Контракт (СИ) - "Mr Abomination" - Страница 96

- Убирайся-убирайся-убирайся!

- …после ее смерти продолжать делать из нее злодейку стало неактуально, а потому гарем с мальчиками возложили на ваши плечи. Как и тот факт, что в одну ночь камеры затопило и мальчишки утонули в своих комнатах. И никто не попытался спасти их. И вот вопрос…

- Ведьма, не смей игнорировать мои слова! Я король!

- …на чьей же совести смерть этих бедняг? На совести королевы или лично на вашей? – улыбнулась ведьма, поднимая один из черепов над головой и направляя его черные пустые глазницы на Зенона.

- Чего ты добиваешься?

- Шутки, – улыбнулась женщина, роняя череп на пол, а сама размещаясь на потертом пыльном диване. – Быть может, вы не совсем осознаете, где находитесь, Ваше Величество. Да, вы правы, это комната, которую ваша мать использовала для своих извращенных игр. А вокруг нее – десятки камер, в каждой из которых по мертвецу. Вы окружены трупами тех, кто пострадал от неудержимой похоти вашей семьи. И теперь прячетесь здесь, уверенный, что находитесь в безопасности? – ведьме не нравилось, что Зенон так быстро успокоился, а потому она провоцировала у него очередной приступ страха и паники, ведь в таком состоянии управлять мужчиной становилось куда проще. – Наберите в легкие побольше воздуха, Ваше Величество. Почувствуете ли вы, насколько он влажен? Ощутите застоялую пыль и запах давно разложившихся трупов?

- Вина мне! – вместо ответа выдохнул Зенон, и ведьма услужливо откупорила бутылку старого вина и плеснула бордовой жидкости в наспех протертый бокал.

- Конечно, Ваше Величество, – елейно проговорила она, считая алкоголь еще более простым выходом из ситуации. Главное – довести Зенона до определенного состояния до прихода повстанцев. Иначе, даже при пропитавшем его насквозь безумии, у мужчины был шанс сбежать. Ведьма хотела предотвратить подобную возможность. Она протянула королю бокал вина и удовлетворенно проследила, как он парой глотков осушил его более чем наполовину.

- Ты зря пытаешься привнести смуту в мою душу, – прохрипел король, ощущая, как сердцебиение его учащается, а грудь начинает пронизывать странная тянущая боль.

- Смуту? Что вы, Ваше Величество, как вам в голову-то такое пришло! – наигранно воскликнула женщина, огибая трон и наклоняясь к уху короля. – Ведь я на вашей стороне, разве вы забыли?

- Убирайся! – рявкнул мужчина, хватаясь за грудь. Тянущая боль становилась все острее, а дыхание то и дело прерывалось.

- Что такое? Неужели сердце прихватило? – не смогла скрыть ликования ведьма.

Но нет. Это было совсем не сердце. Только Вилона поняла это слишком поздно.

Магическая энергия колоссальных размеров буквально ворвалась в защищенное рунами помещение и в один миг разрушила их. Ведьма, ощутив подобное, тут же перешла на четвертый план зрения и не смогла сдержать вопля разочарования, заметив, как еле-еле видимая золотистая нить, что все эти годы тянулась из груди Зенона и была настолько тонкой, что оставалась незаметной на втором и третьем плане зрения, вспыхнула с новой силой.

«Связь с Шики? Она восстанавливается?!» – мысленно взвыла Вилона, не веря своим глазам.

Зенон же, не понимая, что происходит, а потому интерпретируя происходящее как покушение на его жизнь, выронил бокал с вином и вжался в трон. Лицо его исказила омерзительная гримаса лютого ужаса. И она не сходила до тех пор, пока магическая энергия, будто полотно, не сплелась в до боли знакомую фигуру.

- Ши… – выдохнул король, встрепенувшись.

Глаза он выпучил настолько, что казалось – вот-вот они вылезут у него из орбит.

- Ши… – повторил он попытку произнести имя когда-то пропавшего слуги.

- Ши-и-и-и-и-и… – воскликнул мужчина, вскакивая с трона и кидаясь к брюнету. Вилона же на мгновение застыла, впервые видя королевского вененифа на четвёртом плане зрения. Тогда как всё вокруг будто скрывала радужная дымка, фигура Шики искрилась золотистыми нитями, что вплетались в его тело и насыщали его энергией. Фиолетовые глаза его угрожающе блестели. А над головой вененифа сверкала видимая лишь на четвертом плане огненная корона.

