Продажные ангелы - Лобутич Миа - Страница 34

А тут друзья как раз начинали собственный бизнес, позвали толкового парня с собой в Москву. Дела почти сразу пошли в гору. Приезжие успели занять пустующую нишу, оказавшуюся золотой жилой. Деньги потекли ручьем. В Махачкале строились роскошные особняки для родителей, жены, и дети ни в чем не знали нужды.

Богатыря-аварца Москва встретила на ура. Жизнь била через край и сулила бескрайние возможности. Рустам редко навещал родной город. Купил огромную квартиру на Тверской для родителей и умолял их переехать к нему. Те наотрез отказались. Но выслали к сыну младшего брата, внешне очень похожего на Рустама. Те же слегка вьющиеся волосы, те же широкие мужественные скулы, те же выразительные глаза.

Тагир был лет на десять младше брата, но ни в чем не уступал ему. Где-то даже наоборот — если говорить о физической силе, то чаще он брал верх.

Мне рассказывали, что в Дагестане мужчины тренируют силу прямо на улице. Им даже не надо специально для этого ходить в какие-нибудь клубы или секции. Повсюду, тут и там, можно наблюдать, как ребята соревнуются друг с другом в борьбе. Недаром лучшие борцы родом именно оттуда.

Там, на улице, братья учились постоять за себя. И оба славились в округе как сильные противники. Рустам в брате души не чаял и буквально с младенчества повсюду таскал его за собой. Мать была уверена в старшем сыне и со спокойной душой доверяла ему младшего.

Когда Рустам уезжал в Москву, он порывался сразу взять брата с собой. Но было решено, что сначала он попробует устроиться сам, а потом уже заберет к себе Тагира.

Рустам не мог дождаться приезда брата. Купил ему новенькую иномарку, вплотную занялся подбором подходящего вуза для него. Вопреки ожиданиям старшего, Тагир не торопился погружаться в полную соблазнов жизнь Москвы. Он поступил в юридический, целыми днями корпел над учебниками, никогда не являлся на лекции неподготовленным.

Главным увлечением молодого человека были книги по истории. Он мог часами рассказывать о великих полководцах и диктаторах. И получалось у него это очень складно. Друзья Рустама, как и он сам, не переставали удивляться толковости парня. Рустам гордился братом и пророчил ему большое будущее.

Рустам не жаловал политику и, хотя любил быть на виду, совсем не стремился в это болото. Но, давно приметив в младшем брате задатки лидера, начал серьезно подумывать о возможности продвижения Тагира в большую политику. Когда он впервые заговорил об этом с братом, то даже не ожидал, насколько попал в точку.

По словам Тагира, смысл своей жизни он видел в том, чтобы поднять свою Родину на ноги. Его целью было очистить Дагестан от «грязи»: от предателей, сеющих раздор, от продажных доброжелателей, которых везде хватает, от лгунов-политиканов, во всем преследующих только свои собственные корыстные интересы.

Тагир сплотил вокруг себя довольно крупную команду единомышленников, среди которых были далеко не только «лица кавказской национальности». Страна-то одна! Рустам, вдохновленный идеями Тагира, не жалея ни денег, ни усилий, чем мог помогал брату в их уже общем деле. Кроме местных спецслужб удалось наладить связи и с иностранными единомышленниками.

Все шло как нельзя лучше. Братья проводили очень много времени вместе. Мечтали, строили планы. (Несмотря на явное недовольство Сонечки, которая плохо умела делить своего мужчину с кем-то другим. Даже если речь шла о родном брате.)

У Тагира появилась постоянная девушка. Правильнее сказать, невеста, которую ему тоже подыскала мама. Но, в отличие от своего старшего брата, младший собирался жениться на хорошенькой, как принцесса из мультика, зеленоглазой брюнетке Амине, по любви.

В Москве стояло жаркое цветущее лето. Вернее, его конец. Приближалась дата свадьбы, намеченной на начало сентября. Долгожданное торжество было решено праздновать в Москве. Ожидалось огромное количество приглашенных. Наконец-то должны были приехать родители со своей старшей невесткой, женой Рустама, и двумя внуками, его детьми. Рустам особенно нервничал по этому поводу. Загодя отправил Сонечку погостить у общих друзей в Америке. Он страшно скучал по мальчикам и, накупив для них массу всякой всячины, волнуясь, ждал их приезда.

