Цвет сверхдержавы - красный. Восхождение. часть 3 (СИ) - Симонов Сергей - Страница 146

   Никита Сергеевич имел в виду аналог Talos, сделанный Грушиным для флота (АИ).

   – Ведь в таком случае работа пойдёт быстрее, а в случае с использованием В758 ПВО страны и союзники получат комплекс «промежуточной дальности» значительно быстрее, чем если будут ждать, пока вы доведёте основную ракету. И для «супостата» представляете, какой сюрприз будет, если они успеют привыкнуть, что новый ЗРК достаёт на 100-120 километров, а, отработав в итоге основную ракету, вы внезапно увеличите дальность до 150-160 километров. Сюрприз!

   Предложение Первого секретаря тут же поддержал и Расплетин:

   – Для меня это было бы очень полезно, действительно, можно было бы существенно ускорить доводку радиотехнической части комплекса. Вообще, практику включения в состав комплекса нескольких типов ракет с разными характеристиками стоило бы узаконить, ведь мы такие эксперименты на 75-й системе проводим, и в эскизном проекте С-200 у нас именно две ракеты вначале предусматривались, да ещё и с разными типами наведения, а тут наведение будет одинаковое, это даже проще. (источник http://pvo.guns.ru/s200/index.htm)

   Мне, кстати, в рассылках ВИМИ попадалось описание концепции ЗРК, обозначенного индексом «300», с подвижными контейнерными пусковыми вертикального пуска, с двумя типами твердотопливных ракет, на среднюю и большую дальность. Мне бы хотелось сделать такой комплекс. Если нам удастся побыстрее довести радиотехническую часть С-200, я смогу пораньше приступить к проработкам по теме «300».

   – Можно попробовать, – несколько озадаченно согласился Грушин.

   Его смущало, что обычно за разработку нового комплекса его создатели получали, как минимум, Государственные премии, а тут, если получится, что комплекс создаётся как бы «по частям», ещё неизвестно, получат ли что-либо разработчики ракеты, если комплекс уже будет стоять на боевом дежурстве с ракетой меньшей дальности?

   Как будто прочитав его мысли, Хрущёв добавил:

   – Что, о премиях задумались, Пётр Дмитрич? Так не волнуйтесь, заслуги каждого будут учтены в своё время. Александр Андреич свою премию за радиотехническую аппаратуру получит чуть пораньше, вы получите свою премию за разработку новой дальнобойной ракеты, а страна и союзники раньше получат новый перспективный комплекс, соответственно, союзники тоже в долгу не останутся, я им намекну, что разработчиков надо поощрить...

   В итоге было принято решение делать С-200 сначала с ракетами В758, параллельно разрабатывая основную ракету В-860, получившую впоследствии индекс ГРАУ 5В21.

   После получения осенью 1958 года образца американской ракеты AIM-9 «Сайдвиндер» разработчики наших аналогичных систем Матус Рувимович Бисноват и Давид Моисеевич Хорол продемонстрировали Хрущёву, что они, благодаря творческому осмыслению данных из информационных рассылок ИАЦ и ВИМИ, уже фактически обогнали американцев в разработке ракет «воздух-воздух» с инфракрасными ГСН. Весной 1959 года были произведены первые испытательные пуски ракеты К-13 с усовершенствованной охлаждаемой головкой самонаведения на основе чувствительного элемента из антимонида индия. (АИ, см. гл. 03-10). Главным конструктором ракеты был Иван Иванович Торопов.

   Ракета, в отличие от американского «Сайдвиндера», уже была всеракурсной, то есть чувствительность её головки самонаведения позволяла атаковать цель с передней полусферы, наводясь на нагретые от трения о воздух элементы конструкции планера цели, например, передние кромки крыльев. (АИ)

   К концу 1959 года лётно-конструкторские испытания были завершены, к этому времени ракета уже производилась серийно. С 1960-го она начала поступать в войска, лётный и технический состав начал осваивать её применение и обслуживание, а с 1962 года изделие было официально принято на вооружение под серийным индексом Р-3.

