Танец на осколках души (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 73

— Милена-а-а, я хочу крови!

Такое у меня мог просить только Рейф. Я окинула его взглядом. Весь в багровых пятнах той же самой крови, которую он просил, гипнотизёр выглядел очень довольным своим времяпровождением.

«Хоть кого-то в этом мире всё полностью устраивает» — подумала, произнеся вслух:

— Обойдёшься. Лучше скажи, откуда ты пришёл в таком виде?

— В Зиградене много интересных мест, — ответил мужчина. — Здесь, довольно, весело. И убивать есть кого. Мне очень нравится!

— Ни капли в этом не сомневаюсь.

Я ещё раз посмотрела на Рейфа. Мне так захотелось, в этот момент, окунуться в его эмоции. Рейфу было хорошо… весело! Я знала, что его безумие позволит мне забыться. Позволит забыть обо всём. Забыть о боли, о смертях, о прошлом. Соблазн был так велик… Хотя, и было понимание того, что это, лишь, прививка от окружающей действительности. Короткая, не долгая, но… такая нужная передышка. Это было эгоистично и трусливо так поступать — да. Но, мне было так больно и плохо, что казалось, ещё чуть-чуть и я, на самом деле, сойду с ума.

Я подошла к Рейфу:

— Мне нужно твоё безумие, Рейф. Я хочу полностью утонуть в нём, раствориться. Не хочу ничего помнить, не хочу чувствовать страх, боль. Хочу, хотя бы, ненадолго забыть, что я, всего лишь, сломанная, униженная, безвольная девчонка! Пожалуйста, Рейф, помоги мне в этом! Дай мне свои эмоции и своё сумасшествие!

— Бери, если хочешь, Милена.

Я смотрела в эти бирюзовые глаза, смотрела… пока чужие эмоции не захлестнули меня с головой. Было такое ощущение, что я либо упала в глубокую чёрную пропасть, либо увязла в болоте. В отличие от прошлого раза, когда мне нужен был секс, то, что я чувствовала сейчас, с сексом связано не было. Это было чистое безумие, заставляющее забыть обо всём. Забыть про всё и чувствовать, лишь, жгучее желание смеяться, смеяться, смеяться… И желание причинить кому-либо боль, слушать крики, наслаждаться ими!.. Откуда тогда в моей руке взялся нож и как Рейф позволил оказаться на нём сверху, я так после и не вспомнила. А тогда меня это и не интересовало. И тогда, продолжая смеяться и видеть такие же безумные, как мой смех, глаза и улыбку Рейфа, я стала всаживать в него нож. Сначала не сильно, оставляя, лишь, порезы. А затем, всё глубже и глубже, сильнее и сильнее… Я всаживала этот нож в его плечи, руки!.. Кровь брызгала во все стороны, а я продолжала смеяться. Как и Рейф. Мы с ним сейчас, практически, были одним целым. У нас было одно безумие на двоих. И то, от чего получала удовольствие я, давало наслаждение и ему. Даже если ему самому это и вредило. А потом, я перешла на его грудь, живот!.. Вот, на этом моменте меня кто-то и отшвырнул от Рейфа, не дав мне использовать нож на каких-либо жизненно-важных органах.

— Если вам, госпожа, так сильно хочется кого-либо изрезать, то делайте это со мной. Мне ничего не будет, даже если вы мне голову оторвёте, — сказал Драйк (а это был именно он), забирая у меня нож.

— Да как ты смеешь мне мешать?! — злобно смотрела я на демона, всё ещё находясь под действием эмоций гипнотизёра. — Отпусти меня немедленно и дай продолжить то, на чём я остановилась!

— Если вы продолжите, то можете его убить, — ответил Драйк, спокойно удерживая, бешено вырывающуюся, меня. — Конечно, благодаря вашей крови, он более живуч, чем обыкновенный человек, но насколько — неизвестно. А проверять эти границы, извините, госпожа, но я вам не позволю.

— Почему?! Что такого, если он подохнет?! — продолжала безумствовать я.

— Вы уже забыли, госпожа, что тоже умрёте вместе с ним?

— Умру вместе с ним? С чего бы это? — я совершенно ничего не соображала и не помнила — я ощущала только злость от того, что мне помешали.

Драйк мне не ответил. Вместо этого, он швырнул меня на пол и я, не удержавшись на ногах, упала. Я не успела возмутиться, как Драйк присел рядом со мной, в его руках блеснула чёрная молния… А потом, меня ослепила вспышка жуткой боли. Такой сильной, что у меня помутнело в глазах, и я чуть не потеряла сознание! Но, прошла она быстро, и уже через несколько секунд от неё не осталось и следа.

