Вампир-Воин (ЛП) - Бакстер Кейт - Страница 50

Бесчисленные голоса взывали, сопровождаемые видениями, которые были простыми событиями в его мысленном взоре. Призраки прожитых жизней, прошедшие трагедии, наслаждение счастьем. Возможность избежать более искаженных воспоминаний стала легче, чем он ожидал. Это были видения радости и удовлетворенности, которая поймала его в ловушку. Как муха в сети, он счел почти невозможным освободиться от путаницы. Его сердце было слишком переполнено, и ледяной холод, мчавшийся по его венам, заморозил мышцы, и беспомощность начала отступать. Тепло побежало по его кожи. Удовлетворение раздулось в его груди. Тьма сбежала и сменилась силой и светом, что заставили его чувствовать себя так, будто он мог преодолеть любое препятствие в своем пути. Он вечно хотел жить в этом мгновении.

Коллектив был червоточиной, из которой не было никакого спасения.

Медленно, будто просыпаясь от самого глубокого сна, Ронан выпутался из Коллектива. Он резко распахнул глаза, и скачок силы пробежал через него с восходом солнца. Он сорвал одеяло с окна и дернул шнур жалюзи. Мантия серого осела на пейзаже снаружи, и дикий рык поднялся в горле Ронана.

Больше никаких пряток. Пришло время, чтобы эти хитрые оборотни узнали, каково это — быть жертвой на охоте.

***

Прошло десять минут, и молчание Пола и Хоакина становилось тревожным. Тактика запугивания, чтобы удостовериться, и хотя она не боялась, это не означало, что она не нервничала. Они хотели, чтобы она сломалась. Запаниковала и начала молить и лепетать, пока непреднамеренно не снабдила их местонахождением Ронана. Слишком плохо для них, этого никогда не произойдет.

Пол медленно, неодобрительно вздохнул. Он выглядел не старше сорока, хотя был старшее ее на три века. Его почти черные глаза сузились, когда пристальный взгляд прошелся по ней с головы до пят. Презрительная насмешка растянула губы, и низкий рык разнесся в тишине.

Найя не двинулась с места и просто глубоко вздохнула. Она просто смотрела ему в глаза.

— Что бы сказала твоя мать, если бы была жива, если бы видела твое поведение?

Так он вытаскивал чувство вины. Невероятно.

— Предполагаю, что она сказала бы, что я никогда не должна позволять никакому мужчине уменьшать мою ценность или силу, и что никогда не может быть ничего плохого в защите тех, о ком ты заботишься. — Пол нихрена не знал о женщине, которой была ее мать. Пилар Моралес почитали не только в их племени, но и Бороро повсюду. Ерунда, которую говорил Пол, не заклеймит Найю позором, который, как он думал, она должна была чувствовать.

— Так ты заботишься об этом существе? — Пол выплюнул слова, его голос дрожал от отвращения. — Он значит для тебя столько же сколько твои собственные люди?

Она не могла показать ему свою руку. Если бы Пол знал, что она чувствовала что-то к Ронану, он охотился бы на него с таким пылом, что буйство мапингуари казалось бы кротким.

— Разве я как-то потерпела неудачу при выполнении своих обязанностей как бруха в этом племени? — Она позволила вопросу повиснуть в воздухе, когда Пол оценивающе смотрел на нее. Рядом с ним на выражении лица Хоакина читалась завуалированная боль и ущемленная гордость. Из всего, что произошло за последние несколько дней, единственное, что бы она изменила, так это то, как Хоакин нашел ее с Ронаном под пирсом.

— Твои действия были удовлетворительными, — ответил Пол.

Ничего себе. Не уходи с пути сияющей похвалы. Найя проигнорировала колючку, отказываясь давать ему рычаги давления на нее.

— То, что я делаю, вне рабочее время — не твоя забота.

— Все, что ты делаешь, моя забота! — рявкнул он. — Особенно, когда ты решаешь осквернить себя вампиром. Не говоря уже о том, что он был испорчен темной магией.

Осквернять. Испорчен. Слова были подобраны так, чтобы Найя почувствовала, будто она сделала что-то не так. Пол мог разглагольствовать до посинения; это не изменит того факта, что она привязана к Ронану. Никакой обман или вешание вины не разорвут эту связь.

