Моя любимая роль (СИ) - Марс Остин - Страница 49

— Приходи, — легкомысленно пожала плечами она, блондин взял её руки и мягко сжал в ладонях, грустно качнув головой:

— Ты просто ещё не понимаешь, о чём говоришь… Ладно, какие у тебя планы на выходные?

— Съездить в город.

«И зайти в церковь.»

— Тогда я тоже поеду к своим, давно не был. — Он чмокнул её в губы, — давай, звони, если соскучишься.

— Хорошо, — она улыбнулась и отвела взгляд. Ей было стыдно. Стыдно за то, что она так обрадовалась тому, что он занят и не сможет с ней погулять, а значит — здравствуй, Стивен.

«Почему я этому так рада? Крис же мой парень, я должна быть с ним, а когда не получается, я должна расстраиваться и хотеть быть с ним… Что происходит? Нельзя любить двух парней одновременно!

Не пойду к Стиву. Да, не-пой-ду, не буду травить душу глупыми иллюзиями и ковырять вчерашнюю царапину на сердце. Это пройдёт, как наваждение, как короткое умопомрачение, которое лечится за пять минут холодной водой и свежим воздухом. Объявляю вечер добровольного отказа от Стивена Ли Эванса, аминь.»

Она медленно пошла в комнату, устроилась на кровати и взяла «Рецепты», удивившись тому, как мало непрочитанных страниц осталось. Быстро пробежала их глазами и закрыла тетрадь — ничего полезного. Ни слова о кошмарах, колодцах, огненных демонах или умении взглядом приказывать людям делать то, что ты хочешь.

«Может быть, где-то в бабушкиных сундуках есть ещё книги? Завтра поеду к родителям, перерою всё, что приехало из её дома, хорошо поищу в интернете, может быть, я не одна такая?»

Зазвонил телефон, она глянула на экран — Мой ночной музыкант. Глубоко вдохнула, успокаивая расшалившиеся нервы, и ответила:

— Да?

— Привет. Я слышал, вас уже отпустили?

— Да.

— Как насчёт чая?

— Нет, я… хотела побыть с Мари.

— Я видел её в танцевальном зале с Алексом, — он загадочно понизил голос, — ей, похоже, не до тебя.

— Она придёт, — не очень уверенно буркнула Стеф, Стивен хмыкнул:

— Вы планируете что-то очень девчачье и супер-важное? Или можем собраться все вместе у меня?

— Я планирую попросить её сдвинуть кровати, — вздохнула Стеф, — так, чтобы когда мы спим, между нами было не больше метра-двух.

— О… ну ладно. Я понял. — Он помолчал, — ищешь варианты?

— Да. А ещё поеду завтра в церковь.

— Это похвальное желание, только ты не больно-то рассчитывай на божье чудо, — хмуро пробормотал Стивен. Стеф ощетинилась:

— Почему это?

— Интуиция, — саркастично фыркнул парень.

— У твоей интуиции есть какие-нибудь разумные доводы?

— Есть. Но ты не захочешь их слушать.

— С чего ты так решил?

— Приходи, напьёмся чая и поговорим откровенно, о твоих кошмарах, о твоём Страшиле, о роли церкви в формировании детского мышления.

— Я не приду, Стив, я же сказала. Я должна встретиться…

Он перебил её, нервно фыркнув:

— Хочешь, я скажу, почему ты на самом деле не придёшь? — она замешкалась, не зная, что ему сказать, но он и не ждал ответа, — потому что я вчера сказал, что у меня есть девушка. И всё, теперь я тебя не интересую, был друг — и сплыл. Друг с девушкой тебе уже не нужен.

— Стив…

— Хватит, всё. Не придёшь так не придёшь, дело твоё. Только если трюк с перестановкой кровати не сработает, всё равно приходи, обещаю не утомлять тебя разговорами. Спокойной ночи, надеюсь.

В трубке раздался сигнал разъединения, Стеф положила телефон на тумбочку и крепко сжала виски, зажмурившись до звёзд в глазах.

«Да, когда окружаешь себя умными друзьями, не стоит удивляться тому, что они чуть более проницательны, чем весь остальной мир.

Зачем ты сказал это, милый мой ночной музыкант? Мы же теперь не сможем сделать вид, что всё в порядке и просто продолжить общаться, теперь так не получится. Теперь придётся признаться себе, что ты прав.

И что? Что это изменит? Я не уйду от парня, просто потому что мне кто-то там понравился, мы с Крисом любим друг друга.

