Люди до (СИ) - Грачева Аня - Страница 13

Выдохнув, я стала проделывать, ранее запланированное. Постепенно, очень медленными движениями, я спустила ноги с кровати, немного повернувшись на бок. Каждое движение хоть и отдавалось болью в спине, но все же, это не та боль, которая была раньше. Теперь, упереться на руки и попробовать сесть. Я осуществила свой замысел! Хоть, комната и поплыла перед глазами, но это достаточно быстро прошло. Самое трудное - на конец. Осталось только встать на ноги. Я напрягла все тело и оттолкнула себя от кровати. Мои ноги, как ватные, подогнулись под весом моего тела. Я не успела ни за что ухватиться и мешком упала на пол. В глазах снова потемнело и я больше не чувствовала себя.

- Эй, ты в порядке?

Что-то слышалось в моей голове, но я не могла придать словам смысл. А потом меня словно выдернуло из темноты от резких ударов по щекам. Я замахала руками и открыла глаза одновременно. Картинка перед глазами была расплывчатой, и мне пришлось несколько раз открыть и закрыть глаза. А потом и вовсе закрыть глаза руками, так как не ожидала так близко увидеть лицо человека.

- С тобой все в порядке? - голос, мягкий как бархат, укутывал и окружал собой все вокруг. Я решила приоткрыть глаза и посмотреть, внимательнее, кому он принадлежит. Приоткрыв, частично лицо, я сначала разглядела глаза, которые вопросительно смотрели на меня. Никогда не видела такого цвета глаз, черные, они словно бездонная яма, призывали падать все глубже и глубже.

- Что тут случилось? Что-то упало?

Вошедшая Вероника заставила оторвать взгляд от глаз. И я ощутила чувство неловкости, ведь так долго смотреть в глаза не положено. А может, я совсем не долго смотрела? Я словно провалилась во времени. Мои щеки снова начали гореть огнем и я, только сейчас сопоставив все данные, поняла, что причина вовсе не в повышении температуры тела, а в неловкости момента. Но, поскольку раньше, я не испытывала такого, определить, что случилось - было сложно. Я вижу, что все ждут от меня ответа.

- Я пыталась встать и упала. - Говорю, а щеки все сильнее и сильнее загораются, чувство, будто я полыхаю огнем.

- Вот это новости. Как ты вообще смогла встать с такими ушибами. Тимофей, положи ее обратно на кровать. В следующий раз я буду тебя привязывать в мое отсутствие, чтобы ты не стремилась больше к побегу. - Рассерженный голос Вероники, вовсе не казался мне грубым и жестким, какой она хотела показаться в данный момент, и я не смогла сдержать улыбку, переводя взгляд на молодого человека с черными глазами и именем Тимофей. Он тоже улыбался, смотря на меня, уж не надо мной ли он смеется? Я опустила руки и стала сильнее оттягивать рубашку вниз, но ничего не вышло, я придавила ее своим телом к полу. А тем временем, Тимофей с легкостью поднял меня на руки и переложил на кровать. Надо отдать должное, он даже не посмотрел вниз на слишком открытые ноги, но я все равно чувствовала себя не уютно. Ко мне никогда так близко не находился человек противоположного пола, кроме некоторых учителей, но и они постоянно держали положенную дистанцию. Но ведь и я не сводила глаз с Тимофея и пыталась изучить, запомнить. Волосы намного светлее глаз, ближе к каштановому оттенку, разрез глаз смешливый, будто он вот-вот рассмеется или просто ситуация располагает. Губы, впрочем, я не успела разглядеть все до конца, так как он подмигнул мне, улыбнулся и в несколько шагов вышел из комнаты. Я даже начала задумываться не мерещится ли мне все это, может я просто заснула дома после просмотра панели с изображением моей пары и теперь во сне, вижу полную его противоположность? Но в этот момент ко мне подошла Вероника и аккуратно накрыла меня одеялом.

- Пообещай мне, что ты не будешь пытаться снова встать сама. Захочешь встать, позови Тимофея, он постоянно у твоей двери. Сразу подойдет и все решит.

- Как это постоянно у моей двери? Зачем? Вы что меня охраняете? - Моему возмущению не было конца. Я лежу, словно привязанная к кровати, уже долгое время, а меня еще и охраняют. - Для чего?

Вероника лишь слегка пожимает плечами и говорит, что это для моей же пользы. Не могу принять этот ответ и начинаю допытываться до истины.

- Зачем вы охраняете меня? Я не представляю для вас угрозы!