— Мне нужен вампир. — Контекст этой необходимости не был ни один чертовым делом Пола. — Мапингуари распространяются. Никогда не видела такой концентрации злой магии. Никогда. Его сестра искала реликвию, прежде чем исчезла. Думаю, это как-то связано с этим негативным потоком.

— Удобная история, — сказал Пол, пожимая плечами. — Несомненно, состряпанная, чтобы отложить его казнь. Ты стала мягкой, Найя. Мы не проявляем милосердия.

Разве это была чертова правда? Десятилетиями она выполняла свой долг, убивала без разбора, извлекала раковую магию и безропотно отдавала ее Полу. Без вопросов. Именно она, Лус и другие брухи в огромном племени могли слышать и управлять магией, и все же они снова и снова доверяли ее старейшинам, которые не знали, как с ней справиться. Они, безусловно, следовали приказам старейшин.

Может, наконец-то, пришло время чертовых перемен.

— Сестра Ронана и эта реликвия, за которой она охотилась, являются ключом к разрушению. Я уверена в этом. Но я не найду ее без его помощи.

Хоакин насмешливо фыркнул и сложил мускулистые руки на груди.

— Твое суждение омрачено похотью, Найя. Этому нельзя доверять.

Конечно, он предпочел бы видеть это таким образом.

— Ты делаешь предположения, которые не основаны на фактах, Хоакин. Ты ничего о нем не знаешь…

— Tú mismo diste a él como una puta de mierda!18 — Слова вырвались из уст Хоакина разгневанным криком, который заставил его дрожать от ярости. — Ты моя!

Обвинять ее в том, что она шлюха и трахалась с Ронаном, было не лучшим способом выиграть ее расположение.

— Я его. — Она посмотрела на Хоакина. Несмотря на различия между ней и Ронаном и на препятствия, которые все еще стояли на их пути, их связь была единственной вещью в жизни Найи, которая была истинной. — Вампир — моя пара.

— Mentiras!19 — Пол вскочил и указал пальцем на Найю. Статический заряд потрескивал в воздухе, что волоски встали на руках и затылке. Дикие барабаны застучали в ушах Найи. Любопытно. Воздух был наполнен магией. Больше того, что должно сопровождать присутствие оборотней.

— Я не вру. — Найя сохранила самообладание. Крик не принес бы ни одному из них пользы. — Связь пары установилась. Душа вампира привязана к моей.

— Невозможно! — кипел Пол.

— Это он тебе сказал? — произнес Хоакин с презрением. — И ты поверила ему, без вопросов, просто легла на спину и раздвинула ноги для bebedor de sangre20.

Найя официально достигла предела.

— Я понимаю, что ущемлена твоя гордость, Хоакин, и сожалею об этом. Но оскорбишь меня еще раз, и я буду более, чем рада показать, как чувствуется кончик моего кинжала.

— Довольно. — Пол махнул рукой. — Вампир врет, Найя. Там нет связи. Где он? Сдай его сейчас и не будешь наказана за свои глупые поступки. Мы позаботимся о пьющем кровь, а ты вернешься к своим обязанностям, к охоте на мапингуари до кровавой луны, в то время ты станешь парой Хоакину. Понимаешь?

Раньше Найя слепо следовала. На протяжении веков их традиции поддерживались без вопросов. Они жили в пузыре, общество внутри общества. Пол, возможно, и не понимал ее связи с Ронаном, но это не делало ее менее реальной. Изменения были неизбежны. Если бы не появление Ронана в ее жизни, что-то еще спровоцировало бы ее. — Нет, Пол. — Использование его имени заставило губы поджаться. — El vínculo21 настоящая. — Связь была реальной. Она сомневалась, что ее слова пошатнут его, но она должна была попробовать. Были гораздо более важные вещи, с которыми нужно было разбираться. — Я слышу ее. Нашу связь. Она сплетена с магией. Нет сомнений в моем разуме, сердце и душе. Я привязана к вампиру.

Темные глаза Пола блестели золотом, а зрачки вытянулись. Клыки выросли в челюсти, выступая мимо губ. Как только он перекинется, их обсуждение официально закончится. Нет смысла пытаться выиграть спор со злым ягуаром.