Волк за волком (ЛП) - Гродин Райан - Страница 39

- Товарищи!

- Ты с ума сошла, Фрейлин? - нахмурился Лука. - Они в двух шагах от того, чтобы застрелить нас просто так!

Она проигнорировала его и продолжила стучать в дверь. Та поддалась и открылась. Полуденный свет пронзил комнату, сопровождаемый дулом ружья. Яэль застыла.

- Тихо! - приказал охранник, тыкнув в нее своим наганом.

- Мне нужно поговорить с вашим командиром, - немецкий полился из нее с быстротой молнии, прежде чем он успел закрыть дверь. Бровь охранника поднялась. Яэль видела, что он пытается осмыслить ее просьбу.

- Ветров, - попыталась она снова. - Дайте мне поговорить с Ветровым.

Второй силуэт появился в дверях. Другой охранник. Его познания немецкого были лучше.

- Зачем? Что ты собираешься ему говорить?

Ружье первого охранника все еще было направлено девушке в грудь. Но более того Яэль прекрасно понимала, что вместе с ней в комнате находились двенадцать лишних пар глаз и ушей. Если она хочет, чтобы это сработало, ей необходимо было сохранить прикрытие. Она не могла позволить им подумать, что срабатывается с русскими.

- Японец. Который убежал. Я знаю, где он, - это единственное, что могло позволить ей попасть в офис Ветров, не вызывая подозрений у других. Она надеялась, что охрана не будет кусаться.

(- Видишь? - вспылил Такео за ее спиной. - Немцы нам не друзья.) Второй охранник приблизился к ней и положил руку на ружье своего коллеги, опуская его вниз.

- Где?

Она покачала головой.

- Отведите меня к Ветрову. Я скажу только ему.

Солдаты посмотрели друг на друга, перешептываясь на русском. Она не смогла уловить слова.

- Пойдем со мной, - второй охранник схватил ее за руку и вывел из здания.

- Можешь сказать им, что я хочу обратно свои сигареты? - гордый голос Луки просочился сквозь щель закрывающейся двери. Яэль находила это странно успокаивающим, пока солдат, хорошо знавший немецкий, волочил ее через деревню к другому зданию.

Товарищ командир Ветров вяло сидел у стола, как растение, оставленное без воды. Даже его глаза были цвета иссохшего сельдерея, - водянистые, уставшие. Он сел прямо, завидев Яэль и охранника, и движением руки пригласил их в комнату.

- Что она здесь делает? - его русский кусал, заостренный от изнеможения.

- Она говорит...

Яэль вмешалась в разговор. Ее русский был таким же беглым и плавным, как и много лет назад, когда она сидела ночами с бабушкой.

- Тысяча извинений, товарищ командир, но мне необходимо поговорить с вами наедине. Вдали от других гонщиков.

- Я не знал, что говорите на нашем родном языке, мисс Вулф.

- Я не мисс Вулф.

Вот она. Правда. Вся ложь треснула и отошла на второй план всего лишь за четыре слова.

Она стояла, выставленная на показ, пока горный бриз прокрадывался сквозь открытую форточку. Он привел в движение пачки бумаг на столе и загнул край карты Ветрова. Он взметнул локоны волос Адель в лицо Яэль. Она смотрела сквозь новообразовавшуюся челку на меняющееся лицо командира. Несколько раз он открыл рот, но слова так и не вышли оттуда.

- Я часть сопротивления. По приказу начальства, я украла личность Адель Вулф и участвую в туре Аксис. Я притворяюсь ею уже пару недель.

- Так вы говорите, что вы не мисс Вулф? Вы... кто-то другой?

Яэль кивнула. Глаза Ветрова больше не выглядели такими слабыми и изнуренными. Они сузились и стали похожи на морозную мяту.

- Вы врете.

Она кивнула на золотое кольцо на безымянном пальце его правой руки.

- У вас есть фотография жены?

- Да, но...

- Покажите, - сказала она.

По вздувшимся на шее венам и истончившимся губам Яэль ожидала, что он прокричит нет, но офицер засунул руку за лацкан. Вытащил оттуда черно-белое фото, изношенное и любимое. На него явно смотрели много раз. Женщина, изображенная там, располагала темными волосами и грустной серой улыбкой, подходившей под ее глаза.

