…Или право имею… Лучшие из худших - 2 (СИ) - Бочков Александр Петрович "Алекс" - Страница 102

Утром 63 "охочих до этого" и немчиков отправил в Центр; двадцать три "мамки", которым это дело нравилось в прошлом, решил отправить "страдальцам фильтрпункта" – надо помочь трудовому народу ! 130 девушек заставили – были из них и пленные, которых мы не перехватили. Правда тринадцать пришлось отправить обратно – кормить младших было нечем, вот и пришлось… Без них же они точно помрут. Дал немного немецких денег и посоветовал уехать куда - нибудь. Второй раз не простим… С оставшимися провел реабилитационное занятие: посадил всех, ввел в транс: убрал негатив, вычистил всю мерзость и воспоминания о борделе - взяты в плен, освобождены Спецназом. С девушками и бойцами тоже провел беседу – внушение: не болтать и относится нормально. Все бордели – из Белоруссии. Следующая на очереди Украина. Затем очередь Прибалтики. После повременим с недельку – пусть шум уляжется… В фильтрпункте не очень им обрадовались – староваты, с, но на безрыбье… Да и третий сорт – не брак, пятый – не последний ! И снова – стажеры на точки встреч, остальные – тренировки по графику. А сам сел думать… Близилось 23 августа – для меня ДАТА. Немцы группы "Север" подошли к Луге и перли к Ленинграду; группа "Центр" оклималась от потери Гудериана и его группы и повернула таки 2ю армию фон Клюге на юг для окружения Киева. Группу Пуганова, входящую в 3ю армию, отжимают от последнего места обороны – Речицы к Гомелю, но пока он держит оборону. А Гомель на пути 13го и 43го армейских корпусов 2ой армии фон Клюге. И восстановленный снова 35ый корпус давит на Пуганова вдоль железки с запада. Что делать ? Думай голова, думай – шапку куплю …

Открыл ноутбук и ахнул – сегодня 16 августа ! Не зря говорят – все зло и неприятности от женщин. C этими бабами совсем забыл -16 августа вечером командир 63 корпуса комкор Петровский – очень хороший командир, примет решение на прорыв утром 17 августа и погибнет при прорыве. Такие, как он, очень нужны стране. А я чуть не прозевал его гибель, надеясь, что время у меня есть. Вот и ответ, что надо делать. Пока – навестить комкора. На завтраке озадачил командиров – идем спасать командующего 63 корпуса и его бойцов, попавших в окружение. Расстелил карту, обрисовал ситуацию и предложил командирам набросать до обеда варианты действий, чтобы обсудить за обедом и к вечеру подготовиться… Дал команду Юле приготовить грузовики с продовольствием; Разумовскому – с боеприпасами. Взял Морозову, Стрельченко, шестерых бойцов и прыгнул в Халич, в расположение 154й дивизии к штабу 63 корпуса. Прыгнули в невидимости; выбрали место для выхода в видимость и группой направились к штабу Петровского. На нас обращали внимание, но реагировали вяло – настроение у всех было подавленное – еды нет, снаряды и патроны на исходе, немец давит со страшной силой, куда отходить – непонятно… Штаб: одно название - простая хата. Зашли внутрь, отстранив часового, оставив возле него своих бойцов. На нас обратили внимание: заметив звездочки вытянулись, приветствовали.

- Спецназ СССР. Комкор Петровский ? – Так точно ! Cлушайте внимательно, вопросы потом. Решение о прорыве завтра утром уже приняли ? Петровский внимательно посмотрел на меня.

– Значит приняли – утвердительно ответил я за него. - Оглашать, а тем более посылать делегатов связи пока повремените. Лучше пошлите тем, с кем имеете связь уведомление: они могут получить у вас продовольствие и боеприпасы в необходимом количестве.

– Это шутка ? – холодно спросил Петровский. – Это наша вам поддержка перед прорывом. Только будет он по нашему плану. Обстановку вокруг и направление вашего движения после прорыва я вам сообщу. Позднее… Пока мне нужно, чтобы вы отдали приказ отвести всех ваших бойцов вот от этого места – я показал точку(небольшой овраг) на карте. – Поверьте, так надо.

– Хорошо – подумав сказал Петровский. – И пойдемте с нами получать обещанное… Выйдя с начштаба из избы увидел моих бойцов – сытых, чистых, вооруженных до зубов – поморщился слегка. – Что это вы морщитесь товарищ комкор – не выдержала Морозова. – Вы это напрасно. У нас просто очень хороший командир. Петровский остановился и с изумлением уставился на Екатерину.

