Зелёные и серые - Зан Тимоти - Страница 99

– Это только потому, что еще не установлено перемирие, – настаивала Лорел. – Как только вожди официально примут решение, Николос подчинится так же, как и все.

– А почему вы так уверены? – гнул свое Иона. – В теории-то все хорошо, но поручиться за это нельзя.

– Когда речь о зеленых – можно, – твердо ответил Зенас. – Дар определяет наш образ мыслей и поведение. А частью дара командующего является подчинение вождю.

– Так вождя-то как раз у вас и нет, – пробормотал Иона. Он неопределенно взмахнул рукой. – Ладно. Я не знаю, что еще придумать.

– Тогда подумай о том, что мы здесь всё друзья, – тихо сказал ему. Рон. – Что бы ни произошло между двумя народами, это не должно разрушить нашу дружбу.

Иона опустил глаза.

– Полагаю, да.

– Какая ирония судьбы, – задумчиво произнесла Лорел. – Грустная ирония. Когда-то, до катастрофы в Большой долине, мы все были друзьями. А теперь, когда, кажется, что мы скоро потеряем все, наши две семьи снова сумели подружиться.

– Благодаря Меланте, – сказала Стефани.

– И Джордану, – добавила Лорел и, протянув руку за плечами дочери, взъерошила волосы Джордана.

– «Тогда волк будет лежать вместе с ягненком… – пробормотал Роджер. – И малое дитя будет водить их».[4]

– Что? – нахмурился Зенас.

– Старинное высказывание о пришествии лучших времен, – ответил Ференцо, взглянув на Роджера. – Немного неточно, но смысл верный.

– К сожалению, мудрые высказывания тут нам не помогут, – сказал Иона.

– «И малое дитя будет водить их», – задумчиво сказал Рон. – Любопытно, похоже, именно пожилые серые хотят возобновить войну. Более молодые, как Иона и Джордан, готовы принять зеленых с гораздо большей охотой.

– Думаю, у зеленых то же самое, – ответил Зенас. – К сожалению, именно старшие – у наших обоих народов – держат в руках власть.

– Но ведь это не навсегда, – заметил Рон. – Родись Меланта вождем, а не землетрясом, она автоматически получила бы власть над Сирилом и Александром, так ведь?

– В ее возрасте, наверное, нет, – медленно произнес Зенас. – Но года через два – несомненно.

– Значит, нужно, чтобы среди детей появился вождь, – сказала Стефани. – Полагаю, шансы невелики, что он есть и где-то скрывается?

– Шансы всегда есть, – ответил Зенас. – По всем обычным канонам генетики Меланта тоже не должна была родиться землетрясом. Вполне возможно, что какой-нибудь одиннадцатилетний будущий вождь лазает сейчас по деревьям в Центральном парке.

– К сожалению, нам от этого никакой пользы, если только он не подрастет за несколько часов на три года, – заметил Ференцо. – Давайте вернемся к насущным проблемам. Мы можем или нет убедить Торвальда или Хафдана действовать какое-то время по плану Николоса, чтобы разгадать его целиком?

Рон и Стефани переглянулись.

– Я обоих довольно мало знаю, – с некоторым сомнением произнес Рон. – Но именно Хафдан больше всех ратовал за мир. Я бы предложил начать с него.

– По-моему, тоже разумно.

– Хорошо. – Ференцо оглядел остальных. – Если нет возражений?..

Роджер осторожно вздохнул.

– У меня есть. Не думаю, что следует доверять Хафдану.

Все взгляды обратились на него.

– Но ведь именно он работал вместе с Сирилом над мирным соглашением, – заметила Лорел.

– Цена которому – жизнь вашей дочери, – напомнил Роджер. – Если надо к кому-то обращаться, я бы предложил Торвальда.

– Да вы шутите! – фыркнул Зенас. – Торвальд же похитил Меланту.

– Он сказал мне, что сделал это ради ее безопасности. – Роджер взглянул на Меланту. – Он говорил, что пытался и тебе это объяснить.

Лорел наклонила голову, чтобы взглянуть в лицо дочери.

– Меланта?

– Он, правда, говорил, – нерешительно согласилась девочка. – Но я думала, что он просто хочет, чтобы я вела себя тихо.

– Когда мы тебя нашли, ты выглядела нормально, – отметил Роджер. – Не связана, без кляпа во рту.

