Танец на осколках души (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 72

— Заходи и задавай свой вопрос, — сказала мне Лилит.

— Не пойдёшь со мной?

— Нет. Зачем?

— А как… как я потом, снова, попаду в Зиграден? — перспектива остаться одной в Пандемониуме радовать не могла.

— Ах, да. Ты же не можешь делать порталы. Вот, держи, — в моих руках оказался тонкий серебряный браслет.

— Что это?

— Магическая безделушка, которая позволит тебе делать порталы самой. Только представь место, куда ты хочешь попасть и всё.

— Между мирами он тоже может переносить? — спросила я, обрадованная такой полезной вещью.

— Да, если ты в них была.

— Спасибо, Лилит.

— Было бы — за что, — отмахнулась демонесса разврата. — Это, всего лишь, игрушка. В мире демонов ею пользуются дети, чья магическая сила ещё не стабилизировалась. А мне пора. Удачи, — перед девушкой возник портал.

— Последний вопрос, — остановила я её. — Как зовут эту ясновидящую?

— Никак. У неё нет имени, — больше Лилит ничего не сказала и покинула меня.

Я зашла в дом. Меня встретила одна единственная служанка, которая проводила меня к своей хозяйке.

Ясновидящей оказалась молодая, на вид, девушка. Стройного, даже какого-то хрупкого, телосложения. Длинные чёрные волосы доставали ей почти до талии. И глаза… Глаза были закрыты тёмной повязкой. Но, последнее меня не удивило. Ясновидящие очень часто расплачиваются за свой дар зрением. Видя будущее, они лишались возможности видеть окружающий мир.

— Что ты хочешь у меня спросить, полукровка? — без всяких приветствий, произнесла демонесса.

— Откуда вы… — начала я, но меня перебили:

— Это ты уже хочешь задать свой вопрос?

— Нет! — торопливо ответила я, осознав, что чуть всё не испортила. — Вопрос у меня другой. Но, могу я, в начале, узнать, чем мне придётся заплатить за ваше предсказание?

— Нет, не можешь. Плата будет зависеть от ответа, который ты получишь.

— Тогда… — я села в кресло, напротив ясновидящей. — Я хочу, чтобы вы поклялись Тьмой, что то, что вам станет известно, никто и никогда от вас не узнает.

О моей беременности знали очень немногие, и я хотела, чтобы так и оставалось.

— У меня нет привычки рассказывать кому-либо тайны тех, кто приходит ко мне, — ответила демонесса. — Но, если ты так хочешь… Клянусь, никто и никогда от меня не узнает то, что я сегодня узнаю от тебя. Пусть свидетельницей моих слов станет Тьма. Теперь, спрашивай.

— Я хочу знать, — я положила руку на живот. — Что будет с ребёнком, которого я сейчас вынашиваю, если он останется со мной, после своего рождения?

Мне казалось, что ясновидящая смотрит на меня очень внимательно, хотя, я прекрасно понимала, что, на самом деле, она не может этого сделать. Она молчала. Она молчала минут пять, и я не осмеливалась нарушить эту тишину. Затем, она встала, подошла ко мне, коснулась пальцами моих висков.

— Сейчас ты увидишь то, что увидела я — ответ на свой вопрос, — сказала она.

И я увидела…

Я нахожусь в своей спальне, в Зиградене. Я вижу детскую кроватку. Я подхожу к ней… Надеюсь увидеть своего малыша… А в следующее мгновение я кричу! Я кричу от ужаса, боли!.. В кроватке нет ребёнка. Вместо этого, в ней всё пропитано кровью. И я знаю, что эта кровь — единственное, что осталось. Я знаю, что мой ребёнок мёртв…

Я в своём тронном зале. Я знаю, что мой малыш рядом со мной. Я оглядываюсь, зову его… и нигде не могу найти. Паника. Я ищу его… ищу… ищу… Я заглядываю в каждый зал, каждую комнату дворца. Ничего. Наконец, последняя дверь. Я захожу. Крик. Я вижу своего ребёнка. Мой ребёнок мёртв…

Пандемониум. Дворец Люцифера. Я не помню, как здесь оказалась, но знаю, что ребёнок со мной. Он сидит на полу какой-то комнаты и играет с чем-то блестящим, искрящимся. Мой малыш… Мой сын… Он весело смеётся… Ослепительная вспышка. Я вижу кровь. Кричу. Мой ребёнок мёртв…

Мир драконов — дворец Ферокса. Мой сын спит у меня на руках. Я тоже, на минуту, закрываю глаза. Открываю. Ребёнка со мной нет. Страх. Мне страшно. Я мечусь по дворцу, ищу… Нахожу. Мой ребёнок мёртв…

Раз за разом… В любом месте… Каждый раз по разному… Мой ребёнок умирает, умирает, умирает!.. Снова и снова! И так, до бесконечности…

Я вернулась в реальный мир, с криком. Вокруг тишина. Слепое лицо ясновидящей направлено на меня. Она, словно, смотрит. А я… я не могу унять дрожь. Мне хочется плакать. Столько раз увидеть смерть своего собственного ребёнка… От такого можно сойти с ума.

