Кровавый Джек: Обретённый Путь (СИ) - "Кат Зозо" - Страница 57

Однако сейчас это поведение старпома говорило о том, что меня уже нет. Сдался или же просто не подает виду? Хотя пошёл он! Лучше пусть так, чем то, что было раньше.

Посидев ещё около пятнадцати минут в камбузе в полном одиночестве, я допила кофе и решила вернуться в свою каюту. Верхняя палуба буквально опустела. Тут всегда оставалось хотя бы двое-трое человек или один Киллер, но сейчас не было никого. Непривычно.

Айсберг, около которого корабль бросил якорь, казался пустым и бескрайним. Далеко же пираты ушли за чистым льдом. Неужели эту работу нельзя было сделать поблизости? Но больше всего меня интересовали странные постукивающие звуки за бортом корабля. Что это? Что-то тяжёлое.

Любопытство взяло верх, и я подошла к левому борту, чтобы осмотреть гладь тёмно-синих морских волн.

— Ох, чёрт, — негромко вырвалось у меня, когда я смогла разглядеть источник звука.

Это были бойцовые акулы — размером не больше полутора метров и всего три. Скорей всего, просто подростки, которые заинтересовались нашим кораблём. Если не привлекать к себе внимание шумом и особенно кровью, то они не опасны. Скоро поплывут дальше по своим делам. Но стоит им почувствовать хотя бы каплю пролитой крови — и безумнее хищника в водах Гранд Лайн не найти.

Чёрные, как ночь, с заострёнными рогами и зубами, бойцовые акулы прославились своей жестокостью и ненасытностью. Всегда передвигаются стаей, из-за чего их порой даже морские короли побаиваются.

Но, к счастью, древесина пиратского корабля не пришлась им по вкусу, поэтому они перестали наворачивать круги вокруг судна и исчезли в темноте глубинных вод. Надеюсь, пираты не задержатся на айсберге. Не хочется сталкиваться с целой стаей бойцовых акул. Корабль не в форме, и даже небольшое столкновение не принесет ничего хорошего. В итоге весь экипаж пойдет на дно, а быть съеденным заживо не самая лучшая смерть.

Направляясь в сторону кают, я не сразу расслышала странный мужской смех и шёпот. Голосов было трое… нет, пятеро. Одни спорили, вторые их успокаивали, а потом последний фыркнул на всех сразу, и возникла тишина. Но самым настораживающим было то, что эти голоса слышались из моей каюты.

Открыв дверь и зайдя внутрь, я увидела, как четверо пиратов роются в моих вещах, перевернув всё вверх дном, а в центре всего этого хаоса стоит Фил и сжимает в руках мой керамический нож с красной резиновой ручкой.

— Какого чёрта вы тут устроили?! — крикнула я, возмутившись поведением незваных «гостей». — Убирайтесь!

— Ох, вы только гляньте, кто решил присоединиться к нам! — воскликнул с наглой улыбкой Фил, слегка преклонившись. — Библиотекарша, а мы тут помочь тебе решили. Уборкой занялись, а тут видим… вот, — пират повертел в руках нож.

О нет! Мой нож у него. Неужели о нём кто-то узнал? Он и его люди специально сюда проникли, чтобы отыскать моё оружие? Да я так и не смогла применить его против Кида. Единственное лезвие, которое неподвластно его способностям. Судя по хищному взгляду Фила и его ухмылке, он понял, ради чего я держала нож у себя.

— Решила пришить капитана, библиотекарша?! — озвучил он свои выводы. — Хе, тебя за это по головке не погладят. Капитан Кид с предателями очень жесток! — Фил медленной расхлябанной походкой направился в мою сторону. Запах перегара и немытого тела тут же стал усиливаться. — Однако… — продолжал пират, — если ты обслужишь нас, как капитана прошлой ночью, то так и быть… хе-хе-хе… мы промолчим о том, что видели. Правда, парни?

Свита Фила дружно засмеялась и так же начала приближаться в мою сторону. Похоть в их глазах говорила, что вести разговоры они со мной не будут. Слова бессмысленны. Нужно бежать и звать на помощь, но куда и кого? Кроме нас на борту никого нет. Чёрт! Неужели мне не избежать подобного? Нет!

Не теряя ни секунды, я выскочила из каюты и побежала по коридору в сторону верхней палубы. Пираты предугадали этот ход, поэтому тут же ускорили шаг, переходя на бег, и помчались за мной. Первым оказался сам Фил: вцепился руками в мои волосы, плотно намотав их на пальцы, и со словами «Не рыпайся!» со всей силой швырнул меня о ближайший дверной острый косяк. Большая часть удара пришлась именно на лицо. Лоб, левую бровь и скулу словно полоснуло раскалённой кочергой, но я вовремя успела схватиться руками за стены, чтобы не упасть, и побежать дальше. Правда, видеть левым глазом стало трудно. Даже невозможно.

