Кровь с молоком или неоплаченный долг (СИ) - Крутько Лариса - Страница 7

Вдруг с другого края поляны отчетливо донеслось:

-Ну, что пялитесь черти неумытые!Скажите спасибо, что у меня руки связаны, а то нечем было бы скалиться!Ели бы целый месяц манную кашу и помалкивали!

Это определенно была его Лизхен!Наивные дикари не догадались завязать ей рот, и теперь расплачивались за свою неосмотрительность!Судя по голосу, ничего страшного с ней не случилось. Рюдигер немного успокоился.

Осторожно обогнув поляну, он увидел свою жену. Она была связана по рукам и ногам, растрепана, сердита...и очень красива. Не удовлетворившись сказанным, она добавила некоторые пикантные подробности о родителях своих похитителей, а также о том, как они появились на свет. Однако у его жены богатое воображение! Рюдигер неожиданно представил кое-что из этого и почувствовал, что краснеет.

Видимо сидевшие на корточках около пленницы дикари не были глухими, один за другим они встали и с достоинством удалились. Двое задержались, они увлеченно спорили и не обращали на Лизу никакого внимания. Дождавшись, когда высокий воин с темными волосами и хрупкая рыжая девчонка с луком за спиной и ножом у пояса отойдут подальше, он осторожно кинул в Лизу камешек. Она сердито подняла глаза, явно собираясь окатить шутника целым градом отборных выражений, но увидев Рюга, застыла с открытым ртом. Он приложил палец к губам и, оглядевшись вокруг, быстро перерезал связывающие ее веревки. Она молча обняла его, и Рюг услышал, как сильно бьется ее сердце. Он осторожно потянул ее за руку, надо было быстро уходить, обернулся и увидел нацеленные на них копья!

Напрасно он посчитал здешних обитателей беспечными. Похоже здесь были все взрослые мужчины племени, и настроены они были крайне серьезно! Пожилой воин с совиными перьями в седых косах с усмешкой взглянул на них:

-Значит, это тебе принадлежит этот лес, и ты пришел за своей женщиной! В одиночку, ты очень смелый или очень глупый!

Стоявшие рядом соплеменники поддержали вождя дружным смехом. Воспользовавшись этим моментом, Рюдигер оказался рядом с предводителем. Он приставил длинный нож к его горлу.

-Да, я пришел за своей женщиной, и мы сейчас уйдем, а ты проводишь нас. И не вздумай сопротивляться, ведь ты уже не молод, твои раны сами не заживут!

Лиза уже успела подобрать где-то копье и медленно отступала в лесную чащу.

Окружившие их воины по знаку вождя медленно расступились, бросая на них выразительные взгляды. Как вдруг Лиза коротко и сердито выругалась. Позади нее словно призрак возник высокий дикарь с темными волосами, в спину ей уперлось острие ножа.

-Эй, чужак, что ты теперь скажешь? Бросай свой нож!

Рюдигер подумал, что его не слишком хитрый план с треском провалился. Но тут появилась девчонка с грязно -рыжими волосами. Она словно фурия накинулась на воина.

-Раз ты угрожаешь ножом женщине, то попробуй сначала со мной справиться! Ну, что же ты, Стерх?Или боишься проиграть? Я вызываю тебя, слышишь! Если откажешься, ты трус!

Стерх растерянно оглянулся на своих соплеменников. Те, кто помоложе, смотрели на него с ехидными усмешками. Зато вождь вдруг обратился к рыжей:

-Лана, что ты делаешь, я приказываю тебе остановиться!

Угроза в его голосе перемешалась с мольбою. Лана была его единственной дочерью. Его жена не перенесла холодной и голодной зимы, а его сын, близнец Ланы, погиб в сражении с каннибалами из племени Росомахи. После гибели брата девушка стала сама не своя. Она упорно отвергала все, присущее своему полу, и будто притягивала к себе опасности. Вот и сейчас то ли чувство справедливости, то ли дух противоречия заставили ее встать на сторону чужаков. Она бросала вызов одному из лучших воинов племени, даже не думая о последствиях. Вождь впервые подумал, что может быть смерть брата повредила рассудок его дочери.

Девица строго взглянула в глаза Крону:

-Отец, ты должен их отпустить, а если нет, то я буду с ним драться!

Вокруг уже давно собрались почти все обитатели деревни. Судя по оживленному поведению толпы отпускать чужаков никто не хотел, но зато все бы охотно развлеклись поединком, пусть и не слишком равным. Крон медлил с решением, гадая, что в его положении хуже, упасть в глазах всего племени или единственной дочери.

