Миссия на Луне (Новые приключения Незнайки - 1) - Карлов Борис - Страница 62

-- Ты давай не выкручивайся, говори все как есть.

-- Я и не выкручиваюсь. Пока еще действительно ничего не известно. Просто с Луны были какие-то странные сигналы от этого твоего Ослика.

-- "Просто, просто"... Какие сигналы?

-- Ну вот, послушай.

Студент сунул кассету в магнитофон, и Карлуша услышал надрывный голос Ослика, отчетливо пробивавшийся сквозь радиопомехи: "Не давайте им ничего! Если прилетят -- не давайте ничего!.."

-- Ну, что ты раскис? Есть какие-нибудь соображения?

Карлуша шмыгнул носом и молча отрицательно покачал головой.

-- Слушай, ты так не расстраивайся. С ним-то, наверное, все в порядке, это он нас о чем-то предупреждает. Понять бы только, кому и чего не давать. Может, семян не давать? А, как ты думаешь?

-- Из-за семян он бы так не стал...

Карлуша опять шмыгнул и утер нос рукавом.

-- Все?

-- Что "все"? -- не понял Студент.

-- Больше ничего не передавали?

-- Нет, ничего. И на наши позывные никто не отвечает.

-- Это плохо.

Студент молча опустил голову, как будто он сам был в чем-то виноват.

-- Если никто не отвечает, надо лететь, -- сказал Карлуша таким голосом, что Студент испугался.

-- Что значит "лететь"! Ты это погоди, "лететь". Вот чудак, разволновался. Они сами к нам скорее всего летят. Вот когда прилетят...

Но Карлуша, не дослушав его, вышел из комнаты.

-- Ну и ну... -- пробормотал Студент. -- Смотрите, какой он впечатлительный. Надо будет за ним следить получше.

Карлуша отправился к себе, лег и напряженно уставился в потолок. В голове у него еще звучал голос Ослика, который, словно барабанным боем, сопровождался собственными словами: "Надо лететь, надо лететь, надо лететь..." Но, даже находясь в столь взвинченном состоянии, он понимал, что лететь в космос без специальной программы в компьютере ракеты, без запасов воздуха, воды и провизии -- невозможно. Для подготовки нужно было время и, самое главное, желание со стороны Студента. А Студент очень не любил неточностей и недоговоренностей. И в самом деле: глупо лететь куда-то сломя голову, если оттуда предупреждают, что сами летят сюда... С этим Карлуша и заснул.

А утром он пошел к Чеку, поделиться своими переживаниями и заполучить хотя бы одного союзника в этом деле.

Чек жил неподалеку, всего в нескольких кварталах, и Карлуша быстро добрался до его дома подснежными ходами. Прохожие с удивлением смотрели, как он, ни с кем не здороваясь и сосредоточенно глядя себе под ноги, торопливо шагает мимо.

-- Дома? -- спросил он у громыхающего посудой в тазу с мыльной водой портного Заплаткина.

-- Дома, ясное дело, -- проворчал тот. -- А где ему еще быть, по-твоему?

Действительно, Чек очень не любил холод и зимой не вставал с кровати без особой необходимости. Соседи и знакомые поражались его способности спать почти круглые сутки с перерывами для еды и прочих неотложных надобностей.

С началом весны он оживал, летом был бодрым и деятельным, а с первым снегом начинал зевать и впадал в спячку.

На этот раз Карлуша застал друга, к своему удивлению, не спящим, а почитывающим какой-то старый пожелтевший журнал. Под кроватью виднелся еще ворох таких журналов, извлеченных скорее всего из подвала или с чердака.

-- А, это ты, -- сказал Чек рассеянно. -- Как там внизу, обед готовят?

-- С чего это тебе обед? Недавно завтракали.

Чек протяжно зевнул:

-- Я, видишь ли... завтрак проспал, оказывается.

-- Что же тебя не разбудили?

-- У них против меня сговор.

-- Чего-чего?

-- Они, видишь ли, против меня сговорились. Боятся, что я из-за спячки де-гра-дирую. Это вроде болезнь какая-то, надо еще у Глюка спросить. Вот, журналы принесли... Сказали, что будить не будут больше, что, если сам не проснусь, останусь голодным.

-- Ну и как оно?

-- Да пока, знаешь ли, не очень. Завтрак они, видишь ли, устраивают ни свет ни заря: в десять часов -- это же самый сон... А ты, говорят, куда-то ездил?

-- Ездил, ездил. А ты небось даже из дому не выходил?

-- Хотел я в праздник на реку пойти. Оделся даже, прилег, да так и уснул до утра.

-- Понятно. А что читаешь?

-- Вот это, что ли? "Занимательная химия". Удивительно легко дается, все понимаю. Мне химия всегда нравилась, опыты разные делать... Глюк говорит, что у меня способности; я вместе с ним ракеты для фейерверка делал, жаль только, что сам фейерверк проспал...

-- Что же ты свои способности скрываешь? Если что-нибудь хорошо получается, надо идти вперед, развиваться.

Чек поднял голову и посмотрел на Карлушу внимательно:

-- Ты сам-то как? У тебя, вообще-то, все в порядке? Ничего не случилось?

-- Помнишь, я тебе рассказывал про Ослика?

-- Какого еще ослика?

-- Ну, мы с ним на Луне подружились.

-- А, в этом смысле...

-- Теперь там передатчик сломался, а он что-то хотел сказать. Понимаешь, что-то очень важное, потому что я его знаю, он о пустяках так не будет говорить.

-- Чего?

-- Лететь надо на Луну, вот чего.

-- Чего, прямо сейчас?

-- Прямо сейчас не получится, надо Студента уговорить.

-- Ну и уговаривай. Меня-то он совсем не послушает. Только я, знаешь ли, не полечу. Чего я там не видел, на Луне? Я ее и без того каждый день вижу. И вообще, у меня планы другие. Глюк обещал...

-- "Обещал, обещал"!.. Сам ты Глюк! Я думал, что ты... а ты...

Не найдя союзника в лучшем друге, Карлуша расстроился еще больше. До вечера он сидел у Звездочкина, вслушиваясь в бессмысленное завывание и треск космического радиоэфира.

Больше в этот день ничего не случилось.

Глава третья

Новые сигналы с Луны.

Профессор Злючкин ощущает свой звездный час,

но вынужден бежать в ванную.

Глубокомысленные версии и скоропалительные выводы

Несколько дней Карлуша ходил мрачнее тучи, а потом разразилась сенсация. Радиостанция Космического городка, а также некоторые другие станции и даже отдельные радиолюбители начали принимать слабые, но постоянно повторяющиеся сигналы с Луны. Эти сигналы крутились, по всей видимости, на закольцованной магнитной ленте и состояли из нескольких фраз, смысл которых не удавалось разобрать из-за помех.

На позывные с Земли никто не отвечал; непонятно было, откуда идет передача -- с поверхности Луны или с внутреннего ядра посредством местной связи.