Люди до (СИ) - Грачева Аня - Страница 12

- Спой мне еще, пожалуйста, ту чудесную песню, что я слышала.

Она соглашается, только если я закрою глаза и попытаюсь заснуть. Я закрываю глаза и превращаюсь в слух. Ловлю каждую ноту, каждое слово:

«Девушка пО полю шла босиком.

След, поливая парным молоком.

Ветер украл из косы волосок,

Зреет на поле пшеничный росток

Молодец руки водою омыл.

Хлебную корку себе отломил.

Крохи, упавшие в чрево земли

Вновь урожаем на поле взошли»

Теперь, перед глазами у меня была новая картинка. Я видела, золотом отливающую равнину, не имеющую конца и края. Подойдя ближе, я разглядела, гладко уложенные ветром в ровные ряды, колосья пшеницы. Их укачивали порывы ветра, а они в ответ пели ему песню. И тут я не смогла больше сдерживать счастья от всей этой красоты, переполняющей меня. Я широко улыбнулась и побежала, через все поле, расставив руки в стороны, чтобы они задевали золотые макушки. Я так долго и быстро бегу, а мои ноги и легкие даже не устали. И тут я замечаю, что в руках моих оказалась крынка, полная молока, а я бегу и все сильнее расплескиваю ее. Останавливаюсь. И иду вперед, уже более аккуратнее. Вдалеке вижу чистое от посадок пространство и направляюсь к нему. Молоко, то и дело старается перепрыгнуть через край, и я приковываю свой взгляд к сосуду, стараясь контролировать свои движения и идти плавно. Вдруг, натыкаюсь на что-то и молоко, через край плещется, обливая все вокруг. Я поднимаю взгляд и вижу изумительной красоты глаза, синие и глубокие... А волосы, золотые и шелковистые, пытается растрепать ветер. Но как бы он не старался, они вновь и вновь ложатся в идеальную прическу. Молодой человек подмигнул мне и улыбнулся, а на подбородке красовалась выпуклая родинка.

Я открыла глаза, разгоняя остатки сна. Вот еще, не хватало, чтобы мне снилась моя пара на воспроизводство. А сама заметила, что мои щеки - пылают огнем. Может у меня жар? Где моя спасительница?

Словно услышав мои мысли, девушка мне отвечает:

- Как спалось, наверное, приятный сон тебе снился? - Она широко улыбается, а глаза так и искрят.

- Нет, сон как сон. - Отвечаю я. А саму, почему-то, все сильнее бросает в жар. Определенно это не температура, раз я ее могу контролировать, но раньше я не испытывала таких чувств. Не зная, как объяснить свое поведение, я перевожу тему, на более интересующую меня. - Сколько времени я спала? И девушка, что была со мной, она проснулась?

- Опять столько вопросов, сначала прими лекарство.

Я скривилась, но открыла рот. В меня залилось целых три ложки, больше глотать эту гадость я не смогла.

- Молодец, идешь на поправку. - Я и вправду не чувствую боли в горле и груди, когда разговариваю, отвечаю спасибо и снова посылаю вопросительный взгляд в глаза девушки.

- Давай для начала познакомимся, меня зовут Вероника, а тебя как?

На секунду я задумалась. Такое красивое и необычное имя. Оно звучит почти так же красиво и долго, как песня, которую она мне пела.

- Лин. - Немного смущаясь, отвечаю я. Странно, мне мое имя всегда казалось красивым и мелодичным, как звон колокольчика. А сейчас я его стесняюсь, будто мое имя, слышится как звон тарелкой об стол. Наверное, Вероника это замечает и пытается меня успокоить.

- Чудесное имя, странное, как и ты сама. - Она видит мое смущение и старается сгладить обстановку. - А твоя подруга, Рон кажется, тоже пришла в себя, правда она повредила ногу при падении и теперь ей нельзя будет вставать намного дольше чем тебе.

- Жаль, я хочу ее увидеть.

- Немного позже, - переводит она тему и продолжает, - тебе, наверное, интересно услышать нашу историю. Я вижу, что ты не здешняя. К тому же, все, кто попадает к нам через реку, определенно живут в других краях. - Вероника смеется и ее мягкий голосок, окутывает всю комнату. Я улыбаюсь, зная, что смеяться еще не смогу из-за боли, которая жмет мою грудную клетку.

Она попала в самую точку. История - это моя любимая тема. А узнать ее из первых уст - это предел моих мечтаний.

- Конечно, я хочу знать. - Я привстаю повыше и слушаю мелодичный, как перезвон колокольчиков голос.