Что-то горячее стекало по лицу. Кровь? Её так много. Она залила мне левый глаз и окрасила несколько прядей у лица в алый цвет, капала на одежду... Почему её так много? Скорей всего, сильно задет висок и бровь...

В голове помутилось, и я всё же умудрилась упасть. Первая же попытка встать и продолжить бег не увенчалась успехом. Один из пиратов Фила схватил меня за ноги, крепко вцепившись своими грубыми обветренными руками в мои ботинки.

— Нет! — вырвалось у меня.

Я ожидала расслышать в собственном голосе страх, боль, мольбу о пощаде, но в нём была только злость и желание бороться. Это придало мне сил, и я начала дёргать ногами в разные стороны, чтобы освободить их, но пираты только усмехнулись подобной реакции. Двое других решили помочь своему товарищу и так же схватили меня за ноги в области ботинок, потянув на себя.

Видно, потянули слишком резко и сильно, так как просто-напросто сняли с моих ног ботинки, и я тут же этим воспользовалась — не теряя ни секунды, вскочила на ноги и кинулась дальше.

Крики и ругательства пиратов с каждой секундой становились всё громче и яростнее. Оказавшись на верхней палубе, я постаралась осмотреться и найти хоть что-то, напоминающее оружие. Но, к сожалению, ничего, кроме пушек с двадцатикилограммовыми ядрами, я не обнаружила. Хотя нет… что это? Пустая бутылка из-под рома.

Долго не церемонясь, я схватила её за горлышко и ударила о край борта днищем, чтобы бутылка разбилась, образовав «розочку». В это же мгновение на палубу выбежали пираты. По их искажённым лицам было ясно: пощады не будет. Фил давно на меня зубы точит, и наконец-то причин держать меня в живых у них больше нет. Полная свобода, а значит — и возможность отомстить.

Бежать некуда. Вокруг только ледяное море, в котором плавают бойцовые акулы и гигантские безжизненные айсберги. Я держала перед собой разбитую бутылку, периодически взмахивая ей, не подпуская к себе близко пиратов, но сама беспомощно отходила назад, к носу корабля.

Грубый смех пиратов не прекращался ни на секунду. Стая гиен наконец-то загнала раненную дичь в угол и готова сытно полакомиться ей. Кто-то не выдержал и рискнул сделать шаг ближе положенного, поэтому я тут же полоснула его разбитой бутылкой по груди, и он, проклиная меня, отступил.

В итоге отступать было некуда. Край бортового носа корабля упирался мне в спину. Мгновение — и я уже стояла на фальшборте. Один неуверенный шаг — и я упаду за борт.

— Ну-ну! — смеялся Фил, видя мое безвыходное положение. — Выбрось эту бутылку и спускайся, библиотекарша.

— Да-да! — вторили ему пираты. — Почитай нам сказку! Хи-хи-хи!

В это мгновение я увидела, как из кают вышел недовольный Кид. Его лицо было заспанным, лоб нахмуренным, а губы искривлены в презрении и гневе, но при виде меня и пиратов его лицо тут же разгладилось. Оно перестало выражать вообще какие-либо эмоции. Простое бесстрастие.

Кроме меня, Кида никто не видел. Он наблюдал. Что, нравится то, что ты видишь? Я умру либо от рук твоих подчиненных, либо от акул, что водятся в здешних просторах. Но акулы хотя бы не унизят меня перед тем, как убьют.

— Не глупи, библиотекарша, — повторял Фил. — Ты проиграла. Выбрось эту ерунду и спускайся к нам. И если ты будешь куколкой, то так и быть, мы не убьём тебя и не расскажем капитану про этот ножичек, который нашли у тебя, — Фил вновь повертел керамическим ножом перед собой, словно испытывая его на прочность.

Ха, думаю, Кид и так теперь обо всём знает. Вот он, стоит, наблюдает, изучает. В чём дело, Кид? Почему ты не улыбаешься, ублюдок? Почему не радуешься? Где твоя безумная усмешка от происходящего? Тебе же нравится наблюдать за чужой болью. Тебе нравится кровь, а её теперь на мне так много. Я ничего не вижу на один глаз из-за неё. Волосы пропитались кровью и облепили половину лица. Разве тебе не нравится это, Кид?