- Шики! Мой Шики! – перешел на визг обезумевший от счастья Зенон, обнимая застывшего вененифа и сжимая его что есть мочи. – Мой дорогой… Драгоценный… Вернулся, – лихорадочно зашептал он, покрывая лицо брюнета торопливыми поцелуями. – Мой, только мой, мой-мой-мой… – продолжал бормотать король, не замечая, как кожа вененифа от его поцелуев трескается, тогда как слуга морщится и терпит происходящее, стиснув зубы. Фиолетовые глаза его мерцали праведным гневом даже сквозь черную густую челку, что частично скрывала мрачный взгляд хозяина.

- Живой! Здоровый! Вернулся!

- Вернулся полный сил, – зло добавила Вилона, не желающая мириться с происходящим. – Кто же накормил вашего драгоценного Шики, если сами вы не прикасались к нему годами? – подтолкнула она безумие Зенона в нужном ей направлении.

Король встрепенулся, прекратил целовать Шики и даже отпрянул от него, а затем схватил слугу за волосы и издал вопль, похожий на крик смертельно раненого зверя:

- Кто он?! Кто тот, кто посмел овладеть тобой?! – взревел он, одной рукой удерживая Шики за волосы, а другой начиная хлесть его по лицу, но не получая в ответ ни намека на эмоции. – Говори! Сейчас же!

- Мальчишка, – на автомате выговорил брюнет, повинуясь приказам хозяина. Мыслями же Шики все еще пребывал в шоке. Он не мог поверить, что после стольких лет вновь очутился в плену у ненавистного безумного Зенона. Не мог поверить, что связь с ним оказалась прочнее, чем связь с Майлзом.

Майлзом…

Что же теперь будет с магом?

- Имя! Скажи мне имя! – тем временем бесновался Зенон.

- Майлз, – произнес Шики и лишь затем осознал, что говорит и к чему это ведет. – Нет! Не трогай его!

- О-о-о, вы посмотрите! Он его еще и защищает! Что, мальчишка показался тебе куда лучшим хозяином, чем я? – перешел на злобное шипение Зенон, наклоняясь к упавшему перед ним на колени вененифу и облизывая его лицо от подбородка и до самого уха. – Больше я тебя никому не отдам. Но, так и быть, трогать мальчишку я не стану. О нет… Не я. Ты принесешь мне его голову! Это приказ.

Столица королевства давно превратилась в олицетворение того безумия, которое управляло Зеноном. Когда-то изумрудные поля теперь покрывал пепел сожжённых заключенных, чистые озера приобрели багровый оттенок и терпкий запах крови, а высокую стену, что окружала город по периметру, украшали трупы повешенных. Один лишь взгляд на город внушал страх и тревогу, а потому даже самые смелые торговцы все больше сторонились столицы, предпочитая промышлять в городках пусть и менее богатых, зато безопасных.

Крепостную стену с каждым годом, повинуясь паранойе Зенона, утолщали и делали все выше. Углы ее укрепили бастионами, а через каждые сто метров к небесам возвели высокие каменные башни, в каждой из которых постоянно бдел как минимум один стражник. В особенно нервные дни короля, когда Зенона посещало обострение, по стенам блуждали целые патрули, пытаясь выискать придуманных королем врагов. Оттого внезапно опустевшие стены не радовали, а наоборот, удручали и внушали уверенность в том, что впереди повстанцев ждет ловушка.

- Слишком мало стражи, – не выдержав, огласил беспокойство многих один из повстанцев.

- А зачем тебе много? – удивился Нерол.

- Так это… Король-то нас поджидает. Больше солдат быть-то должно, – смущенно пробормотал парнишка.

- Именно потому, что о нашем приходе известно, тратить войско на то, чтобы Заметить нас или остановить у Стен, бессмысленно. Ясно же, что на пролом мы не пойдем. Просочимся в город так или иначе. О нет, Зенону наплевать на город, он трясётся над своей шкурой, а потому и войско сконцентрировал вокруг себя, – объяснил Нерол, вызвав многочисленное «А-а-а-а!». Когда же мужчина говорил о возможности «просочиться», он не лукавил. Действительно, еще несколько месяцев назад он обнаружил слабое место в стене и с помощью самых доверенных лиц соорудил там небольшой лаз. Больше одного человека за раз в него протиснуться не могло, но это было лучше, чем ничего.