Девяносто триллионов Фаустов - Чалкер Джек Лоуренс - Страница 59

– Джимми сейчас полагает, что смысл его жизни – исполнить некое особое предназначение, данное ему его Богом, – продолжала жрица. – Он не хочет этого делать, но считает, что должен. Он верит, что если сделает это, то справится и с заданием. Этой уверенности, этой веры действительно может оказаться достаточно. Его религия, как и моя, высоко ценит веру и придает особенное значение жертвенности. Это его жертва Богу. Наивысший акт веры.

– Святые небеса! Ушам своим не верю! – воскликнула Гриста.

– Думаешь, нам это нравится? – повернулась к ней Модра. – Пока ты сидела у него на спине, ты не позволяла ему ничего такого, а теперь сама не сможешь от него это получить. Есть в этом некая высшая справедливость. Некоторые рождены стать трагическими героями, и я думаю, Джимми как раз один из них. Не волнуйся, у тебя-то все устроится. Как его законная жена, ты получишь половину того, что у него валяется на счете, а там немало, с тех пор как мы выполнили последнее задание. У тебя будут деньги, а его не будет трогать, с кем ты спишь.

Гриста поразмыслила.

– Да-а. Половина тех деньжищ… Я и не думала. И никаких проблем…

Как всегда, думает только о себе, подумала Модра. Идеальный инструмент для Механика.

– Лучше всего начать прямо сейчас, – заметила Тобруш, – чтобы его тело успело восстановиться. Это непростая операция. Нужно учесть, что она может вызвать в его организме дисбаланс гормонов и химических веществ, и много других непредсказуемых последствий.

– Вот как? – перебила Гриста, все еще не пришедшая в себя. – А кто будет оперировать? Ты, что ли?

– Да. В отличие от всех вас, меня эта процедура нисколько не шокирует, причем я в ней заинтересована. На корме этого корабля, в медицинской лаборатории, есть аналитические программы для мужчины-терранина, поскольку командиром корабля был Джозеф. Я начну, как только мы приблизимся к границе с Мицлапланом. Там мы отправим Кришу с Чином в последний этап путешествия. За то время, пока мы будем лететь обратно до границы с Биржей, Маккрей успеет подлечиться и отдохнуть.

– А что будете делать вы двое, пока нас не будет? – спросила Модра, стараясь не думать о предмете разговора.

– Нам с Джозефом хватит дела. Во многих регионах Миколя дело идет к анархии или гражданской войне, а мы сейчас не можем себе позволить отводить войска с границы, учитывая возникшее напряжение между Империями. Нам кажется, что мы знаем, где находится центр этих волнений, и нам предстоит это проверить.

Джозеф кивнул.

– Похоже, что нам предстоит встреча со старым товарищем.

РАСЫ БЛАГОРОДНЫЕ И НЕ ОЧЕНЬ

– А завеса здесь не такая плотная, как вдоль границы с Биржей, – заметил Ган Ро Чин, глядя на мониторы.

– Да, но плохо уже то, что она здесь вообще есть, – встревоженно отозвалась Криша. – Сможешь обогнуть ее?

Корабль – небольшой миколианский курьер, зарегистрированный на гражданское лицо – ждал их у границы. Эти люди, пережившие худшее из всего, что произошло за последнее тысячелетие, расставались без слез. Бывшие враги, ставшие союзниками, они олицетворяли собой то, чего надеялись добиться в большем масштабе, но сейчас, пока что, они летели домой.

– Сделаю все возможное, – пообещал Чин. – Возможно, придется гнать на полной скорости, чтобы обогнать то, что станет преследовать нас; ну да ничего, успеем. Вот только, если мы появимся на такой скорости с этого направления и в этом корабле, станут ли нам задавать вопросы, или сразу разнесут на кусочки?

– Невеселое возвращение домой, – согласилась она. – Может, попробуем связаться с ними?

– Пока еще рано. Гиперпространственная связь идет через тот мир. Наверняка эти штуки ее почувствуют и потянутся к ней, как мотыльки на свет. Они, конечно, тупые, но все же в некотором смысле живые. Лучше не привлекать их внимания.

