2012. Точка возврата (СИ) - Сергазиева Роза - Страница 46

— Хорошо, что напомнил, — Борисенко вновь потянулся к лотку, однако, тяжело вздохнув, накрыл остатки торта салфеткой. — Хочу выразить благодарность: твоя идея про первую букву греческого алфавита оказалась перспективной. Альфа-петля и ее разновидности логически завершили составленную мной коллекцию форм, которые могут возникать в пространстве-времени. Я просчитал не только варианты взаимодействия их друг с другом, но также и последствия подобных процессов. И теперь могу с уверенностью ответить на заданный вопрос: да, связь существует. Прямая. На мой взгляд, случилось следующее. Взрыв, приведший к рождению Крабовидной туманности, определил движение Земли на ближайшие 958 лет. "Маршрут" проложен по цепочке пространственно-временных фигур, финальным элементом которого является Альфа-петля. Причем, зацикленная.

— Но ведь после рождения Крабовидной Вселенную, как вы рассказывали, потрясали и другие катаклизмы, — вспомнил Лукошкин детали давней лекции. — Почему же планета не отреагировала на них?

— Намекаешь на двух "новичков", появившихся в созвездии Кассиопеи, в1572 и 1680 году?, — физик любил точность и не стеснялся при каждом удобном случае ее продемонстрировать. — Кстати, между ними проявилась еще звезда Кеплера в созвездии Змееносца, в 1604 г. Но как бы зрелищно не вспыхивали сверхновые в Галактике, их мощности не хватило перебить силу, высвободившуюся при рождении Крабовидной.

— Значит, выхода нет, мы по-прежнему движемся по зацикленной во времени Альфа-петле?, — сделал грустный вывод Егор. — И ничто человечество не спасет?

— Почему? Взрывы сверхновых случаются во Вселенной приблизительно раза три в столетие, — высказал обнадеживающий аргумент физик. — Какой-нибудь из новорожденных достанет силенок встряхнуть Землю-старушку. По теории вероятности когда-нибудь нам точно повезет.

— Когда-нибудь?!— взвыл Лукошкин.

— Молодой человек, — рассердился Борисенко и добавил голосу твердость, — почему вы так серьезно воспринимаете сугубо теоретические проблемы? Я озвучил лишь не лишенные логики рассуждения любителя физики. Ничего более. Голая гипотеза. Доказательств не существует.

"Для вас нет, — подумал Лукошкин, — а для меня — я сам, обремененный памятью прошлой жизни, и есть реальная ходячая гипотеза".

— Так что не порть себе юбилей, — посоветовал уже мягче Борисенко и, как человек аккуратный, отнес тарелку в мойку. — Ну, я пойду. Не буду мешать, наверняка ждешь гостей.

Лукошкин, погруженный в свои мысли, даже не заметил, как ушел Борисенко. Лишь грохот захлопнувшейся двери подсказал, что Егор остался один. Лукошкин невидящими глазами уставился в окно: значит, промелькнет 10 лет и Земля снова упрется в Точку возврата?

— Мр-ряу!, — издал Чернилка звук, больше похожий на угрожающее рычание.

Егор подхватил тарелку с так и не начатым куском шоколадного торта, который хозяин выделил коту, и позвал зверя за собой. По дороге в большую комнату Лукошкин объяснил рассерженному другу, что, вероятно, они расстроили фею Сладости, расположившись попробовать лакомство на кухне. Торжество должно проходить в подходящей обстановке, поэтому нечего скромничать, день рождения следует отмечать за праздничным столом. Поставив блюдце на полированную поверхность, Егор пригласил Чернилку. Кот на стол запрыгнул, но к торту не притронулся, посмотрел выжидательно на хозяина.

— Ешь, не обращай на меня внимания, — подтолкнул друга Егор. — У меня пропал аппетит.

Но Чернилка по-прежнему медлил: вдруг опять помешают нежданные гости.

— Не бойся, — заверил Егор кота, — больше ждать некого. Список потенциальных посетителей исчерпан. Не веришь?

Чернилка недоверчиво мотнул головой.

— Хочешь, табличку на двери повешу?, — пошутил Егор. — "Никого дома нет, не звоните". Или возьму и выключу звонок. Вот именно, так и поступлю.