Яэль взяла изображение этой женщины и поместила внутрь себя. Она соединила грусть и серость. Придавила их за собственными губами. Волосы по бокам от щек потемнели, стали тяжелее. Яэль пришлось угадывать более точные оттенки, как с Бернис Вогт (о, как давно это было!). И это снова сработало.

Товарищ командир Ветров принял идеальную копию своей жены с удивительным спокойствием. Его руки соединились над картой.

- Понятно.

Охранник за ее спиной не взялся за ружье. Что-то было не так. Оба только что увидели, как она изменилась, стала кем-то другим прямо у них на глазах, и даже не моргнули. Да, глаза товарища командира Ветрова выглядели более живыми, но больше от размышлений, чем от удивления.

Возможно, все дело в том, что они солдаты. Их тренировали видеть невозможное, справляться с шоком. Но другие тоже были солдатами. Как Рейниджер, который испустил тысячу проклятий и побледнел, как покойник. Как Генрика, чей рот оставался открытым больше двух минут. Как Влад, который схватился за охотничьи ножи и не отпускал их, пока Рейниджер не успокоил его и объяснил, что происходит.

Это было очень странно.

- Я не Адель Вулф, - было довольно странно говорить об этом вслух после стольких дней утверждения обратного. Яэль продолжила, пытаясь встряхнуть апатию мужчин. - Вы совершаете огромную ошибку, срывая этот тур. Если я провалю миссию, все сопротивление рухнет.

- И в чем конкретно заключается ваша миссия?

Врать было бы естественно, просто. Ее учили этому. Но Яэль также учили анализировать ситуации, и она могла почувствовать напряжение, царившее в этой комнате - годы военных и партизанских битв грузом лежали на плечах товарища командира Ветрова, в его глазах виднелась горечь, причиной которой был Рейх. (Яэль узнавала эти взгляды, потому что сама являлась носительницей такого.)

- Третий Рейх гниет изнутри. Люди несчастны и недовольны Новым Порядком, даже в близких кругах Фбрера. Сопротивление растет, соединяется прямо под носом Гестапо. Мы достаточно сильны, чтобы изменить все сейчас. Каждый штаб в каждом городе ждет сигнала к восстанию и уничтожению Нового Порядка. Моя миссия - дать этот сигнал. Моя миссия - убить Фюрера на балу Победителей. На глазах у всего мира, - чудовищность слов Яэль заполнила комнату, надавливая на каждый ее угол.

В этот раз Ветров был удивлен.

- Вы Вы убьете Фюрера?

- Только если выиграю в туре Аксис, что будет невозможно, если вы похитите всех его участников, - отрезала Яэль. - Вы должны нас отпустить.

- Это сложно сделать, - сказал командир, пряча фотографию жены обратно в карман униформы. - Я получаю указания прямо из Новосибирска. Нам было приказано захватить всех участников тура Аксис, чтобы использовать их в политических целях и восстановить права на западные территории.

- В политических целях? - Яэль не могла поверить в то, что говорит. - Как Новосибирск надеется удержать гонщиков в заложниках и не навлечь при этом гнев Гитлера на свои головы?

Ветров дернулся.

- Как вы и сказали. Третий Рейх гниет, он на грани распада. Мы были предупреждены о путче на горизонте. Мы лишь пытаемся восстановить права на земли, которые они забрали, прежде чем наступит полная анархия.

- Но... это не сработает. Рейх не распадется, пока я не дам сигнал. А это случится, только если вы нас отпустите.

Командир нахмурился.

- Если я вас отпущу, это может быть рассмотрено как предательство.

Предательство. Встретиться лицом к лицу с отрядом профессиональных стрелков и заостряющимися концами их ружей. Какой командир рискнет перед таким?

- Это все большое недоразумение, - сказала Яэль. - Эрвин Рейниджер. Он мой командир, и я знаю, что он держит связь с Новосибирском. Это он предупредил вас о путче. Если вы телефонируете им и все объясните...

Командир Ветров медленно встал.

- Я свяжусь с Новосибирском. Но даже тогда я не могу гарантировать вашу свободу. И еще, я предпочту, чтобы вы перестали копировать мою жену, мисс Ву..., - офицер прервался. - Как ваше имя?

Яэль снова трансформировалась в Адель. Ледяные волосы и глаза, подходившие блондинке, как перчатка руке.