- Звание капитана не дает вам права, так разговаривать со старшим по званию. - Вы не обижайтесь, но для меня вы никто… Это во первых. А во вторых – того, кто вас выручает из беды надо хотя бы уважать ! Петровский аж остановился от возмущения, хотел что то сказать, но раздумал.

– Морозова – негромко произнес я. – А что он морщится, словно мы в говне испачканы ! – возмутилась она. – Значит будешь на базе сидеть за несдержанность. - Виновата товарищ командир. Но так же нельзя…

- Может я на самом деле не прав… – произнес на ходу Петровский. - Вы девушка не обижайтесь – примирительно произнес он. – Мы здесь воюем, знаете ли… - Я не девушка, а капитан Спецназа СССР. По армейскому званию подполковник. И мне это звание присвоил товарищ Сталин. А он за просто так звания не дает. А воюете вы плохо. Завтра посмотрите, как надо воевать !

– Виноват товарищ подполковник ! – иронично произнес комкор. – А воюем как умеем… - Вот именно ! – небрежно бросила она. – Не обращайте внимания товарищ комкор – завтра она не увидит, как воюет Спецназ - на базе будет стажеров тренировать. Зачем нам здесь хвастуны…

- Товарищ командир… - тон Морозовой поразительно изменился. – Достала ты меня капитан. Перед боевым командиром позоришь ! – Он первый начал – по детски вскрикнула Катя. Петровский улыбнулся – Не надо ее наказывать – я не в претензии. – Зато я в претензии – отрезал я.

– Лейтенант – обернулся к Стрельченко – обеспечь периметр. – Слушаюсь командир. Чуть наклонив голову отдал команду. Бойцы побежали вокруг оврага. – Товарищ комкор – отойдите с начштаба на десяток метров. Капитан – за мной ! Шагнули в овраг и в невидимость. Взяли подготовленные ворота и обратно. Установили – дело нескольких секунд. Из ворот побежали бойцы моего взвода – обеспечивать плотный периметр вдоль оврага.

- Остаешься выводящей – бросил я Морозовой не оборачиваясь. – Товарищ командир – в голосе Кати отчаяние со слезами напополам. – Вам что то неясно капитан ? – обернулся я к ней. – Ясно – убито вздохнула Екатерина. Склонив голову набок – фирменный жест – изучающе посмотрел.

– Виновата товарищ командир – горестно вздохнула она. А в голове прозвенел негромкий звоночек – что то не то «в датском королевстве»… Вышел из оврага, плотно перекрытого бойцами и присоединился к комкору. Из оврага, рыча мотором, поднималась первая полуторка доверху забитая коробками и ящиками; за не ней вторая, третья, четвертая… Удивление Петровского перерастало в изумление. Мне же так хотелось ему рассказать, похвастаться… А это симптом ! Ну да мы тоже не коз пасли – предупрежден, значит вооружен. Поиграем…

- Мы дадим вам двенадцать машин – начал я. - Восемь с боеприпасами и шесть с продовольствием. Распорядитесь, чтобы прислали снабженцев с других частей: разделите на всех ! Петровский не ответил – не до этого было: из оврага порыкивая мотором выползал танк – Т-34. Когда вышел последний, шестой я привлек его внимание :

– Думаю шесть танков вам хватит. Танкисты у вас найдутся на «тридцатьчетверку» ? Комкор вернулся с небес на грешную землю, куда воспарил при виде получения такого ! Да еще на халяву… - А… Что... А, да, конечно, найдутся. – Только хорошие… – добавил я.

– Откуда все это ? – Я же сказал – подарок Спецназа… - Петровский пристально посмотрел мне в глаза – Никогда не поверю, чтобы для спасения обычного корпуса послали генерал-полковника, да еще и с такими возможностями… И снова очень захотелось похвастать, все рассказать. Шагнул к нему:

– Вы правы Леонид Григорьевич – не пошлют. Это моя инициатива. Дело в том, что я считаю вас хорошим командиром, каких мало и разбрасываться такими в трудное для страны время – преступно. Вы должны были погибнуть от пули у местечка Руденко, вернувшись после удачного прорыва основных сил к оставленному 307му пехотному полку, прикрывавшему ваш отход. Туда как раз подошла 280я дивизия немцев и заблокировала полк. Во время прорыва полка вы и погибли. Я решил, что вы должны ЖИТЬ ! Петровский побледнел.