Предназначение (СИ) - Горобенко Людмила - Страница 15

15

По нашим расчетам, до островов оставалось не более суток, когда мы услышали сначала едва слышно, а потом все отчетливее, какой-то гул и грохот. На горизонте появился черный хвост дыма, заволакивающий горизонт.

— Это вулкан, — сказал Поль, — на одном из островов.

— Тогда поспешим. Мы можем не успеть, и пещеру Лорда зальет лавой или уничтожит землетрясение, — воскликнул Тьери.

— Смотрите, вместе с дымом видны и огненные всполохи! — прокричала Орианна. Она, как всегда, была на верхушке мачты.

Поставив все паруса, мы поспешили к островам. Когда каравелла приблизилась настолько, что грохот вулкана стал заглушать голоса, стало ясно, что, возможно, мы опоздали и от пещеры Лорда уже ничего не осталось. Из жерла вулкана в небо летели раскаленные камни и черный удушающий дым. Вода вокруг парусника словно кипела. Красные всполохи отражались от черных клубов дыма, низко висевших над островом и океаном и застилавших небо до самого горизонта. Зрелище было страшным и красивым.

— Если пещера еще цела, то ее скоро завалит обломками, и мы ничего не сможем забрать оттуда, — прокричал Тибальд. — Я вплавь доберусь до острова, а вы отведите корабль подальше, чтобы в него не попали раскаленные камни!

Я, не дожидаясь Тибальда, первым бросился в воду и поплыл к острову. Вокруг творилось что-то невообразимое. Вода была горячей, она клокотала и бурлила, вокруг были слышны всплески и шипение от падающих в нее раскаленных камней. Остров ходил ходуном, огромные глыбы скал, срываясь со склонов, скатывались к воде и с грохотом падали в океан.

Подплыв к острову, я взобрался на него по отвесной скале. Устоять на земле было невозможно: она уходила из-под ног от взрывов и землетрясения. Уворачиваясь от летящих камней и разрушающихся скал, грозящих сбить с ног, я бросился к пещере. Вход в нее был завален огромным валуном. Тибальд догнал меня у пещеры. Мы с трудом отодвинули обломок скалы и протиснулись в узкую щель. Тоннель, к счастью, был еще цел. Грохот громким эхом носился по подземелью. Мы бросились по длинному ходу. Вбежав в пещеру, я увидел полное запустение и разруху. Сто лет здесь никто не появлялся. Землетрясение и извержение вулкана довершали печальную картину. Низкий свод пещеры потрескался, и с него сыпались обломки гранита, ломая мебель и заполняя подземелье пылью и едким дымом.

Подбежав к высеченному в стене гербу, я нажал на круглый камень с изображением дракона. Камень не двинулся с места. Неужели, я ошибся?! Неужели, мы зря рискуем и здесь ничего нет?!

Свод пещеры лопнул с громким треском. Образовалась глубокая трещина, идущая поперек всей пещеры. Посыпались камни. Все закачалось от сильного подземного толчка.

— Скорее, месье Мишель, нас здесь завалит! — прокричал Тибальд.

Я с размаху ударил по камню. Он рассыпался в крошево. За ним показался крошечный тайник. Я выхватил лежащий в нем свиток. Мы бросились к выходу. Из трещин в своде пещеры и тоннеля полилась раскаленная лава. Все вспыхнуло. Начался пожар. Мы мчались по проходу, уворачиваясь от камней и догоняющего нас потока лавы. Все заволокло дымом и нестерпимым жаром. Человек не прожил бы в этом аду и минуты. Вдруг впереди послышался сильный грохот, поток воздуха вынес навстречу нам клубы пыли и дыма: рухнул свод и ход завалило.

Что делать?! Впереди стена, вокруг нас лава. Мы переглянулись.

— Интересно, простой огонь, если тела целы, не может убить нас. А лава может сжечь или только замурует в каменном коконе? — спросил Тибальд.

— Хочешь проверить?

— Ну, уж нет! Чёрта с два! — взревел Тибальд и бросился расшвыривать огромные куски гранита. Я стал помогать ему, кидая камни так, чтобы преградить лаве путь и выиграть время.

