Избранные (СИ) - Жадан Анна Сергеевна - Страница 12

Эланис

Можно сказать вселенной: "Это нечестно". И услышать в ответ: "Правда? Что ж, извини".

Терри Пратчетт. Роковая музыка

- Несносная девчонка! Тебе не сносить ни головы, ни даже ее отростка!

Я вскакиваю с кровати, ударяясь головой о тумбочку, и скатываюсь на пол, запутавшись в собственных юбках. Всю прошлую ночь я проплакала, поэтому заснула, не потрудившись ни смыть макияж, ни снять платье. Судя по виду Норы, это было чудовищной ошибкой.

Она в ярости пыхтит, пока я сонно потираю глаза, с трудом оглядываясь вокруг.

- Посмотри! - шипит она, больно дернув меня за рыжий локон, - посмотри, во что превратились твои шикарные кудри! Ты просто помойка!

Я бросаю быстрый взгляд на высокое зеркало у правой стены. Моя взлохмаченная голова торчит над кроватью, под глазами растекся макияж, а на одеяле валяется порванная шнуровка для корсета.

- По-моему, все не так уж и плохо, - бормочу я, неловко улыбаясь.

Более того, я даже довольна. Принц оказался на удивление удачлив, что я не разрезала его платье перочинным ножом, которого попросту не нашла. А вот подаренные сережки покоятся где-то под портовыми судами.

- Не так уж и плохо? Женщиной тебя делает уважение к себе, а вот это все, - она злобно потрясла меня за разные уголки платья, - никак нельзя назвать уважением! Хочешь, чтобы тебя уважали Просветители? Король? Научись сначала уважать себя сама!

- Я уважаю себя, а не тряпки, которыми пытается купить меня Лакнес, - придя в себя, шиплю я.

Нора не пытается вступить со мной в дискуссию - она рывком поднимает меня на ноги и тянет за собой в ванную. Я поражаюсь тому, сколько силе в этой маленькой женщине с седыми волосами, поэтому даже не пытаюсь сопротивляться. После нескольких часов яростного купания, я скрываю красную кожу под черной водолазкой и штанами для сегодняшних тренировок. Закончив со мной, Нора стягивает с себя простое белое платье через голову, заставив меня обомлеть.

- Нора? Что ты делаешь?

Она что-то нечленораздельно пыхтит, и я замечаю такой же черный тренировочный костюм, скрытый под платьем.

- Нора...ты что...тоже Искупительница?

Она тяжело вздыхает, аккуратно сложив платье в небольшой мешок.

- А ты что думала, самая особенная тут?

- Почему ты работаешь служанкой?

- Слушай, детка, Искупительницы - это тайна. О нас знают несколько графов, члены Элитного отряда, королевская семья и те Хранители, что живут во дворце. Как ты уже поняла, они неболтливы, - хмыкает она. - Не все Искупительницы молоды и смазливы, как ты, что могут просто сойти за очередных любовниц принца, если вдруг нагрянет какой-нибудь Габриэль. Другим из нас приходится прикрываться обычной работой, чтобы не вызывать подозрений.

- Но это же нечестно.

- Да, нечестно. Особенно по отношению к тебе, - говорит она, глядя мне в глаза. - Деньги нужны даже здесь, когда тебя обеспечивают жильем и пропитанием. И не думай расспрашивать меня о чем-нибудь еще. Все равно не скажу.

Деньги. Они все постоянно твердят о деньгах, как будто они решают все. Для королевской семьи власть и весенцы всегда являлись способами решения проблем, что и неудивительно.

Но не всех можно купить. Моих родителей нельзя было.

- Ты же знаешь, - тихо бормочу я, следуя за ней к двери. - Ты же знаешь, что они не продали меня, правда? Ты бы не продала свою дочь.