- Хорошо, - она, наконец, согласилась открыться, - Мы и правда тебя охраняем, но это действительно, для твоей пользы. Мы боимся, что за тобой придут и выкрадут у нас.

- Что? Почему меня должны выкрасть?

Вероника замялась на минуту, потом черты ее лица, стали более решительными и она сказала:

- Ту девушку, что была с тобой, прошлой ночью выкрали из ее комнаты. То, что она сбежала, не может быть правдой, хотя многие решили считать так. Но я знаю, что с ее переломом, она не дошла бы и до двери своей комнаты. - По мере того как Вероника «раскрывала карты», я все сильнее путалась в своих мыслях. Кто, зачем, почему, когда, все эти вопросы просто не умещаются в моей голове. - Поэтому, мы решили обезопасить тебя, выставив охрану к твоей комнате. Не переживай, Тимофей, очень хорошо подготовлен и он сможет тебя защитить. - Я не беспокоилась за себя, точнее за себя меньше всего, больше всего меня волнуют пропавшие девушки и Су, которая тоже исчезла, оставив записку, чтобы я ее не искала. - В любой момент можешь его позвать и что-нибудь попросить. Ну, или просто поболтать... - Вероника хитро улыбнулась и стала поднимать баночку с лекарством, которую я, наверное, уронила при падении.

Вероника качает головой, при виде утраченного и выходит из комнаты, снова наполнить сосуд пахучей гадостью. Все мои мысли померкли, когда я приняла несколько ложек микстуры и уплыла в спокойный сон, на этот раз без сновидений.

Когда я открыла глаза, в комнате было темно. Осознание того, что произошло, нахлынуло на меня, отстраняя остатки сонливости. Я не хотела находиться здесь одна, и мне нужны ответы на мои вопросы.

- Тимофей! - Я вовремя вспомнила, что Вероника предлагала звать его в любой момент. Так, почему бы не сейчас.

Дверь приоткрылась, и в проеме показалось лицо Тимофея.

- Чего тебе? - Он спрашивал сонным голосом, мне было неловко его тревожить, но отступать уже поздно.

- Я хотела поговорить, мне нужно кое в чем разобраться, мне нужна твоя помощь. - Сделав лицо милее, я добавила улыбку.

- Сейчас. - Дверь закрылась, а через минуту снова распахнулась. Тимофей входил, натягивая на себя рубашку. Точно спал.

- Ну, спрашивай. - Сказал он, привалившись ко мне на край кровать. Я сдвинулась, поближе к стене. И молчу, не знаю с чего начать. Темнота и тишина становятся давящими, и я говорю первое, что приходит в голову:

- У тебя очень красивое и странное имя, у Вероники тоже (поправляюсь я). Ваши имена настолько длинные, что произнося их, я чувствую, как они звучат. Имя Вероники похоже на песню с колокольчиками, а твое звучит как скрипка.

- Можешь звать меня Тим, тебе так будет удобнее.

- Может. - Снова тишина. На этот раз он начинает говорить:

- Я не знаю, кто украл твою подругу, но у меня есть свои подозрения. Мне нужно многое проверить, чтобы высказывать их на общее рассмотрение.

- А мне ты можешь сказать? Я совершенно посторонний человек и не выдам тебя никому. Мне нужна хоть какая-то информация, кроме той, что я навыдумывала в своей голове. Я больше не могу гадать, что происходит. Расскажешь?

Снова тишина в ответ. Только темнота стала немного рассеиваться, и я вижу очертания фигуры Тимофея. Он совсем не двигается, сидит, как статуя. Я уже хотела протянуть руку, чтобы проверить все ли с ним в порядке, но он начал говорить. Хоть, я ждала его ответа, все равно вздрогнула.

- С тех пор, как я себя помню, могу сказать, что в Коммуне не было пришлых людей, до недавнего времени. Практически еженедельно мы вылавливаем из реки девушек, но вот только, вы - первые, кого мы спасли. Все остальные не выжили, от полученных травм. Еще есть несколько человек, пришедших к нам добровольно, сбежавших из ваших городов. Мы созвали собрания и ходили по семьям с расспросами, но никто, ничего не мог ответить на наши вопросы. Я предложил выставить посты, на подходе к стене, чтобы контролировать ситуацию и понимать, что происходит. Ведь девушки, которые оказались здесь добровольно, узнали в каждой из утонувших своих бывших знакомых, виденных ранее в городе. Они сказали, что все утонувшие примерно одного возраста восемнадцати лет, а значит «аттестованные, для прохождения процедуры воспроизводства», кстати, всегда хотел спросить, что это значит? - Он прервал свой рассказ и вопросительно смотрит на меня, ждет ответа.