Видящий 2 (СИ) - Федорочев Алексей - Страница 58

Оставался вариант выдать первую порцию лечения бесплатно, так сказать на правах рекламы, но и этот способ имел кучу минусов, так что по итогам долгих размышлений, решил не связываться.

Фиаско в таком, казалось бы, простом деле настолько меня обескуражило, что я еще целый следующий день ходил, так и эдак прикидывая возможности, почти пропустив долгожданное появление Машки в гимназии.

- Привет, Маш, как ты? - Борис первым заметил девочку, вошедшую в кафе, и бросился навстречу.

- Привет, Боря, нормально. Спасибо, что беспокоишься.

- Как семья?

- Хорошо, все здоровы.

Люда, которую разрывало два противоположных желания: вернуть внимание отвлекшегося Бориса и узнать все сплетни из первых рук, промычала что-то невыразительное.

- Всем добрый день, - поприветствовала нас княжна, вплотную подойдя к нашему столику под ручку с девушкой, лицо которой я хорошо запомнил по нескольким добытым фотографиям, - Прошу познакомиться, Ангелина Потемкина, моя подруга.

Впору заподозрить Машу в заговоре против меня: только мы с Гришкой договорились, что до конца зимы я сижу тише воды, ниже травы, и не лезу на глаза Потемкиным, как на тебе! И вроде бы все вполне естественно - став главной ветвью и отбросив фамилию-приставку "Ямины", знакомое мне семейство вышло на новый уровень, но как же несвоевременно для меня мелкую потянуло наводить мосты с равными по статусу!

Пока мы все по очереди представлялись, новая сотрапезница невежливо пялилась на меня. Началось! И, хотя девчонка довольно быстро взяла себя в руки, все-таки муштра у клановых начинается с сопливого детства, весь обед я всем телом ощущал направленное на себя внимание сестры. К счастью, если я был почти точной копией отца, то Ангелина явно пошла в Елизавету Михайловну - сходство между нами в глаза не лезло. Правда, Черный, уже знавший о моем происхождении, некоторое время сравнивал нас, пытаясь отыскать общие черты, но надо отдать ему должное, делал это незаметно для остальных.

- Отец просил передать, чтоб вы ничего не планировали на 4 ноября, - едва усевшись за стол, выдает нам княжна.

- С какой целью? - Что за дело через две недели собирается всучить нам князь?

- У нас будет большой прием, вы приглашены.

- По случаю годовщины отбития поляков от Москвы? - решил блеснуть я эрудицией.

- Нет, по случаю назначения отца главой клана.

- Так это не слухи? - оживляется Люда. Интересно, значит, Черный так и не рассказал ей, почему мы отсутствовали в школе несколько дней. Уважаю!

- Не знаю, какие слухи ты имеешь в виду, но да, теперь мы - лидеры Задунайских.

- Поздравляю!

- Поздравляю!

Мы с Борькой вместо поздравлений выдаем всего лишь легкие наклоны головы, что полностью палит нас перед старостой. Ой-ой-ой! Кажется, кого-то ждет крутая головомойка, но есть надежда, что не меня. Зря!

- Вы все же были там?! - обвиняюще тыкает в нас пальцем Борькина зазноба, стоит нам расстаться с восьмиклассницами и отойти от кафе.

- Да, были.

Ой, дурра-а-ак!!! Боря! Ради бога, заткнись!

- Были! Знали! И мне ничего не сказали?!

- А зачем говорить?

Над ответом на такой простой вопрос Люда виснет. А я прямо чувствую, как сгущаются тучи над головой гасителя.

Боря! Ты был мне хорошим другом и товарищем! Обязуюсь похоронить тебя со всеми почестями и навещать твою могилку не реже раза в год!

- А, по-твоему, это неважно?!! Как?!! Скажи, как? Как можно было утаивать от меня такое?!! - находятся, наконец, слова у старосты, до этого только и способной беззвучно раскрывать и закрывать рот, подражая рыбам.

Прикидываю время до звонка и, оставив ссорящихся голубков, несусь в цветочный, в котором, благодаря Борису, действительно стал постоянным клиентом.

- Опять? - с милой, но ехидной улыбкой спрашивает меня хозяйка.

- Ага!