А ещё, я его приворожила. И теперь отвечаю не только за свои чувства, но и за его, я просто не имею права променять его на какое-то мимолётное увлечение. Он меня любит, он сказал это, когда я спросила его с Тем Самым взглядом. А значит, это правда.»

Она набрала подругу, но у той телефон был как всегда отключен. Посмотрела на ноут, попыталась выбрать между Заком и Диего, поняла, что не хочет видеть ни одного.

«Музыка. Меня спасёт итальянская опера и железная миска на приоткрытой двери, чтобы не пропустить бесшумный приход Мари».

Рыжая явилась далеко за полночь, румяная и такая довольная, что Стефани с её мрачным настроением с порога захотелось её прибить, и тут же стало стыдно за низкую и недостойную зависть — радоваться надо, что хоть у кого-то всё хорошо.

«Только почему-то не выходит.»

Чуть не получив миской по голове, Мари возмущённо открыла рот, чтобы высказать подруге всё, что она о ней думает, но увидела её лицо и притихла.

— Привет.

— Угу, — Стеф выключила ноут и сняла наушники, — хорошо погуляли?

— Нормально, — пожала плечами рыжая, заставив Стефани улыбнуться. Она вспомнила, как сама совсем недавно была дико счастлива и пыталась скрыть своё счастье из солидарности к плохому настроению друга.

«Друг. Эванс мой друг.»

— А ты как?

— Да так, — Стефани пожала плечами. — У меня есть к тебе просьба…

У Мари зазвонил телефон, она с извиняющимся видом подняла ладонь и стала рыться в кармане, а взглянув на экран, удивлённо вскинула брови и развернула трубку к Стеф. На экране светилось: «Эванс, музыка» и время — два часа ночи. Подруги обменялись непонимающими взглядами, Стеф шепнула:

— Ставь на громкую.

Мари кивнула и ответила:

— Алло?

Голос Стивена был встревоженным и нервным:

— Привет, прости, что так поздно, я видел, как ты выходила из танцевального зала, так что знал, что ты не спишь.

— И?

— Слушай… ты ещё не в комнате?

Стеф замотала головой, Мари понятливо сказала:

— Нет, я только иду.

— Подожди, не иди, послушай меня. Сегодня Стефани попросит тебя сдвинуть кровати.

Мари округлила глаза и беззвучно спросила у подруги: «Да?». Стеф недовольно скривилась и кивнула. Рыжая вслух удивилась:

— Зачем?

— Так надо, — не стал вдаваться в подробности Стивен. — Соглашайся, ложись, но не засыпай. Ни в коем случае, слышишь меня?

— Слышу… — глаза Мари становились всё больше, Стеф грызла губы от досады и молчала. — Слушай, тебе не кажется, что это странно?

— Не кажется, — угрюмо фыркнул он, — это то, о чём мы говорили.

— А…

— Да. Подожди пока она уснёт и понаблюдай за ней, хотя бы пару минут, этого хватит. И если начнётся что-то странное, сразу звони мне, я буду тут рядом, приду быстро.

— Что может начаться «странное», Стив? Не пугай меня, — она пучила глаза на Стеф, заставляя уже жалеть о сказанном, парень отрезал:

— Что угодно. Если она начнёт разговаривать во сне, двигаться, если у неё поднимется температура, если случится хоть что-то, что ты посчитаешь странным — сразу звони.

Мари помолчала, вздохнула, глядя на Стеф не предвещающим ничего хорошего взглядом, недоверчиво спросила:

— Слушай, ты так уверенно говоришь… Откуда ты всё это знаешь и что ты можешь такого сделать, чего не могу я?

— Долго объяснять, — буркнул Стивен. — Похоже, то, о чём мы говорили — только вершина айсберга… так что будь осторожна. Чуть что — сразу звони.

— Ты не ответил на вопрос, — стойко напомнила рыжая, — зачем тебе звонить, чем ты можешь помочь?

— Не знаю, не спрашивай. У меня есть две гипотезы, эта её идея по поводу кроватей должна одну из них опровергнуть… или подтвердить, не знаю. Или обе опровергнуть. Короче, всё, иди в комнату. Я жду звонка, давай.

— Давай…

Он положил трубку, Мари опустила телефон и сложила руки на груди, сканируя подругу рентгеновским взглядом:

— А теперь ты мне всё. Подробно. И честно. Расскажешь. Сейчас же. — Она села на кровать Стеф и сделала приглашающий жест. Стефани вздохнула и обречённо опустилась рядом, сложив ладони между коленями и уперевшись взглядом в пол: