Предназначение (СИ) - Горобенко Людмила - Страница 38

В древней Европе не было Богов. В племенах-кланах правила жрица-богиня. Великая Богиня считалась бессмертной неизменной и всемогущей. Люди не могли объяснить тайну зачатия и рождения и никак не связывали ее с мужчиной. У богини были супруги — соправители, однако брала она их для удовольствия, а не для того чтобы дать отца детям. Мужчины боялись своей жрицы, поклонялись и подчинялись ей. Очаг, за которым она следила в пещере или хижине, являлся самым древним социальным центром, а материнство считалось главным таинством. Вот почему греческое публичное жертвоприношение предусматривало принесение первой жертвы Гестии — покровительнице очага.

Белое символическое изображение богини стало, пожалуй, ее самой распространенной эмблемой, которая в Дельфах имела вид «пупа земли». Первоначально он мог являть собой горку тлеющих углей, покрытых белой золой. Это был самый простой способ бездымного хранения огня. Позднее внешние признаки этого символа перешли на побеленную известью насыпь, под которой прятали урожайную «хлебную бабу», чтобы извлечь ее весной, когда она прорастет, а также на курганы из морских ракушек, кварца или белого мрамора, под которыми хоронили умерших вождей. Небесным символом богини была не только луна, но и солнце.

Три фазы луны — молодая, полная и убывающая — напоминали три фазы женского начала: девственница, нимфа (женщина в брачном возрасте) и старуха. Ее можно представить в виде еще одной триады: девушка верхнего мира, нимфа земли или моря и старуха подземного мира, олицетворялись соответственно в Селене, Афродите и Гекате.

По мере того как соитие становилось общепризнанной причиной деторождения религиозный статус мужчины постепенно повышался, а ответственность за беременность женщин больше не возлагалась на ветры и реки. Нимфа, или царица племени, выбирала себе на год возлюбленного из числа юношей, состоявших в ее свите, и в середине зимы, когда кончался год, он приносился в жертву. Его кровь разбрызгивали, чтобы плодоносили деревья, росли хлеба и давали приплод стада. Тело же поедалось в сыром виде женским окружением царицы — жрицами в масках кобыл, собак и свиней. Затем эта практика изменилась, и царь стал умирать, когда сила солнца, которого он олицетворял, летом шла на убыль, а другой юноша, его близнец или мнимый близнец, становился новым возлюбленным царицы. Чтобы в положенное время, посреди зимы быть принесенным в жертву и, как вознаграждение за это, возродиться в змее-оракуле. Такие перемены обретали исполнительную власть только тогда, когда им разрешалось подменять царицу, нося ее магическое одеяние. Так возникли вожди-жрецы, и, несмотря на то что солнце стало символом мужской плодовитости, как только возникла связь между жизнью царя и годичным циклом, луна не теряла своего главенства над солнцем, а царица — над царем, по крайней мере, внешне.

Со временем мужчины стали главенствовать. Об этом повествует древнегреческая мифология, которая отражает менявшиеся отношения между царицей и ее возлюбленными. Эти отношения начались ежегодными или двухгодичными жертвоприношениями, а закончились к тому моменту, когда сочинялась «Илиада» — полным поражением царицы и возникновением неограниченной мужской монархии.

Множество примеров этой смены можно увидеть, если проследить за древнегреческими мифами: Персей, например, летит по воздуху и обезглавливает мать Пегаса — Медузу Горгону. Медуза некогда сама была богиней и прятала лицо за устрашающей маской Горгоны, этой отвратительной личины, которая должна была удержать непосвященного от проникновения в ее таинства.

Еще пример. Беллерофонт садится на Пегаса и убивает Химеру. Пегас считался священным конем женской триады, потому что конь, чьи подковы напоминают по форме луну, фигурировал в церемониях, связанных с вызыванием дождя и возведением на престол царя-жреца. Его крылья символизировали скорее не быстроту, а его небесную природу.

