на чистенького оруженосца! С какой бы радостью Рокот вместо Ларта убил её! Это было бы справедливо. Но Кодекс — есть Кодекс. В своё правление Рокот не допустит, чтобы рыцари спивались и путались с безродными девками, которые потом бросают родных детей.

Ларт умер мгновенно. Он не мучился. А вот посудомойка осталась жить. Обритая наголо, выжженная чёрным багульником, чтобы не плодила бастардов, она осталась жить. И это её жгучий зелёный взгляд вспомнился теперь Рокоту.

— Простите, что помешала, — нежно пропела сиротка, праведно потупила глазки и подняла над макушкой сложенные ладони. — Да прибудет с нами мир и покой.

Рокот не сразу вернулся из воспоминаний.

Так этот оболтус — девчонка? На казарменном дворе? На миг Рокот уставился перед собой, будто увидел привидение. Нет. Однозначно, это не могла быть та шлюха. Эта сиротка младше и совершенно на неё не похожа, просто глаза такого же цвета… и всё же, что она делает на казарменном дворе?!