Мысль Егору понравилась, он отправился в коридор, нащупал под висящим на вешалке пальто вилку и приготовился выдернуть ее из сети, но тут же, испуганно руку отдернул: звонок, словно догадавшись, что его собираются лишить голоса, истошно зазвонил.

Еще два человека помнили про день рождения Лукошкина — Лена и Андрей.

Лена, в отличие от Егора, который поленился восстановить тексты собственных книг, продолжила исследования с того места, где остановилась накануне перехода. Сразу засела за новую диссертацию. Карева (выйдя замуж за Ерофеева, Лена решила оставить девичью фамилию), смело поменяла специализацию, углубившись в фармакологию. Изучая возможности разблокировки "забарьерной" памяти, взялась усовершенствовать сыворотку. И теперь препарат, призванный помочь больным, страдающим амнезией, проходил клиническую апробацию. Дело "пахло" крупной международной премией.

Андрей тоже не отказался от предыдущих наработок и принялся экспериментировать: создавал картины, в которых талантливо переплетал элементы творчества древних народов. Иероглифы и руны, цифры арабские, римские и майанские, пирамиды и амфоры, "портреты" каменных идолов или витиеватый восточный орнамент — Ерофеев пытался убедить зрителя, что древнее искусство, где бы не обитали тогдашние рисовальщики и какими бы приемами не пользовались, едино и органично. И адресовано оно скорее не современникам, а потомкам. Чтобы мы, обогащенные добытыми в течение столетий знаниями, смогли расшифровать послания. Насыщенные яркими красками картины Ерофеева удостоились у критиков положительных отзывов. Несколько работ Андрея отобрали для шумной выставки молодых художников. Завороженные посетители подолгу замирали у его полотен, стараясь отыскать загаданные автором смыслы.

— Андрей опять подпал под модное влияние, — Лена, не замечая недовольного выражения на лице Егора, направилась на кухню. В руках она несла корзинку с еще одним шоколадным тортом. Лукошкин плелся следом и недоумевал: откуда сегодняшним гостям известно, какое именно кондитерское изделие предпочитает именинник. Сам он точно подобной информацией ни с кем не делился. — Сравнивает переводы катренов Нострадамуса.

— Мода здесь ни при чем, — возразил Ерофеев, устраиваясь поближе к торту. — Нострадамус ведь тоже, как и маяйанцы, увлекался предсказаниями. Я и подумал, а вдруг и белобородый француз предвидел, что случится в 2012 году.

— Вряд ли, — откликнулся Егор, для поддержания компании он дотянулся до кружки и отпил уже остывший чай, — его стихи-пророчества прочесали вдоль и поперек, что-то не припомню намека на конкретный "Конец дней".

— Как сказать, — многозначительно изрек Ерофеев и с аппетитом принялся поглощать выпечку. — Есть два интересных момента. Первый, — Андрей поднял вверх ложку, — предсказания Мишеля де Нотрдама не бесконечны и имеют финальную дату. Правда, у современных толкователей катренов нет единого мнения. Кто-то называет 2033 год, не правда ли симптоматически "красивое" число? Кто-то "увидел" намек на 2012-2013 год. Но, не трудно заметить, что с точки зрения прошедших пяти столетий, разброс в несколько лет или даже пару десятков не имеет значения.

— С такой статистической погрешностью мы, например, уже столкнулись, — напомнила Лена, отпихнув Чернилку: кот пытался, встав на задние лапы, дотянуться до стола и проверить, не посягнули ли гости на его порцию шоколада, — вернувшись на 20 лет назад, но не ровно день в день, а плюс еще полгода.

— Правильно, — подтвердил Ерофеев и продолжил, — Главное в пророчествах астролога — неизбежность "конца дней" в начале ХХI века, что совпадает с мнением майанцев.

— А второй момент?, — заинтересовался Егор, вдруг поиски Андрея опровергнут гипотезу Борисенко.

— Хочу процитировать несколько предложений из катрена, посвященного пророчеству завершающего года. Переводы разные, но смысл таков. Только вслушайтесь, — Андрей облизал губы, откашлялся и произнес, выделяя четко каждое слово, — "Нас ждут чудеса на границе сознанья. Дорогу пророкам, ясновидящим знамя". Ничего не напоминает?