Зелёные и серые - Зан Тимоти - Страница 98

Пикап стоял аккуратно припаркованным за местной лесопилкой. Когда Смит подъехал, его ждала патрульная машина; сам начальник местной полиции вышел ему навстречу.

– Вы, должно быть, Смит. Я Хэнк Фишбурн.

– Рад познакомиться, – осторожно произнес Смит. – Сразу хочу сказать, что не намерен вторгаться в вашу епархию.

Фишбурн фыркнул.

– В связи с этим делом уже два часа объявлена тревога по всему штату. Про красный пикап, однако, ничего не было.

– Я сообщал о нем – заверил Смит.

– Должно быть, где-то упустили при передаче. Это слишком часто случается. В любом случае, мне кажется, что местничество тут неуместно. Чем мы можем помочь вам?

Смит выдохнул с облегчением.

– Для начала мне нужно понять, куда направились люди из грузовичка.

– Весь мой личный состав прочесывает окрестности, – сказал Фишбурн. – Как я понимаю, вы также ищете людей, ехавших в белых фургонах?

– Да, – подтвердил Смит. – Времени уже много прошло, но если удастся выяснить, на какие машины они пересели, то, по крайней мере, сможем понять, где они вышли в городе.

– Ну, в городе есть одно место по прокату машин и еще несколько в радиусе десяти миль, – задумчиво наморщил лоб Фишбурн. – Есть какие-то указания на их планы в Кингстоне?

– Я думаю, да. – Смит указал ни грузовичок. – Если бы они хотели только избавиться от грузовика, то друзья могли бы подобрать их где-нибудь в лесу. Каких-нибудь пятьдесят ярдов в стороне от дороги, и мы бы месяц его искали.

– Да логично, – согласился Фишбурн. – Ваш начальник Пауэлл собирается прислать мне фото госпожи Уиттиер. Когда получим, сможем начать более тщательный поиск. А пока… – он вскинул брови, – вы ведь так и не пообедали?

Будто в ответ, в желудке у Смита заурчало.

– Обождет, – сказал он.

Фишбурн покачал головой.

– Нет смысла начинать, пока не получим фото, – рассудительно заметил он. – Мои люди уже делают все, что можно сделать сейчас. – Он указал на свою машину. – Поехали. Угощаю.

Смит натянуто улыбнулся.

– А пока ем, хотите выяснить, что на самом деле происходит?

Фишбурн добродушно улыбнулся, положил Смиту руку на плечо и мягко, но решительно подтолкнул его к машине.

– Вроде того.

– А что, если я не смогу рассказать больше, чем вы уже знаете?

– Тогда десерт за ваш счет.

– Господи… – пробормотала Стефани. С побелевшим лицом и широко раскрытыми глазами она сидела между Ионой и мужем. – Двести воинов?

– Полагаем, что именно столько, – сказал Ференцо.

– И вы не знаете, где они? – спросил Рой.

Даже с противоположного конца комнаты Роджер увидел, как у Ференцо напряглись мышцы на шее.

– Пока нет, – ровным голосом произнес он. – Мы сейчас над этим работаем.

– Приятно слышать, – не без сарказма проговорил Иона. – И когда же именно ты собираешься привлечь реальных экспертов по зеленым?

– Если ты имеешь в виду серых, не знаю в настоящий момент я даже не уверен, что это следует делать.

– Не уверен, что следует? – отозвался Иона. – Ференцо, речь идет о побоище. Двести воинов… – Он осекся, взглянув на троих зеленых и Джордана, сидевших вплотную на другой кровати. – Зенас, расскажи ты.

– По воспоминаниям сказителей о последней войне можно заключить, что один зеленый воин обычно справляется с четырьмя – семью серыми, – тихо сказал Зенас. – А вас сколько, около семисот?

– Шестьсот восемьдесят, – сказал Рон. – Но только около четырехсот – взрослые и подростки, которые могут сражаться. – Он посмотрел на жену. – Включая взрослых женщин.

– Посчитай, Ференцо. – Иона мрачно взглянул на полицейского. – Нас четыреста, и шестьдесят зеленых воинов, как мы думали, давали примерно равный баланс сил. – Он перевел взгляд на Роджера. – Двести воинов – это мгновенное уничтожение серых.

– Вы должны предупредить их, – сказала Стефани, умоляюще глядя на следователя. – Вы должны.

Ференцо вздохнул.