Красные языки лавы показались сквозь щели барьера, который мы возвели на ее пути. Все бесполезно. Смерть, если она возможна, приближалась с неумолимой беспощадностью. Тибальд, шепча ругательства, продолжал расчищать проход. Я, не отставая от него, думал о смерти и Диане. О том, смогут ли наши души встретиться там, за порогом земной жизни. Ее душа, невинная и чистая, несомненно, была в раю. А моя? Где окажется она после моей кончины?

Неожиданно впереди послышались голоса. Свежий поток воздуха проник сквозь щели завала, и показался тусклый свет. Орианна, Тьери и Поль расчищали выход и, громко крича, звали нас. Откинув последние камни, преграждавшие путь к свободе, мы выскочили из тоннеля. За нами, шипя и пузырясь, вытекала лава.

Мы вернулись на «Санта Диану» и поторопились покинуть негостеприимный архипелаг.

Когда опасность миновала, все собрались в каюте, обставленной с роскошью замковой гостиной.

— Как вы узнали, где нас искать? — спросил Тибо.

— Это Тьери, у него поразительное чутье. Он безошибочно нашел вход в тоннель, несмотря на то, что тот был завален и ничем не отличался от окружающих скал, — ответила Орианна.

— Но к нему привела нас ты, — возразил Тьери.

— Просто я помню это место, — скромно потупила взгляд Орианна. Но я успел увидеть, как озорно блеснули ее глаза.

Я достал пергамент и мы склонились над ним. На куске затертой кожи были видны строки стиха:

Когда на землю упадет ночной покров темнее мрака, В ее тиши крадется тень ночного зверя — вурдалака! Он рыщет в поисках людей, чтоб жажду утолить скорей, И нет укрытий и дверей, чтоб смог ты спрятаться за ней. Беги быстрей иль стой тихонько — ничто укрыться не поможет, Найти тебя в ночной тиши помочь ему твой запах сможет. В седой глуши горят глаза — глаза кровавого ищейки, И чтоб спастись, ты не ищи ни щели, ни другой лазейки. С древнейших пор его зовут Охотником и стражем ночи. Лишь жертву в людях видит он, им роль добычи прочит. Но знает он, что есть другой, кто помешать ему посмеет, И рыщет в поисках врага — года значенья не имеют. Наступит день, и на земле настанет час великой битвы. Как два вулкана, две волны, две разрушающие силы, Столкнутся, завершая спор, и мир замрет в оцепененье Добро и Зло, сойдясь в бою, искупят грех в одном стремленье. Тому, кто встретиться готов, кто ищет Зло в порыве мести, Совет таков: свой путь ищи не в силе, храбрости и чести. Ученью древних мастеров отдай вниманье и терпенье, В руинах древних городов найдешь Богов благословенье.

— Бог мой, Мишель, ты понимаешь, о ком идет речь? Это о нем говорила Эйира на посвящении! — воскликнула Орианна.

— И опять манускрипт говорит о необходимости учиться. Наверное, в этом есть какой-то смысл. В древних учениях, возможно, есть знания, как уничтожить Охотника, — проговорил Тибальд, перечитывая манускрипт.

— Ты прав, Тибо, я сильно подзадержался, мне уже давно следовало отправиться в Грецию.

* * *

Туман темно-мутной стеной наплывал на каравеллу. Полный штиль. Сумерки еще больше нагнетали напряженность. Вскоре все скрылось в непроглядной пелене. Такого тумана, что даже нам с нашим обостренным зрением невозможно было что-либо рассмотреть в этой сплошной пелене маленьких капель, я ни разу не видел за всю свою жизнь. Тишина давила на уши. Ни всплеска волн, ни шелеста ветерка в парусах. Все замерло.

Мы стояли на палубе, напряженно вглядываясь в молочно-серую мглу.

— Смотрите, — прошептал Поль, указывая на выплывавший из тумана прямо по курсу «Санта Дианы» черный корпус гигантского корабля. Он двигался совершенно бесшумно. Его паруса, изодранные в клочья, безвольно повисли на мачтах. На борту были видны фигуры матросов, а на мостике стоял капитан.