А дальше произошло то, чего не мог предугадать никто. Перед самым выездом в аэропорт, чтобы встречать родителей, у выхода из дома в Тагира в упор стреляли двое неизвестных. Он умер в реанимации, не приходя в сознание.

Рустам потом долго рвал на себе волосы, проклинал себя за то, что послушал брата и не нанял для него охрану. Но казниться было слишком поздно.

Версий убийства имелось несколько. Поговаривали о том, что смерть молодого человека никак не была связана с его политической деятельностью и даже о причастности к убийству милашки Сонечки. Здесь я пас — чего не знаю, того не знаю.

Родители вернулись на родину, где, не выдержав горя, Бика вскоре ушла за любимым младшим сыном. Расул, вмиг постаревший лет на десять, сразу же покинул город, в котором прожил с женой последние лет сорок и вернулся в родной аул в скалистых горах Дагестана.

Амина долго страдала. Только спустя несколько лет пошли слухи о ее романе с богатым сыном какого-то промышленного короля. Что не удивительно с такой внешностью.

Рустам тоже очень изменился. Отрастил бороду, похудел. Редко выходил из дому, не хотел общаться даже с самыми близкими друзьями. Все это время рядом всегда была Сонечка. Она ни на шаг не отходила от мужчины. Угадывала каждое его желание, выполняла любую просьбу.

Так продолжалось довольно долго, пока однажды солнечным апрельским утром Рустам не проснулся с желанием жить. Он подыскал себе дом на юге Франции, прикупил белоснежную яхту и пустился на в самое длинное путешествие в своей жизни. Разумеется, со своей немного чокнутой благоверной Сонечкой.

Произошло все эго около пяти лет назад, и сейчас Рустам, кажется, полностью оправился от потерь. Снова делает деньги и засматривается на девиц. Но это только на первый взгляд. Только Сонечка знает по-настоящему, насколько сильно изменился Рустам с тех пор. Как, к примеру, время от времени замыкается в себе и не выходит из этого состояния неделями. Как часто стал заговаривать с ней о своих уже давно подросших сыновьях. Об их успехах в учебе, о перспективах будущего.

С этим Сонечка еще могла смириться. Но когда он стал позволять себе заговаривать с ней об их матери, которая, кстати, уже давно благополучно проживает вместе с детьми в спокойном невозмутимом Брюсселе, Сонечка начала серьезно беспокоиться.

Только за последний год, по ее словам на нервной почве, она сделала себе четыре пластических операции. Одну из них совсем недавно. Странный способ избавления от стрессов, вы не находите? А еще, наверное, вдохновленная «Людьми в черном», она стала подолгу зависать в Интернете в надежде «откопать» какой-нибудь новый супермощный препарат, с помощью которого можно было бы на время вводить человека в некое состояние транса, после которого он бы абсолютно ничего не помнил.

Таким образом, Сонечка собиралась сначала официально женить на себе начинающего беспокоить ее любовника, потом преспокойненько перевести на себя все имеющиеся на его счету активы, а дальше уже долго и счастливо продолжать жить с мужем — «овощем».

Лично мне это кажется просто смешным. Но в ухоженной головке Сонечки вся эта дребедень укладывалась совершенно спокойно. Мало того, ей далее пришло в голову поделиться своими соображениями с несколькими доверенными подружками.

Шутки шутками, дорогие мои, но, когда спустя несколько лет я узнала о намечающейся свадьбе Сонечки и Рустама, мне стало уже не смешно. Даже я бы сказала, как-то не по себе…

В общем, «светское общение» на яхте закончилась под утро. Дана нашла утомившуюся от всей этой бесполезной болтовни Вичку спящей на каком-то диване и, отказавшись от провожатого в лице Глеба, повела ее в гостиницу.

Потусив еще неделю на солнечном побережье Франции, девушки, наконец, вернулись домой. Вичка первым делом встретилась со случайно оказавшимся дома Ромой. Терпеливо выслушала долгие, скучные нотации относительно здорового образа жизни беременной женщины и крайней чувствительности плода к всевозможным внешним и внутренним факторам, окружающих будущую мать. После чего была отпущена поужинать «чем-нибудь полезным для ребенка». Вичка в очередной раз подумала, что они явно не рождены друг для друга. Но, уже по привычке одернув себя, подумала, что от добра добра не ищут.