– Вся проблема в Николосе. Конкретнее, как именно он поступит, если серые поведут себя иначе, чем он ожидает.

– Что это значит? – спросил Иона. – Если не станем плясать под его дудку?..

– Дай ему сказать, сынок, – перебил Рон тихим, но твердым голосом.

– Спасибо, – сказал Ференцо. – Предположим, мы расскажем Торвальду о плане Николоса, как мы его представляем. Станет ли он посылать людей в Верхний Манхэттен, к месту ложной атаки? Или сосредоточится на защите главных районов, где живут серые?

– Вероятно, последнее, – кивнул Рон. – Да, я понял, в чем дело. Если мы не пошлем достаточно сил в северную часть острова, Николос, вероятно, перейдет к другому плану.

– Именно, – ответил Ференцо. – К сожалению, мы не знаем, в чем именно заключается план Б.

– А мы уверены, что знаем, каков план А? – спросила Лорел.

– Нет, точно не знаем, – признал Ференцо. – Но даже известная нам часть плана станет бесполезной, как только Николос поймет, что Торвальд и Хафдан не приняли игру. И тогда мы вообще не сможем на него повлиять.

– А почему не рассказать Торвальду, ну, скажем, половину правды? – неуверенно спросила Меланта, держась за руки Джордана и матери, сидящих по обеим сторонам от нее.

– Ты что, предлагаешь послать наш народ в ловушку? – напряженно спросила Стефани.

– Уверена, она не это имела в виду, – так же напряженно возразила Лорел в защиту дочери.

– Я не знаю, что она имела в виду, – резко ответила Стефани. – Но сказала она…

– Хватит, – перебил Ференцо. – Успокойтесь все.

– Вам-то легко говорить. – Стефани уставилась на него горящим взглядом. – Они не собираются уничтожать ваш народ.

– Меланта тоже не собирается уничтожать ваш народ, – раздраженно напомнил Ференцо. – Или вы об этом забыли? – Он показал на зеленых. – Предпочитаете покончить с этим дурацким миром и начать войну прямо здесь? Давайте – у вас же молоты-пистолеты. Может, стрелять начнете?

Наступило неловкое молчание.

– Не валяйте дурака. – Голос Стефани все еще звучал напряженно, но она уже взяла себя в руки. – Извини, Меланта.

– Ничего, – тихо сказала Меланта. – Я не хотела…

– Все хорошо, милая, – успокоила ее Лорел. – Нам всем это непривычно. – Она посмотрела на Ференцо. – Среди нас нет воинов, – добавила она. – Мы понятия не имеем, как такие вещи планируются.

– Понимаю. Из всех нас я, вероятно, лучше других в этом разбираюсь, да и я далеко не эксперт. Но, нравится нам или нет, кроме девяти человек, находящихся в этой комнате, никто не решит этой проблемы. – Он взглянул на Роджера и добавил: – Десять, включая Кэролайн.

Он оглянулся, как бы ожидая возражений. Но все молчали.

– Ну, хорошо, – продолжал он. – На самом деле Меланта заговорила о том, что я сам собирался предложить. Ясно, что мы не можем рассказать Торвальду и Хафдану полуправду и отправить их в ловушку, но можно рассказать все и попросить их вести себя так, будто они знают только, что хотел Николос.

Он взглянул на Рона и Стефани.

– Вопрос в том, захотят ли они сотрудничать? Или вместо этого попытаются воспользоваться ситуацией и сокрушить зеленых?

– Еще более серьезный вопрос, а разве не этого мы хотим? – вставил Иона до того, как успели ответить Андерсоны. – Не сокрушить зеленых как таковых, но сократить численность воинов до приемлемой?

– Иона, воины ведь тоже зеленые, – предупредил Зенас. – Нельзя просто перебить их, так же как нельзя допустить этого по отношению к серым.

– Извините, но я не уверен, что у нас вообще есть тут выбор, – возразил Иона. – В этих воинах вся проблема. Надо их как-то нейтрализовать, иначе нам конец.

– Но нельзя же просто убить их, – запротестовала Лорел. – Они ведь следуют требованиям своего дара.

– И подчиняются Николосу, – заметил Иона.

– А это часть дара.

– На самом деле в словах Ионы есть рациональное зерно, – пробормотал Рон. – Сирил сейчас исполняет роль вождя, и Сирил предлагает мир. И, несмотря на это, Николос готовится к войне.