Трафарет вечности (СИ) - Аникина Элла - Страница 56

    Медики бросились на него, но он легко уклонился от их ударов и раскидал их. Кто-то попытался сделать ему инъекцию, но он легко ушел от иглы, удар иглой достался другому, несчастный упал на пол, захрипев и забившись в конвульсиях, затем перестал подергиваться, его глаза закатились.

    Врач закричал на всю лабораторию:

    -  Нет, нет! Он необходим невредимым! Это бесценный материал!

    Кирилл вытащил из вены иглу, поднял с пола стойку с капельницей и ей, как дубинкой, уложил оставшихся медиков. Медленно подошел к оставшимся в живых Звонникову и врачу. Звонников выхватил револьвер.

    - Не подходи!

    - Я все помню.., - улыбнулся Кирилл, улыбка вышла страшная, - Не бойтесь, Андрей Михайлович...

    Звонников слегка отступил, но опустил руку с револьвером. Кирилл, не меняя позы, повернул голову к врачу.

    - Кирилл Андреевич! Вы...  помните меня?

    Кирилл кивнул:

    - Конечно, Константин Ильич... Вы позволили мне умереть... С разрешения Андрея Михайловича...

    Неуловимым движением, стойкой от капельницы, он ударил Звонникова в горло, левой рукой перебив трахею врачу. Оба, уже мертвые, упали к его ногам.

    Кирилл помолчал, затем произнес:

     - Вот видите. Бояться нечего. Это вовсе не страшно... Когда быстро...

    Он бросил стойку от капельницы на пол, повернулся спиной к только что убитым им людям и пошел искать какую-нибудь одежду. Найти удалось только хирургический халат, но Костромин надел его и вышел вон из лаборатории, что столько лет была его могилой. Из многочисленных порезов, ссадин и проколов иглой у него сочилась кровь и заливала ткань темно-зеленого халата. Он не обращал на это внимания. Его единственной мыслью было найти Ирину. Хотя бы попрощаться с ней, если ему не суждено жить, просто еще раз увидеть жену...

    Он выбрался из-под земли, оказался в коридоре давно заброшенного завода, побрел по нему, ища выход на поверхность. По его лицу тек липкий холодный пот, заливая ему глаза, он, как заведенный, вытирал его тыльной стороной ладони. Ноги его почти не держали. Быстрота и сила, только что позволившая ему убить почти двадцать человек, оставили его. Наконец он упал на колени. Ища опору, он прислонился к стене. Его бил озноб, и он безуспешно пытался согреться, обхватив себя руками. Он постепенно принял позу эмбриона лежа у стены, на груде битого щебня.

    В тишине пустого коридора стали слышны шаги. Кирилл слышал их, но ничего не мог с собой поделать. Он понимал, что его оживили не полностью, но был рад этому. Пусть он хотя бы умрет человеком, а не бессмысленной бездушной машиной.

    Он прочел рецепт, перед тем, как отдавать его Звонникову и ужаснулся, поняв, к чему это может привести. В твердой решимости не допустить создания армии воинов-зомби Кирилл подделал несколько иероглифов, заставив несколько фраз изменить значения на противоположные. Теперь рецепт не содержал эликсира бессмертия, а только рецепт временного оживления умершего. Кирилл знал, что ему осталось восемь-десять часов. Но кто-то шел по коридору, в котором лежал Кирилл и вся его животная сущность выла и извивалась, цепляясь за жизнь, тогда как человеческая желала только одного - сохранить честь. От переохлаждения Кирилл вновь впал в кому.

     Три фигуры в балахонах, наподобие средневековых, подошли к Кириллу и подняв его с пола, понесли назад, в лабораторию смерти.

    Разгромленная Кириллом лаборатория за время его отсутствия была вновь приведена в порядок, приборы были на своих местах, тихо шипели аппараты. Трупы были свалены в куче в углу.

    Три фигуры в серых балахонах и одна в ослепительно белых одеждах стояли, рассматривая тела Звоникова и врача, что были положены отдельно. Наконец фигура в белом откинула капюшон с лица. Это была женщина. Та самая женщина с которой Федор танцевал в своих снах, та самая, что была изображена на его амулете. Анна.

    Она спокойно смотрела мертвые тела и показала на врача и генерала:

    - Этих поместить отдельно и оживить, как положено. Они могут нам понадобиться.

    Один из одетых в серое, почтительно спросил:

    - Остальных - в простых зомби?

    Анна кивнула:

    - Да. Рецепт эликсира нашли?

    Второй быстро закивал головой:

    - Да, Видящая. Нашли.

    Анна вздохнула:

    - А где тот, кого они оживили?

    Второй зачастил:

    - Его сейчас приводят в себя. Там не были завершены кое-какие процедуры. Придется постоянно поддерживать в нем жизнь с помощью временных мер.

    Анна вновь накинула капюшон:

    - С одной стороны это и хорошо. Он будет постоянно под нашим контролем... И поможет нам уничтожить Хранителя, нельзя упустить такой шанс.

    Кирилл очнулся от забытья. Кто-то протирал ему виски и сначала он подумал, что он вновь в лаборатории на операционном столе, но нет, он был на больничной койке. Над ним склонилось плохо различимое лицо в сером капюшоне.

    - Очнулся? Хорошо! С тобой будет говорить Видящая!

    Кирилл, не желая показать свою слабость, сел на больничной койке, а затем, собравшись с силами, встал на ноги.

    Повернув голову, он посмотрел на Видящую. Его глаза, на мгновение, расширились. Он узнал женщину, что была нарисована на оборотной стороне талисмана Федора Беляева.

    Анна, между тем, не заметила замешательства Кирилла или приписала его недомоганию после оживления.

    - Тебя оживили... неправильно. Ты и сам, это, наверное, понял. Но у нас есть средство, которое может помочь тебе остаться в живых. Навсегда.

    Кирилл хотел сказать: «Вы хотите сделать меня бессмертным?», но промолчал.

    Анна, между тем, продолжала говорить:

    - Ты должен будешь решить три простых задачи. Ты предоставишь нам Хранителя города и эликсир бессмертия, что он разработал вместе со своим ведьмаком. Ведьмака - убьешь.

    Кирилл с трудом разлепил губы:

    - Простых?

    Анна пожала плечами:

    - Для тебя - да. Ты всю жизнь этим и занимался - крал людей и информацию. Убивал. Но запомни - Хранитель нужен мне живой и невредимый. Мы дадим городу нашего Хранителя.

    - А вы не боитесь, что я воспользуюсь эликсиром и пошлю вас всех... подальше? - тихо и хрипло спросил Кирилл.