«Это — будущее моё ребёнка?! Это то, что ждёт его со мной?! — слёзы душили меня — мне так не хотелось верить в увиденное. — Он умрёт, оставшись со мной?! Моё дитя… Ребёнок Кая…».

— Скажите, — обратилась я к ясновидящей, с трудом заставив себя немного успокоиться. — Скажите, то, что вы мне показали… Это не изменить?

— Нет. Ты задала свой вопрос — ты получила ответ. С тобой твоего ребёнка ждёт, лишь, смерть. В любом мире… Где бы ты не была… Он не выживет с тобой.

— Чем… чем я должна заплатить за свой ответ?

— Ты уже заплатила, — ответила ясновидящая. — Точнее, заплатишь очень скоро. Твой ответ и был оплатой. Ты заплатишь самой себе за то, что узнала.

— Не понимаю… Но, это и не важно. — я поднялась с кресла, всё ещё не уняв дрожь. — Спасибо вам.

— Спасибо? — слепая ясновидящая улыбнулась. — Ты благодаришь меня за то, что я причина тебе боль, полукровка.

— Да. Но, благодаря вам, я теперь могу хоть что-то сделать, чтобы мой ребёнок остался жив. Пусть и в дали от меня…

— Мне не понять привязанности людей к своим детям, — произнесла демонесса. — Так что… уходи.

Я кивнула, повернулась спиной к демонессе. А потом, я услышала, как ясновидица стала напевать какую-то странную, без рифмы, песню:

— Кэтэрина, Кэтэрина — зачем ты полюбила зло? Кэтэрина, Кэтэрина — что же ты теперь плачешь? Кэтэрина, Кэтэрина — обманутая злом. Кэтэрина, Кэтэрина — погубленная злом. Кэтэрина, Кэтэрина — чистота стала грязью и окрасилась в красный. Кэтэрина, Кэтэрина — ты призвала свою смерть. Кэтэрина, Кэтэрина — несчастная глупая бабочка. Кэтэрина, Кэтэрина — что же ты теперь плачешь?

«Кэтэрина? Что-то знакомое…» — подумала я.

— Что это за песня? — спросила я.

— Не знаю, — ответила демонесса. — Она просто пришла мне в голову. Возможно, она относится к тебе. А может, к кому-то другому.

Я не стала расспрашивать — ушла. Но, когда выходила, я слышала, как демонесса продолжает напевать. И ещё долго в моей голове звучали эти слова: «Кэтэрина, Кэтэрина — что же ты теперь… плачешь?»…

Глава 26

Глава 26.

Зиграден. Ставший не родным, но, по крайней мере, привычным. Я опустилась на кровать. Мне было больно. Но, это была совсем не та боль, которую я ощутила на балу демонов — физическая. И даже не та, которую я испытала, когда потеряла Кая. Это было хуже. Я понимала, что теперь не смогу оставить своего ребёнка. Понимала, что должна буду расстаться с ним. Ради его жизни, я должна, буквально, отказаться от него. Больно… Так больно, что хотелось выть от безысходности и бессилия!

Я ударила себя по щекам: «Нет, Милена, сейчас не время раскисать! Больно? Да. Плохо? Да. Тяжело? Да. Ну и что? Как будто, твои слёзы твоему ребёнку так сильно помогут! Ты спасти его должна (пусть и в ущерб себе), а не ныть!». Эти слова не сильно помогли, но, по крайней мере, я смогла взять себя в руки.

«Должна спасти… Сказать-то легко, но как это сделать? Отправить в мир людей с Лексом? Лекс же шатается между мирами (думаю, и сейчас где-нибудь там). А что потом? Что с ребёнком будет в мире людей? На кого я его оставлю? Там у меня остались только Лави и Николь, но не могу же я скинуть на них заботу о ребёнке. Тем более, в их состоянии, да ещё и с беременностью Лави. К тому же, они думают, что я мертва, а опровергнуть это я не могу. Но, как же, всё-таки, я узнала об их состоянии? Никак не могу вспомнить. Ладно, не об этом сейчас надо думать. А может, отдать ребёнка бабушке с дедушкой — родителям Кая? Ага, и записку прикрепить: «Это — ваш внук! Любите и воспитывайте!». Нет, это не реально. Родители Кая не поверят и экспертизой заморачиваться не станут. Оставить ребёнка у дверей приюта? Да кому, как не мне, знать, как живётся в подобных заведениях. Но, даже если опустить всё это… Мир людей… Так ли он безопасен для моего ребёнка? Конечно, он куда безопаснее, чем мир демонов. Только вот… В случае чего, моего ребёнка, запросто, найдут. Он связан со мной кровью — для тех, кто владеет магией, найти его не составит труда. И тогда… его очень просто будет использовать, как моё самое слабое место. Ни Люциферу, ни Фероксу этого не нужно — на мне «оковы неволи». Воздействовать на меня ещё как-то для них нет никакого смысла. Хотя, им тоже может что-то прийти в голову. Но, другие демоны или драконы… Шанс того, что о моём ребёнке кто-то узнает, крайне мал, однако, он есть. Так могу ли я сделать что-то, чтобы кардинально обезопасить ребёнка? Или это, в принципе, невозможно?».