Он заметил в завесе брешь, повернул и включил двигатели на полную мощность. Сгустки черноты с обеих сторон, почуяв приближающийся корабль, или, что вероятнее, выброс его энергии, ринулись к нему, но Чин успел проскользнуть. Ему пришлось сманеврировать, уворачиваясь от третьего сгустка, до этого скрывавшегося за первыми двумя, но затем он вырвался на открытое пространство. Их не стали преследовать, и Чин настроился на военный канал связи Мицлаплана.

– Коммодор запаса Ган Ро Чин прибыл на борту корабля Империи Миколь, не вооружен, – доложил он. – На борту один пассажир, телепат Длани Криша Святая Мендоро. Требую немедленной встречи с крупным военным кораблем или Святой Дланью.

Ответа не было довольно долго. Наконец они услышали:

– Кто это?

Он повторил запрос, на этот раз медленнее.

– Если вы те, за кого себя выдаете, то почему вы на корабле дьяволопоклонников?

– Мы единственные, кто выжил из нашего отряда Святой Длани, – объяснил Чин. – Остальное мы можем доложить только высшему командованию.

В переговоры вклинился другой голос, говоривший, по-видимому, через транслятор:

– Это служба безопасности флота. Мы вышлем вам курс, направление и должную скорость полета. Точно следуйте им, иначе мы откроем по вам огонь. Летите указанным курсом до маяка и остановитесь там. Кто-нибудь подлетит к вам и заберет к себе на борт. Скафандры у вас есть?

– Так точно, только немного неуставные.

Капитан слегка улыбнулся, представив себе смущение тех, кто увидит их, выходящих из миколианского корабля в голубых скафандрах Биржи.

– Вот он! – воскликнула через некоторое время Криша. Она никак не могла поверить, что наконец добралась домой, в родной Мицлаплан. Чин испытывал похожие чувства. Никто из них не рассчитывал дожить до этого момента.

– Я на маяке, двигатели остановлены, – доложил он. – Нас можно забирать.

Конечно, на легкий исход надеяться не стоило. Даже в обычных условиях на них посмотрели бы с большим подозрением, а уж накануне войны… Он был поражен тем, насколько благожелательно их встретили.

Еще издалека их просканировали и исследовали всеми возможными способами. Наконец перед ними появился корабль со знакомыми обводами, и, приблизившись, состыковался с их курьером. Они застегнули скафандры, разгерметизировали кабину и открыли шлюз. С высоты пяти метров на них смотрели две фигуры в золотых скафандрах. Один достал свернутый трос и кинул им конец. Криша поймала его и прикрепила к поручням шлюза, и затем, один за другим, они перебрались на борт мицлапланского корабля.

Двое мицлапланцев оказались месоками – крупной и свирепой расой, которой обычно поручались рискованные задания. При виде них путешественники тут же вспомнили бедного Морока, не дожившего до встречи со своими собратьями.

– Пожалуй, вы самые странные из всех людей, что нам довелось повидать, – заметил один из них. – Мицлапланцы в скафандрах Биржи на миколианском корабле! Я отказался бы от своего отпуска в обмен на то, чтобы услышать вашу историю!

Другой, однако, был не так любезен.

– Как только мы восстановим давление, снимите с себя все и отойдите от скафандров, – приказал он. – И без шуток. Я гипнот, а он Нуль.

– Гипнот! Значит, вы рукоположены? – спросила Криша.

– Я – Кадок Святой Ламак, – ответил гипнот. – Я начальник службы безопасности этого сектора.

Вряд ли он был Верховным Жрецом или одним из глав Церкви, но тем не менее он стоял на одном уровне с ней, а значит, имел право ей приказывать.

Индикаторы загорелись, показывая нормальное давление.

– Туда. Разденьтесь догола, – приказал Кадок. – Затем бросьте скафандры сержанту.

Они повиновались. Нагота уже казалась им нормальной.

Скафандры упаковали, поместили в контейнер, запечатали и выбросили за борт. Они останутся вблизи миколианского курьера – прежде чем позволить им находиться рядом с ценными вещами, военные должны будут тщательно исследовать их.

– Сесть! – распорядился офицер безопасности. – Лицом ко мне!

Они подчинились. Ган Ро Чин взглянул в большие, яростные красные глаза месока и улыбнулся.