– Вы что, серьезно за Торвальда? – сердито спросил Зенас. – Это же он переехал в самую гущу зеленых, в переулок Макдугал, и выжил тех, кто обосновался там десятки лет назад.

– Он выжил их? – спросил Роджер. – Или они уехали по собственной воле?

– Он же вас похитил, забыли? – добавил Иона.

– И Николос тоже, – возразил Роджер. – И Хафдан – по крайней мере, пытался. Послушайте, я не отрицаю, что Торвальд обращается с людьми несколько неуклюже. Но не думаю, что он непременно хочет уничтожить зеленых.

– Тому есть громкие подтверждения, – пробормотал Иона.

– Я думаю, что он честный человек, – упрямо сказал Роджер. – И если откровенно, просто не знаю, что еще предпринять. Я не могу согласиться, что надо входить в контакт с тем, кто готов был спокойно наблюдать, как Меланту хладнокровно убивают.

– Тогда вы не можете доверять и никому из зеленых, – сказала Лорел.

– Уж я точно не доверяю, – согласился Ференцо. – Исключая, конечно, присутствующих. При всех благородных разговорах о дарах и сотрудничестве в среде зеленых, похоже, хватает нечестности.

– Потому что нет вождя, – устало возразила Лорел.

– Мы ходим по кругу, – сказал Рон. – Что именно?..

– Погодите. – Ференцо поднял ладонь, доставая телефон. – Да? Отлично. – Он вытащил блокнот. – Диктуй.

С минуту тишину нарушал только скрип авторучки Ференцо. Затем, к изумлению Роджера, лицо его расплылось в вымученной улыбке.

– Два фонаря, а? Как мило. Ага, понял. Спасибо.

Он выключил, телефон и опустил руку.

– Два фонаря? – нахмурился Роджер.

– Именно. – Ференцо продолжал писать.

– Но что это значит? – настаивал Роджер, которого игра слов сейчас совершенно не забавляла.

– Это значит, друзья, – с мрачным удовлетворением сказал Ференцо, – что мы, возможно, нашли их.

Когда разговор, наконец, зашел о деле, Смиту пришлось признать, что он и сам мало что знает. Тем не менее, он знал куда больше, чем начальник полиции Фишбурн.

– Ну и каша заварилась, – сказал тот, когда Смит закончил пересказ и откусил огромный кусок чизбургера. – Значит, вы думаете, что это те, кто похитил следователя Ференцо?

– Похитил или убил, – мрачно ответил Смит. – Чем больше уходит времени, тем меньше вероятность, что он жив. Если он подобрался к ним слишком близко, возможно, им нет смысла оставлять его в живых.

– Если не учитывать, что за убийство полицейского в нашем штате делают укольчик. Хотя, может, им просто на все плевать.

– Возможно.

Смит снова откусил от чизбургера. Он вдруг не показался ему таким же вкусным, как минуту назад.

– Но жена Уиттиера, по-вашему, все-таки у них?

– Во всяком случае, была, когда они спихнули меня с дороги. Полагаю, с тех пор они могли ее и прикончить…

– Шеф? – раздался голос из рации на поясе у Фишбурна.

Фишбурн отстегнул и поднял ее к уху:

– Да, Адам, что у тебя?

– Пока ничего не нашли, – доложил Адам. – Но я проверил чеки, пробитые утром, и нашел покупателя, который видел, как из машины вышли две женщины: одна пожилая, лет шестьдесят или старше, другая гораздо моложе, около двадцати пяти.

Фишбурн поднял брови.

– Он не заметил, в каком направлении они ушли?

– Нет. Но, судя по времени на чеке, это было сразу после девяти тридцати.

– Пять часов назад, – взглянув на часы, сказал Фишбурн.

– Да еще мы сделали запрос по номеру, который дал Смит. Пикапчик тот самый.

– Еще не хватало, чтобы был не тот. Забрали машину?

– Как только получили подтверждение. К нам на подмогу выехала бригада из полиции штата.

– Хорошо. Посмотри еще эти чеки, может, найдешь кого-то, кто видел, куда дамочки пошли со стоянки. Что с прокатом машин?

– Кейт занимается ими. Пока ничего не сообщала.

– Узнай, что у нее там, – приказал Фишбурн. – И пусть кто-нибудь посмотрит список угонов. Снятые номера могут быть использованы.

– Понял.

Фишбурн пристегнул рацию к ремню.