Хранительница Элементов: Вода (СИ) - Коллинг Кэтрин - Страница 74

Кинжал задрожал в моих руках, а кошка с дикой болью закричала, убираясь от меня. Я ощутила несколько уколов в ладони и огромную мощь, которую впитывал кинжал. По волнистому лезвию закружился чистейший бело-голубой свет, а небольшой камешек с шевелящимся дымом внутри словно бы ожил, сияя.

По моей руке вверх, к туловищу, к сердцу, разуму побежала сила, внушающая и восторг, и ужас одновременно. Сзади на шее началось неприятное жжение, отчего наворачивались слёзы.

Я взглянула на водного пардуса: вдоль его морды шёл неглубокий порез, текла зелёная кровь и клубилась голубо-белая дымка, как вокруг лезвия кинжала. А вот глаза зверя были наполнены отнюдь не страхом, а гневом. Он оскалился, зарычал и прыгнул на меня, намереваясь разорвать на кусочки. Я мгновенно выставила руку с оружием.

И пардус наткнулся на кинжал.

От необузданной мощи и боли на шее я закричала, чувствуя, как нечто тёмное пробиралось внутрь моего сознания по венам, заполняя всё тело. Рука горела огнём, словно я держала раскаленную кочергу. Ощущала, как кинжал питался, чувствовала его удовлетворение, словно он уже несколько веков не ел. Видела, как его окружила бело-голубая дымка, которую впитывал камень на рукоятке.

Я спихнула с себя мёртвого пардуса, вытащила кинжал и выбросила его, чтобы избавиться от боли. Мгновенно мощь ушла. Ладонь вся была красной, словно я коснулась утюга. А кинжал… Он парил над водой у берега в невесомости. Сама вода чуть углубилась полукругом, а земля под моим оружием почернела, словно сгнила.

Прижала ладонь к телу, больше не чувствуя боли, но всё ещё ощущая дикую мощь, идущую от кинжала. Осмотрелась, и увидела, как мёртвую копию меня вместе с пардусом обхватывали корни деревьев, вылезшие из земли.

— Нет, — вырвалось у меня, и я подскочила к девушке, пытаясь оторвать корни. — Не трогайте её! А ну прочь! Отпустите её! Отпустите! Прочь!

Все мои попытки отказывались тщетны. С толстыми корнями я ничего поделать не могла, а на место тонких прибывали всё новые, словно змеи, что вылезали на охоту. Девушку передо мной всё больше скрывали корни и утаскивали в землю, явно желая упрятать её там. Но я не хотела её отдавать им.

— А ну прочь! Отпустите же её!

— Надо же, какое зрелище! — раздался голос, проткнувший меня насквозь. — Мёртвая Кэтрин! Живая Кэтрин! Мёртвый водный пардус! И старый добрый проклятый кинжал! Какое же удовольствие было услышать его пробуждение. — Я с холодом в душе от страха медленно повернулась к хозяину голоса, надеясь, что ошиблась. — И какой же подарок, что Кэтрин Коллинг оказалась одна… за городом, — поправил очки и широко коварно улыбнулся Фергус.

Глава 34. Спектакль

Я отбросила попытки спасти от корней девушку, встала и повернулась к Фергусу. Копия меня вскоре вместе с пардусом полностью скрылась под землёй, не оставив и следа, словно ничего до этого не было.

Нервно выдохнула, пытаясь унять дрожь и сосредоточиться.

— Ну, что? — пытливо разглядывал меня Фергус. — Понравилось?

Я поняла, о чём он спрашивал, но не подала вида, лишь сжала в кулак кисть той руки, в которой держала кинжал, чтобы он не увидел покраснение.

— Что? — аккуратно спросила я.

— Да брось строить из себя глупышку, — раздражённо махнул рукой мужчина. — Я, конечно, понимаю, что умом ты не блещешь, но не настолько же! Сила проклятого кинжала завораживает, не так ли? И пугает.

Я мимолётом глянула на своё оружие, которое всё также парило в невесомости, окружённая едва видимым куполом, словно щитом. И услышала шёпот. Такой тихий, словно это просто ветер шумел, но я могла различить слова, хотя и не могла их с точностью разобрать. И захотелось снова взять кинжал в руку, держать за горячую рукоятку, ощутить силу, восторг и приятный страх.

— Он тебя манит, — понял Фергус, сверкнув улыбкой, и я тут же отвернулась, с лёгкостью игнорируя желание. — И почему бы тебе не ответить на его зов?