- Свидание? Поссорились?

- Поссорились!

Очередной букет для девушки собран в рекордные сроки.

- С вас сорок рублей!

- Спасибо!

Но на этот раз цветы, улещевания, все оказывается бесполезно - Люда показательно обиделась. Борис, снимая с ушей бутоны хризантем, тоже обижается. Я, призвав всю выдержку, стараясь не заржать (а сценка с товарищем Сааховым из "Кавказской пленницы" так и стоит перед глазами), принимаю сторону Чёрного. Обиды - обидами, но так унижать моего друга перед всем классом девушке не стоило. В итоге мужская половина класса за исключением не скрывающего своего счастья Щелокова сочувствует Борису, а женская (не будем врать - есть исключения) - на стороне считающей себя оскорбленной Людмилы. Остаток учебного дня проходит в такой напряженной обстановке, что я успеваю выбросить из головы неожиданную встречу с сестрой, а, как показало будущее - напрасно.

Несмотря на негодование, Борис отлично держал себя в руках. Как бы то ни было, но ссора с Людой по накалу страстей до неожиданного взрыва не дотягивала, так что срыва не произошло. Разве что, почти не сговариваясь, решили прогуляться перед посадкой в катер.

- Скажи... Как видящий... У нас с Людой может что-то получиться?

С сочувствием кошусь на напряженное лицо товарища. С момента моего признания вся наша команда не по разу спросила у меня насчет силы тех или иных персонажей, в частности Ваня не постеснялся спросить про перспективы с Ириной, и только Борис до сих пор ни разу не попытался воспользоваться моими способностями в личных целях.

- Маловероятно, если честно.

- А почему сразу не сказал?

- А ты бы услышал?

- Ясно... Тогда... все к лучшему, наверно?

- ХЗ

- Что значит ХЗ?

- Хрен знает.

- Это точно...

Маршрут для проветривания мы выбрали нетривиальный - повинуясь Борькиному настроению, двигались какими-то задворками, поэтому задний двор онкологической больницы вырос перед нами абсолютно неожиданно. Рак, бич всех времен и народов, почти не излечивался и здесь. Нет, для целителей, типа матушки, это была не такая уж и непосильная задача, хотя и не все так просто, как хотелось бы. Проблема в специализации - вы же не пойдете вырывать зуб к светилу нейрохирургии, а та же мама была скорее хирургом экстра-класса, чем терапевтом или, тем более, онкологом. Вот и получалось, что целителей именно по данному профилю было единицы, и брали они за излечение ой-ой-ой, как много. Были еще и медартефакты, способные поддерживать ремиссию бесконечно долго, но, учитывая их стоимость, а также цену и дефицитность батареек-"лечилок", позволить себе такое могли только очень и очень состоятельные люди или одаренные жизни. Но маги как раз и не болели этой гадостью, по крайней мере, о подобных случаях ни разу не слышал.

Нехорошо строить планы на несчастье других, но женщина, глотающая бессильные слезы, катая кресло с молодым иссушенным парнем по парку больницы, подтолкнула на новую мысль. Идею с бывшими пилотами я не оставил, но теперь это не было таким актуальным, а учитывая, что срок восстановления источника при самых радужных перспективах был не менее полутора лет, с тем же успехом существующие вакансии вполне могли закрыть и обычные люди. Так что уже к концу недели в нашем агентстве появились два отставных майора и капитан, преданные мне не хуже, а может, и лучше собак - ведь шесть "лечилок" в неделю, которые я заряжал практически мимоходом, обеспечивали их детям возможность жить нормальной жизнью.

Также, встретился я и с пограничником, который запал матери в душу. На редкость точно соответствовавший собственной фамилии Ефим Наумович Большаков произвел на меня вполне благоприятное впечатление. Подгадав свой визит в госпиталь к моменту его приема, я стал свидетелем, как этот медведь беззастенчиво окучивал мою родительницу, вручив ей и положенный в таких случаях букет, и конфеты (кстати, реально любимые), чем выгодно отличался на фоне прижимистого Шаврина - за полгода его ухаживаний мать не похвасталась ни одним подарком от доктора. Время, потраченное на наблюдение за встречей этой парочки, с лихвой окупалось сделанными выводами.