Путешествие с дикими гусями (СИ) - Русуберг Татьяна - Страница 75

«Не знаю. Он продал тогда почти всех, ну, когда мы из Берлина уехали. Остались только Дагмар, Зоя и я. Ян увез нас в Данию, купил новых, ну... Мы на ферме жили тут, пока я не... Мне повезло просто. А другим не повезло, вот и все. А ты как?»

«Нормально. Снова с родителями живу, хожу в ту же школу».

«А брат как? Поправился?»

«Он умер».

Вот блин! Нашел, о чем спросить.

«Мама с папой так рады были, что я нашлась. Хоть один ребенок к ним вернулся. Пушинки теперь с меня сдувают».

Кстати, насчет пушинок.

«Прости насчет брата. Я тут чего пишу-то... Ты осторожней там давай. Никто не знает, где Ян сейчас. Вроде его подстрелили перед тем, как он дернул с фермы. Но трупа никто не видел, а такие сволочи просто так не подыхают. Вдруг он тебе отомстить захочет? Или забрать снова. А у тебя страничка тут. Чуть ли не адрес выложен. Сечешь?»

«Не секу».

Ась, ну кончай тупить!

«Да тебя найти ничего не стоит! Закрой ты профиль этот нафиг. В реале вон с друзьями общайся. И вообще никуда без них не ходи».

«Ага, может, мне еще и на домашнее обучение перейти? В квартире за семью замками закрыться?»

«А что? Неплохая идея».

«Ну вот сам и сиди там, у своего опекуна. А я жить хочу! Нормально жить, а не как тварь дрожащая».

Про тварь где-то я уже слышал. Стоп! Это на кого она намекает?!

«Ась, ты специально нарываешься? А что, если ты однажды из подъезда выйдешь – а там он? И подручные уже дверь машины открыли?»

«Да пусть, с...ка, только попробует!»

Ого, мы материмся! Умеем, значит.

«А что ты сделаешь?»

«Да уж сделаю, не волнуйся. Папа у меня капитан в отставке, стрелять научил. Говоришь, кто-то продырявил уже этого отморозка? Ну вот, хороший человек начал, а я закончу. И кто меня осудит?»

Не, ну она точно чокнулась! Снайперша, блин, недоделанная. Народная мстительница!

«Слушай, кукла вуду! А ты не думаешь, что это Ян в тебе дыр понаделает? И вообще... в тюрягу захотелось? Я там был, поверь, обратно не хочется. И при том, что это в Дании, а не у нас».

«Надо будет – и сяду! Мне по барабану, понимаешь? А пока буду жить, как хочу. Появится тут этот подонок - получит сполна за все и за всех».

«Ася, пожалуйста, послушай сама, что ты говоришь! Твои родители вообще знают, что ты...»

«Знают! И они меня поддерживают. А ты давай, сиди в четырех стенах, если не надоело. От тени своей шарахайся. Со светом спи».

Что-то потянуло мои наушники. Я судорожно схватился за них и чуть не свалился со стула. Передо мной стоял Ник – и, наверное, торчал он тут уже какое-то время. Хорошо хоть, экрана не видел.

- Эй, Денис, что с тобой? Вид у тебя такой... будто умер кто-то.

- А? Нет, это... просто меня в игре убили.

- Ну ладно тогда. Я хотел сказать, что иду с Бандерасом гулять. Пойдешь со мной?

Я мотнул головой:

- Нет, спасибо. Я поиграю еще немного.

Ник утопал в коридор, пару раз споткнувшись о вьющегося между ног песика. А я сидел, как оплеванный, пялясь на Асино последнее сообщение. Блин, в чем-то она права. Я ведь, и правда, почти не выходил из дома. То есть выходил, но только с Ником. Даже с Бандерасом мы гуляли вместе. Я вообще никогда не оставался один. Спал не со светом, так с ножом под подушкой. Что в общем-то еще хуже. Старался не подходить к окнам. Огромные, панорамные без занавесок, они меня жутко раздражали. А когда ехал с Ником в машине, автоматически посматривал в зеркальце заднего вида.

Неужели так будет долго? Неужели так будет... всегда?

«Так

Стрелки где-то спят,

Не идут и не стоят,

Их нет.

Циферблат пустой,

Некуда идти,

К новой пустоте лети,

А нас

Не спасти».

[1] Слот. «Кукла вуду».