   Параллельно разработке авиационной ракеты было выдвинуто техническое предложение о создании переносного зенитно-ракетного комплекса, оснащённого малогабаритной ракетой с инфракрасной головкой самонаведения. Постановление ЦК и Совета министров, поставившее задачу разработки ПЗРК, вышло в августе 1959 года (АИ, в реальной истории – 25 августа 1960 г). За разработку носимого зенитного-ракетного комплекса взялся руководитель СКБ-4 Борис Иванович Шавырин, с 1965 г, после смерти Шавырина, работу над ПЗРК продолжил его заместитель и преемник Сергей Павлович Непобедимый. Головку самонаведения поручили разрабатывать ОКБ-357, позднее вошедшему в состава объединения ЛОМО. К работе над проектом подключилось и ЦКБ «Геофизика» под руководством Давида Моисеевича Хорола. Там был разработан гироскоп, позволяющий наводить ракету методом пропорциональной навигации без больших поперечных нагрузок.

   (http://ruskline.ru/monitoring_smi/2006/02/03/razyawie_strely/)

   Постановлением Правительства был определен срок представления предложений по дальнейшим работам в 3-м квартале 1962 г. Фактически к этому времени удалось провести пуски экспериментальных и программных ракет, а также провести стендовую и лабораторную отработку тепловой ГСН.

   Было известно, что AIM-9 «Сайдвиндер» сделана на основе твердотопливного двигателя неуправляемой ракеты «Зуни». Диаметр корпуса ракет AIM-9 и Р-3 составлял 127 мм, в этот габарит головка самонаведения вписывалась нормально. Но для пуска с плеча диаметр и массу ракеты нужно было уменьшить до приемлемой при переноске одним человеком – ведь Р-3 весила 83 килограмма.

   Основной неуправляемой ракетой малого калибра в этот период была 57-миллиметровая НАР С-5. 57 миллиметров было слишком мало для размещения ГСН, а 127 – слишком много, чтобы носить на руках и запускать с плеча. Задача оказалась отнюдь не простой – всю электронику нужно было вписать в куда более компактные габариты.

   В конце 50-х по американскому телевидению была показана стрельба ракетой по воздушной цели из пусковой трубы с плеча стрелка. Этот факт свидетельствовал о реальной возможности создания носимого зенитного ракетного оружия. Сюжет привлёк внимание сотрудников советских спецслужб, работающих в США под дипломатическим прикрытием. Они раздобыли видеозапись фрагмента телепередачи и переправили её в Москву.

   Конструирование переносного ЗРК началось с «мозговой атаки»: Б.И. Шавырин и группа специалистов на две недели отключились от текущих дел и в ходе обмена идеями сформировали облик будущего комплекса «Стрела-2», а также разработали предложения по проекту ТТТ к комплексу.

   В процессе анализа возможных решений возникло предложение разработать авиационную неуправляемую ракету калибра, большего, чем у С-5, и уже на базе её двигателя сделать управляемую ракету. Остановились на калибре 80 мм, при этом масса ракеты выходила приемлемой — около 12 килограммов. (У реальной «Стрелы-2» 1965-66 г калибр 72 мм и масса 9,5-9,8 кг)

   Требовалось сделать твердотопливный двигатель с продолжительным временем работы. Время горения заряда РДТТ и тяга двигателя зависят от площади горения – чем больше эта площадь, тем сильнее тяга, и тем меньше время работы двигателя. Топливный заряд с центральным каналом горел слишком быстро, а заряд с горением по торцу – слишком медленно. Выход был найден в использовании заряда т. н. «кратерной» формы – с углублением на торце, увеличивавшем поверхность горения до требуемой площади. Для лучшего прогрева и воспламенения заряда в него при отливке заделывались металлические проволочки. Чтобы стрелок не был травмирован реактивной струёй двигателя, ракета выбрасывалась из пусковой трубы вышибным зарядом, полностью сгорающим в трубе, а включение двигателя происходило на расстоянии нескольких метров от точки пуска. (Источник http://pvo.guns.ru/pzrk/strela.htm)

   Таким образом, разработчикам приходилось решать много достаточно сложных технических задач. Хотя в рассылках ВИМИ были «подсказки» по многим техническим решениям, их предстояло проверять опытным путём, подбирая конкретные параметры. Поэтому информационная рассылка хотя и ускоряла работу, позволяя сразу выбрать наиболее перспективные решения, но не настолько, чтобы сделать совершенно новое изделие за год-полтора.