— Простите меня, госпожа Милена, но, зачастую, боль помогает куда лучше слов, — произнёс Драйк. — Вы же пришли в себя? Вы помните, что вам нельзя убивать Рейфа?

— Помню, — кивнула я.

Действительно, резкая сильная боль, как будто, очистила моё сознание от влияния рыжего гипнотизёра. Я снова была сама собой. Я снова всё помнила.

— Зачем вам это, вообще, понадобилось? — спросил слуга, помогая мне встать.

— Хотела, хотя бы, мгновение ничего не помнить. И… мне очень понравилось то, что я ощутила, — призналась я. — Это было, как будто, ощущение свободы. Я чувствовала себя, по-настоящему, свободной.

— Если вы намерены это повторять, госпожа, то я, настоятельно, прошу вас не делать этого больше наедине. У вашего человека, напрочь, отсутствует инстинкт самосохранения. И вы, в этом состоянии, мало что можете контролировать.

— Это я уже поняла.

Но, несмотря на всю опасность произошедшего, я не могла забыть того, что я чувствовала. В какой-то степени, всего на мгновение, но я почувствовала себя счастливой. Ничего не помня и делая, лишь, то, что мне хочется. И в этот миг я поняла, что я ещё неоднократно, много раз, буду повторять это. Это ощущение свободы и безумия, своего рода, наркотик. Я это знала, и сопротивляться этому не хотела. По крайней мере, иногда.

«Только в следующий раз надо будет, как-нибудь, обезопасить себя, — подумала я, оглядывая окровавленного, но, вместе с тем, довольного Рейфа. — Драйк прав — в таком состоянии я себя не контролирую, а Рейфу, похоже, плевать».

— Рейф, скажи мне одну вещь, — решила я задать вопрос, который пришёл мне а ум в тот момент. — Я, ведь, была под твоим безумием, а это значит… у тебя есть желание всадить в меня нож?

— Не обязательно нож, — ответил гипнотизёр. — И не обязательно что-то всаживать. Раны, порезы, сломанные кости… С тобой я бы хотел проделать всё это, Милена! Чтобы ты задыхалась от боли, кричала!.. — его безумные глаза затуманились — кажется, мыслями он сейчас был очень далеко отсюда.

— Псих, — вздохнула я, но без злости, ведь, именно ненормальность Рейфа позволила мне почувствовать то, что я не чувствовала, казалось, давным-давно.

— И что же с тобой произошло в очередной раз, Милена? — это уже был Лекс. — Просто так ты использовать эмоции своего ерата не будешь. Кстати, что с твоей боязнью секса?

— С боязнью всё нормально, — ответила я. — То есть, её больше нет. А Рейфа я использовала потому, что этого хотела.

Распространяться об истинной причине я не желала. Тем более, что ни Лекс, ни Драйк о моей беременности не знали и я хотела, чтобы так и оставалось.

— Госпожа Милена, мне необходимо сообщить вам, что завтра вы должны присутствовать на Совете Преисподней, — сказал мой слуга.

— Совет Преисподней? Завтра?

Данная новость не сильно обрадовала. Я не представляла, что там будет происходить, что будет обсуждаться и как там отнесутся ко мне.

— Хм… А как мне вести себя там?

— Как хотите, госпожа.

— То есть? Как я могу вести себя, как хочу, на столь важном мероприятии? Там же должен быть какой-то этикет?

— Госпожа Милена, на Совете никакого этикета поведения нет. Вы можете быть такой, какой захотите. Конечно, грубить Верховным демонам и повелителю я вам, всё же, не советую, но… Это будет ваш первый Совет, госпожа. Как вы себя на нём поставите, так к вам и будут относиться в дальнейшем. Вы можете быть агрессивной, наглой, холодной… Но, только не вздумайте сидеть тихо, чтобы вас не трогали. Трусость заметят сразу же, и тогда… с вами никогда не будут считаться.

— Первый день в новом коллективе, да? — попыталась пошутить я, но вышло как-то не весело. — А я могу взять с собой Рейфа? — спросила я, думая о том, как было бы здорово, если бы я могла, в любой момент, уйти в бесстрашие и безумие.

— Не советую, — убил мой шанс на спасение Драйк. — Те, кто там будут присутствовать, отнюдь, не дураки. Они почувствуют, что вы используете его эмоции. Вас, после этого, не будут уважать.