Я хотела сказать ему, что совсем этого не хотела, но не смогла сказать и слова. И поняла, что дрожала, как лист на ветру. С трудом держалась на ногах. И меня начала злить моя слабость никчёмность и постоянная дрожь от всего, что происходило в округе. Меня злило, что во мне прижилось желание сидеть в сторонке и никого не трогать. Посмотрела на такую себя со стороны, и мне стало жалко её до тошнотворности. После того пожара я словно спрятала саму себя в тёмной комнатке, куда даже свет не мог просунуться!

— Так-так-так, — заворковал Фергус, медленно подходя ко мне, а я невольно делала скромные шаги назад. — Ты уж слишком странная для самой себя! Хотя меня не должно это удивлять! Но всё же это очаровательно. В тебе борются две личности тебя же: прошлая и настоящая. Одна лучше другой! Это лучшее, что я когда-либо видел!

— Не подходите, — угрожающе вырвалось у меня, на моё собственное удивление.

Фергус остановился и с любопытством собаки наклонил голову.

— Меня радует, что ты заговорила, — признался мужчину и снова пошёл ко мне.

Я силой воли заставила себя стоять на месте, хотя мысль о том, что Фергус мог меня убить здесь и сейчас, постоянно кружила перед глазами, как падальщики над мёртвой тушей животного. Но всё-таки я больше не отступлю, несмотря на страх. Хватит с меня.

Фергус уже подошёл почти вплотную.

— Ну, что ж, Кэтрин Коллинг, боюсь, тебе придётся пойти со мной, — с улыбкой протянул он руку ко мне, но стоило ему меня коснуться, как что-то его ударило в пальцы, словно ток, и мужчина отшатнулся. — Вот же, — досадно заметил Фергус. — Тебе придётся добровольно пойти со мной, а то твоя глупая метка не даёт мне шанса перенести нас по-быстрому.

Метка? Я отошла назад, невольно почёсывая шею сзади. О ней он говорил? Что бы это ни было, оно придало мне уверенности.

— Куда мы пойдём? — спросила я.

— Разумеется, к тем, кто давно хотел бы поболтать с тобой без свидетелей, — улыбнулся, поправив очки, Фергус. — И я получу награду, уж наверняка. Надоело носиться по мелким делам.

— К кому?

— О, ты их знаешь, Кэтрин. Ещё совсем недавно они хотели изгнать тебя с Ялмеза, но потом дали задание отыскать Артефакты… К слову, как идут поиски?

Великие? От этого мне стало очень не по себе. Глянула в сторону леса, надеясь, что Эрнест вместе с подругами и Рудольфом вот-вот выскочит из-за листвы, и всё прекратиться.

— Отвечай на вопрос, — довольно неприятно приказал Фергус.

— Мы ничего не нашли, — сказала я прямо.

Мужчина оскалился и хотел схватить меня за горло, но метка не дала ему, снова ударив. Он злобно отшатнулся.

— Вы хоть пытались, глупцы?!

— Нет, — немного подумав, ответила. — Королева Лидия сказала нам, что не стоит беспокоиться.

— Агр! Глупая Королева! — разозлился Фергус и выпустил из себя чёрный туман, ударив им по ближайшему дереву, которое начало гнить прямо на моих глазах. Я испугалась чьего-то крика, отчаянного и глубокого, словно кто-то был заперт в стволе. И ужаснулась от этого. — И вы, глупые Лишённые, поверили ей! Она вам не поможет, когда придёт время! Великие придут за вами, и тогда вам будет некуда деться!

— Им нельзя на территорию Витэго! — заметила я.

— Их это не остановит! И ты сейчас же пойдёшь со мной к ним!

— Нет, — вырвалось у меня, и ноги задрожали сильнее. — Я не пойду.

— Что ж, — хмыкнул мужчина, снова поправив очки. — Я хотел по-хорошему, но даже рад, что так не получилось. Тогда я просто сдеру эту метку с твоей шеи вместе с кожей! Заодно и посмотрим, чему ты научилась!

И он выставил руку, из которой вырвался сгусток чёрного к реке. Туман стремительно влетел в воду и на некоторое время исчез. А потом оттуда выскочил ещё один водный пардус, ничем не отличаясь от предыдущего, разве что по размерам был чуть меньше. И глаза его покрылись тьмой, как у самого Фергуса. Кошка зарычала.

Твоего ж комара!

Подскочила к кинжалу и легко взяла его в руки, тут же почувствовав уверенность и силу, а ещё более слабое, но всё такое же неприятное жжение на задней стороне шеи. И приготовилась.