[2] Отрывки из песен «Зеркала» и «Эмаль» группы «Слот»

Самого главного глазами не увидишь

На полках у Ника я откопал ту самую книгу – «Преступление и наказание». Начал читать с самого начала, а то, на чем там остановился, не мог вспомнить – видать, температурил уже тогда, в башке только бред какой-то отпечатался. Проглотил я роман за три дня. Делать все равно особо было нечего, а читаю я быстро. И вот нефига не понял – зачем Раскольников старушенцию замочил? Да еще сестренку, божьего одуванчика, до кучи угрохал? Цацки все равно не взял, а жизнь себе искалечил, да еще Соню, путану эту недоделанную, за собой потащил.

Не, я понимаю, хочется тебе кого кокнуть, ну оттянись на подонке каком-нибудь, который живет – землю коптит и над людьми изголяется. Тогда и совесть мучить не будет, да еще и спасибо тебе скажут. Взял бы вон и зарубил кого из тех мужиков, кто с Соней его спал за бабки. Небось тоже все такие, с женой и детишками, а мяса молодого хочется. Или Лужину бы дал по репе, которому сестра чуть не продалась. Свидригайлов тоже прям-таки топора просил. Так нет! Бабульке раскроил черепушку. И какой в этом кайф? Какое превосходство? Жесть одна, короче.

В общем, я своими мыслями с Ником поделился. Не, на самом деле, он сам ко мне прикопался: «Ты что, Достоевского читаешь? Ну, даешь, старик. А не рано ли? И как тебе? А все понятно?» Блин, чо тут непонятного-то. Что студент этот - идиот? А Ник мне: «Про идиота – это другой роман. А тут дело в моральном законе, который внутри каждого человека». В общем, начал он меня грузить, даже Библию, блин, цитировал, хотя креста на шее я что-то не заметил. С трудом от него отвязался, а то бы меня еще в церковь потащил. Даром что тоже студент.

Попросил у него другую книжку, только чтоб нормальная была, без всяких там закидонов со старушками. Ник дал мне «Маленького принца». Я сказал, что сказки вообще не очень. А он: это типа не сказка, а взрослая книга. Ну, по толщине вроде да так. Ладно, начал ее листать. И сам не заметил, как втянулся. Только тут все тоже кончилось плохо, даже еще хуже, чем у Достоевского. Потому что пацанчика этого, Принца, укусила ядовитая змея. Не, ну ежу ясно, что парнишка помер. Так зачем втирать, что он типа улетел на свою планету с розой и баобабами? Красиво, конечно, типа будешь смотреть на звезды и смеяться, вспоминая меня. Не, а что пацан должен был этому летчику сказать? Я мамке и папке не нужен, вот меня в пустыне и выкинули, и настолько мне все уже поперек, что пойду лучше к змеям, какая-то да укусит?

Жалко пацана, конечно, фантазия у него – позавидуешь. Чего только стоят все эти короли, фонарщики, географы. А вот пьяница – это наверняка его папаша. Только когда парнишка до этого места в истории дошел, летчик уже так запутался, что тоже решил, что это выдумка.

Не, мне больше всего понравился Лис! Я бы тоже такого хотел, честно. Он гораздо лучше собаки. И не только потому, что говорящий. Он хоть и зверь, а много чего в жизни понял. Это Лис сказал: «Зорко только сердце. Самого главного глазами не увидишь». И про дружбу все объяснил. Как люди становятся друг для друга единственными, и почему важно кого-то приручить. Вот только я и сам не заметил, как Ася меня приручила. Наверное, слова для этого действительно лишние. Она просто стала нужна мне. А я... я нужен ей?

В общем, книжка эта помогла мне закончить картину – ту, что я начал в Ахмедовой рамке рисовать. Космос там, астероиды всякие. А на одном, маленьком таком, в самом центре – стоит девочка. Стоит и ждет. В белом платье, а лицо Асино. Вокруг четыре крошечных вулкана, парочка баобабов и барашек у ног. Нику картина очень понравилась. Он ее даже сфотографировал. Сказал, я настоящий художник, хоть сейчас выставку делай. Ага, собрать все мои портреты и вывесить на стенде «Их разыскивает полиция».

Асе я больше не писал. Нет, заходил на ее страничку каждый день – просто чтобы проверить, что с ней все в порядке. И песни к себе на стену репостил. У нее вообще там много хорошей музыки русской было, которой я не знал. А она мне писала. Извинялась за то, что на меня наорала – хотя, как можно наорать, в чате-то? Просила не пропадать, мол, волнуется за меня. Ну я и не пропадал. Она же видела, что я онлайн. Не отвечал ей только. А что я должен был сказать? Добавить мне было нечего. Правильно вот Лис заметил: «Слова только мешают понимать друг друга».