- Мы, к сожалению, знаем нашу историю частично, обрывками. А может быть, наша история, воссоздавалась, как и наша группа, по крупинке, день за днем. Вы называете себя «Обществом», мы называем себя «Коммуной». Особых отличий в названии нет, оба слова представляют собой объединение людей, для достижения целей и совместных работ во благо каждого. Но, ты будешь шокирована, когда увидишь нашу жизнь, такой, какая она есть. Для тебя - многое будет неприемлемо и чуждо. Но ты должна понять, что и нам ваша жизнь кажется неправильной. - Я боялась перебить, но вопрос просто напрашивался сам собой.

- Откуда вам столько известно о нас, когда мы о вас совершенно ничего не знаем?

- Неправда, - улыбнулась Вероника. - Знаете, но не все, а только правящая верхушка. Наверное, они решили скрыть эту информацию от вас, для того, чтобы не раскрылась - другая, более опасная. Но сейчас не о вас, а о нас. Первые поселенцы этой местности оставили о себе немного записей. Только то, что они долго скитались по свету, в поисках более защищенного от поражения места. И они его нашли. Но не здесь, хоть и не намного дальше. В записях тех людей много тоски и обреченности, так как они потеряли многих в пути, а также, им пришлось оставить почти всех своих женщин в тайном убежище, о местоположении которого не было известно. И вот, оставшиеся мужчины, и не пожелавшие их покинуть женщины, принялись за строительство нового убежища, так как не могли больше идти. Наши дома таились в земле, благо данная местность благоприятна для земледелия и мы смогли выживать долгое время. Год за годом численность возрастала, а воздух становился все чище и безопаснее. Тогда, мы вышли наружу, покинули свои пещеры и теперь живем на поверхности, наслаждаясь солнечным светом и чистым воздухом.

Нашу Коммуну не обходили беды. Она подвергалась нападению животных, от которых была построена стена; землетрясениям, от которых, она была частично разрушена и постепенно восстанавливается; наводнениям, благодаря которым, мы имеем воду, как защиту и средство для пропитания. Но, благодаря силе духа и объединению, мы справляемся со всеми трудностями. Хоть в нашей Коммуне до сих пор и преобладают мужчины, со временем равновесие восстановится. - Она немного остановилась, задумавшись, а потом снова продолжила. В целом это все, что я знаю. Я мало времени уделяю обучению, в основном я работаю здесь, медсестрой. Что бы что-то понять, тебе нужно это увидеть. - Я уже начала приподниматься со своего места, как Вероника меня остановила, прижав снова к спинке кровати. - Нет, же. Конечно не сегодня. Ты еще не достаточно окрепла. Сегодня, ты немного поешь и еще поспишь.

До того, как я услышала напоминание о еде, я совершенно спокойно существовала, не подозревая, что нужно питаться. А сейчас, мой организм, тоже видимо что-то вспомнив о еде, начал усердно ее требовать, выдавая жуткие звуки изнутри. Вероника вышла, наверное, чтобы не смущать меня, а когда вернулась снова, в руках держала глубокую глиняную миску с чем-то дымящимся внутри. Это так вкусно пахло, что я проглотила слюну, по мере приближения ко мне чашки.

- Вот, поешь немного. А после лекарство. - Она поставила миску с едой и баночку с отвратительной на вкус микстурой, и вышла за дверь. Наверное, у них мало кто болеет, раз меня поселили в отдельную комнату. Все вокруг было крохотным, начиная с размеров самой комнаты, заканчивая кроватью, которая не до конца вмещала мои ноги. Скорее всего палата в которой нашлось мне место - детская. Это объясняет и рисунки, и размеры. Значит в Коммуне есть и дети, и взрослые. Раньше я ничего не замечала, кроме потолка, ни в кровати, ни в самой комнате, а теперь мне захотелось рассмотреть все подробнее. Может, удастся что-то узнать до того, как меня выведут отсюда.

Но запах.

Я так хочу есть.

Накинувшись на миску, я даже не сразу стала пережевывать. После нескольких съеденных мной ложек, я остановилась, пытаясь распознать вкус, того, что пробовала. В целом, эту еду я бы назвала «Слишком». Мне она показалась слишком острой, слишком соленой, слишком сладкой, слишком кислой, слишком вкусной и слишком противной. Одно могла сказать точно, такого я не ела никогда в своей жизни, хотя меню нашего Общества довольно разнообразно. Несмотря на необычность блюда, я доела его полностью, настолько была голодна.  Приятно потянувшись в кровати, решила тайком размять ноги и самостоятельно встать, чтобы потом не выглядеть неуклюжей курицей. Отбросив одеяло в сторону, обнаружила, что на мне не моя одежда, а чья-то белая рубашка, достаточно длинная, но все же я почувствовала себя не комфортно в чужих вещах. И потом, меня же кто-то переодел, пока я недвижимая валялась где-то. Мое лицо снова стало полыхать огнем. Наверное - это действие дурных лекарств, которые в меня вливают. Я прислонила прохладные руки к щекам и вскоре все прошло.