Нора застывает на месте, как будто мои слова на секунду проняли ее. Немного помолчав, она оборачивается, глядя на меня грустными глазами:

- Эланис, я выросла во дворце - моя дочь стала их собственностью по праву рождения. Изменила бы я что-то в ее судьбе, если бы могла? Да. Я сделала бы ее свободной. Я боролась за ее свободу всю свою жизнь, но посмотри на меня сейчас - я стара, и я проиграла. Мои родители тоже продали меня королевству. С тех прошло почти пятьдесят лет, и я провела каждый этот год здесь. Думаешь, я не пыталась противостоять всему, как и ты? Думаешь, во мне не было огня? Он был, да еще какой! Да только это все бесполезно. Мы прокляты и вынуждены провести здесь свою жизнь, потому что, увы, так правильно. Так же правильно, как и казнить преступников через Просвещение. Мне потребовалось немало десятков лет, чтобы смириться с этим, но это так. Здесь моя жизнь хотя бы имеет смысл.

- И ты просто во все это поверила? Что твоя жизнь оказалась не нужна твоим близким?

- Деньги способны на ужасные вещи, Эланис. Да, я могла в это поверить. Я знаю, как трудно пересчитывать каждый грош. А когда ты оказываешься на пороге того, что хуже, чем смерть...на пороге тупого, бессмысленного служения господину... страх тоже толкает людей на отвратительные поступки. Это не значит, что твои родители были плохими людьми или не любили тебя, - она слегка треплет меня за руку и от этого жеста все у меня внутри переворачивается. - Просто они дали и себе, и тебе шанс на другую жизнь. Мы все совершаем ошибки.

Я наблюдаю за тем, как она первой выходит за дверь и немного медлю, оглядываясь на пробуждающийся к жизни Лакнес, который так люблю. Нора была права, но она говорила обобщенными понятиями. Я знала моих родителей с рождения, а этих людей - меньше суток. Возможно, отец с матерью пытались увести меня подальше от дома не для того, чтобы избавить себя от зрелища того, как меня забирают члены Элитного отряда. Возможно, они хотели, чтобы я сбежала. И за всех детей, украденных из дома, за Нору и за тех, кому суждено родиться на служение королю, я должна бороться. И если мне придется узнать, что здесь происходит, чтобы вернуться домой, то я сделаю это.

Зал для тренировок представлял собой просторную пустую комнату, украшенную разве что синим декоративным покрытием для пола. Посреди комнаты стояла знакомая мне лысая женщина в плаще. Она внимательно наблюдала за мной ярко-голубыми глазами, пока мы с Норой приближались ближе.

- Оракул, - Нора почтительно склонилась перед ней.

- Здравствуй, Нора. Рада видеть тебя, Эланис.

Я поклонилась вслед за Норой. Последнее, чего мне бы хотелось - это вызвать немилость женщины, которая, возможно, могла бы стать моей союзницей.

Она делает Норе знак, чтобы та оставила нас, и служанка послушно исчезает за одной из дверей комнаты, замаскированной под стену.

- Что ж, Эланис. Рада познакомиться с тобой при менее удручающих обстоятельствах. Держу пари, у тебя накопилось множество вопросов. Желаешь присесть?

Я пожимаю плечами, и мы садимся друг напротив друга. Оракул скрещивает ноги, устраиваясь в позе лотоса, и любовно смотрит на меня, как на родную дочь.

- Сегодня я готова ответить на пять твоих вопросов. Спрашивай мудро.

Поверить в это не могу. Ну конечно, было бы удивительно, если бы они не постарались как-то меня обмануть.

- На пять? Мне говорили, что при нашей встрече вы ответите на все мои вопросы!

- Сегодня - на пять. Завтра - еще на пять. Это научит тебя дисциплине и умению отсеивать ненужную информацию, - спокойно говорит Оракул. - Не все, что я знаю, будет тебе полезно. Спрашивай то, что имеет значение.

Я делаю вздох, стараясь успокоиться. Глупо тратить время на препирания, а то через пару минут она может обозлиться и придумать еще какие-то условия. Мне опять придется играть по чужим правилам.

Но только для того, чтобы научиться устанавливать свои.

- Не хочешь чаю? Зеленый чай успокаивает нервы и помогает сосредоточиться.

- Нет, спасибо.

Эта женщина очень напоминает монахов из гор Ветров. Они жили там долгое время, оставаясь вдали от необходимости существовать под гнетом Просветителей. Хотя, раньше так никто не считал. Все думали, что Просветители - наше спасение. Я тоже так думала до недавнего времени.