О том же говорит преследование Аполлоном Дафны, которую Гера превратила в лавровое дерево. Имя Дафна означает «Кровавая», «обагренная» — страшная ипостась богини, чьи жрицы — менады — жевали дурманящие лавровые листья и резвились при полной луне, нападая на незадачливых прохожих и разрывая на куски детей или молодых животных. Когда пришли Эллины, они ликвидировали менад, и только лавровая роща свидетельствовала о том, что в этом святилище некогда пребывала Дафна.

— В те времена я была Верховной жрицей Деметры в Элевсине, — продолжала Элласхида.

Деметра или Мать-земля — покровительница земледельцев, охраняющая все живое на земле. Ее культ уходит в глубину веков. Она — «Великая мать», порождающая все живое и принимающая в себя умерших, воплощение первобытной творческой энергии.

Также она считалась покровительницей чародеев, в чем отождествлялась с великой богиней Гекатой, являвшейся помощницей в колдовстве и единственной заступницей от него. Ее называли Эринией («Мстительницей»), Термасией («Жаркой»), Хтонией («Земной», «Подземной»); ее дочь — Персефона — была царицей подземного царства мертвых. Одновременно Деметра — «благая богиня», хранительница жизни, научившая человечество земледелию.

Каждый год мы проводили Элевсинские Мистерии, рассказывающие о том, как Аид похитил Персефону, и Деметра блуждала по всей земле в её поисках. Через девять дней, поняв, что ее поиски тщетны, обратилась за помощью к Гелиосу. Тот назвал ей имя похитителя. Деметра поняла, что Зевс сам уступил брату свою дочь, и она бессильна что-либо изменить. Переменив внешность, богиня отправилась скитаться по свету.

В Элевсине Деметра опустилась на камень у колодца Анфион. Здесь ее в слезах увидели дочери элевсинского царя Келея. Богиня не открыла девушкам свою тайну, сказала, что она родом с Крита и была ограблена, попросила для себя работу и кров. Царевны отвели её в дом отца.

Входя в мегарон, богиня задела головой притолоку двери, отчего по дому распространилось сияние. Царица Метанира, заметившая это, поняла, что перед ней не простая смертная. Она поклонилась богине и предложила занять свое кресло. Деметра отказалась и, устроившись на простом деревянном сиденье у стола, предалась печали. Она отказывалась от вина и еды, никого вокруг не замечала. Лишь острая шутка служанки Ямбы заставила ее улыбнуться.

Царица доверила чужестранке уход за своим сыном Демофонтом. В течение нескольких ночей младенец повзрослел на год. Деметра, желая сделать ребенка бессмертным, заворачивала его в пеленки и клала в пылающую печь. Метанира однажды увидела это, подняла крик, велела отдать ребенка. Тогда Деметра предстала перед жителями дома в своем божественном обличии и повелела построить ей храм в Элевсине, а у колодца Анфион за городской стеной — алтарь, взамен пообещав научить их секретам земледелия.

Когда Деметра в скорбных скитаниях блуждала по земле, то наступила засуха и прекратили вызревать урожаи. Люди умирали от голода и не приносили жертв богам. Зевс начал посылать за Деметрой богов и богинь, чтобы уговорить вернуться на Олимп. Но она, сидя в чёрном одеянии в элевсинском храме, не замечала их. Тогда Зевс велел Аиду вернуть Персефону. Аид не посмел ослушаться брата, но дал ей зерна священного граната, чтобы в определенное время года она возвращалась к мужу.

Увидев Персефону, Деметра вышла из оцепенения, скинула траурное одеяние и украсила свою голову венком из васильков.

В благодарность за гостеприимство Деметра научила элевсинцев земледелию. Она дала Триптолему семена пшеницы, и он первый вспахал и засеял поле. Затем по повелению Деметры Триптолем облетел все страны мира на запряженной крылатыми змеями колеснице и всюду научил людей земледелию.

Каждую осень в Афинах собиралось множество народа, — продолжала Элласхида. А у меня перед глазами появлялись картины того, о чем она говорила. Я словно сам присутствовал на этом празднестве:

Крики огромной ликующей толпы, звуки музыки у подножия Элевсиниона в Афинах. Вот появляются иерофант и архонт и возвещают начало мистерий, напоминая о том, что варвары и преступники не должны в них участвовать. Праздник Начала мистерий длился целый день.