Вдруг толпа расступилась, пропуская вперед древнего старика весьма отталкивающей внешности. На шее у него было ожерелье из черепов мелких животных, морщинистое лицо было покрыто странными знаками, в руках старик держал деревянный посох, с надетым на него лисьим черепом. Глядя, как отпрянули от него соплеменники, Рюдигер понял, что этот грязный старик наделен здесь большой властью. Старик неожиданно остановился напротив Рюга и ткнул в него посохом:

-Пусть чужак дерется со Стерхом. Женщина достанется победителю, а побежденному вырвут сердце на Черном камне!

Толпа испуганно ахнула. Шаман , довольный произведенным впечатлением, продолжил:

-Наши боги давно уже не получали настоящей жертвы! Олени и кабаны лишь жалкая замена!

Рюдигер был поражен до глубины души. Несмотря на то, что сейчас его главной проблемой было остаться в живых, он весь кипел от негодования. На его земле, в христианской стране проводят темные и кровавые языческие обряды! Между тем, все двинулись к месту поединка. Поравнявшись с Лизой, он шепнул ей:

-Попытайся сбежать!

Но она только упрямо покачала головой. Как ни странно, никто не позаботился отобрать у нее копье.

Вождь Серых Сов явно был недоволен таким бесцеремонным вмешательством старого шамана.

-Что за безумие убивать молодых и сильных! Разве этого хотят боги? Чтобы мы уничтожали себе подобных, словно звери или уподобившиеся им Росомахи? Ты потерял разум, старик!

Но старый жрец только неприятно усмехнулся:

-А ты того гляди потеряешь власть, Крон! Посмотри вокруг!

И в самом деле, почти половина собравшихся была готова поддержать шамана.

Вскоре они вышли к просторной поляне. По ее краю, образуя почти правильный круг, стояли большие валуны. В центре находился огромный черный камень. Его гладкая блестящая поверхность была покрыта странными знаками. Земля у его подножия стала бурого цвета от впитавшей в нее крови. Вокруг поляны на деревьях сидели совы, словно подтверждая название племени. Их желтые глаза светились в темноте, что делало зрелище еще более жутким.

Соперников вытолкнули в круг. Зрители остались за каменным кольцом. Стемнело, и вокруг поляны вспыхнули факелы. Огонь выхватывал из темноты хищные острозубые улыбки зрителей и отражался в азартно блестящих глазах. Встревоженная предстоящим поединком, Лиза пробилась в первый ряд. Она винила во всем случившемся только себя и в ужасе ждала начала боя. Лана стояла рядом.

Рюдигер рассматривал своего противника. Примерно одного с ним возраста, такой же высокий и сильный. В его мире, чтобы дожить даже до этих лет, надо постараться! Пусть он не обучался фехтованию у лучших мастеров, зато может догнать на бегу оленя или косулю и убить голыми руками, пережил не одну стычку с такими же дикими племенами. Смотрит на него с явной ненавистью, а после слов шамана вообще будет сражаться, как бешеный. Ведь проигравшего ждет смерть на алтаре! Но и ему тоже есть, что терять!

Внезапно прямо рядом с ним в землю воткнулось копье . Стерх ударил первым, без предупреждения. Вот уже он несется на Рюга с каменным топором. Выставив вперед такой же топор, предусмотрительно подсунутый Ланой, Рюдигер отбил сокрушительный удар и, не теряя времени, замахнулся сам. Но его противник тут же увернулся и снова бросился в атаку. Несмотря на незнание хитрых приемов, Стерх на удивление ловко избегал ударов Рюга , пытаясь попасть по нему топором. Их сражение несколько затянулось. Уже было ясно, что проиграет тот, кто первый устанет от этого смертельного танца.

Лиза как во сне смотрела на сражающихся мужчин, она испытывала гордость за мужа и одновременно жуткий страх. От того, что она была бессильна чем-нибудь помочь, молодая женщина почти теряла сознание.

 В очередной раз противники скрестили свое оружие и медленно переступали в странном танце, пытаясь склонить весы каждый в свою сторону. Вдруг Рюдигер неожиданно быстро пнул дикаря по колену, и Стерх потерял равновесие, упав на примятую их ногами траву. Он попытался встать, но Рюдигер с силой ударил его по голове тупым концом своего оружия. Его противник осел на землю и больше не делал попыток подняться. Не обращая внимания на возгласы удивленных зрителей,