Идущие в ночь - Васильев Владимир Николаевич - Страница 123

Морану отчаянно захотелось быть где-нибудь далеко отсюда, залечь в кусты до красного пересвета, а когда Четтан станет властен над его телом – выть, долго и протяжно, выть в тоске и ненависти. Он, Моран, должен убить собрата? Такого же отверженного людьми, вулха в двойной шкуре, скрывающего истинный облик от всех? Будь проклята эта магия!

Но вулх уже снова становился человеком, и Седракс открыл глаза, и Одиннадцать снова угрожали Троим, а за спиной иссохшие полосатые уроды в призрачных плащах, сотканных из самой Тьмы, наступали на хорингов, и Опережающий нервно звенел в руке, ожидая схватки… Моран прикоснулся к ошейнику. Потом. Все потом. Если они выживут. Ведь убивают же люди людей, в конце концов?!

Да, но вулхи не убивают вулхов.

Аншан вдруг выкрикнул что-то злобное и неразборчивое. И метнул в Ассанга обыкновенную серебряную звездочку. Пятилучевик с бритвенно заточенными лучами.

Ассанг молниеносно обернулся и отпрыгнул в сторону. Звездочка с почти неслышным свистом пронеслась рядом с его лицом, стукнулась о дольмен и со звоном упала на камень.

И все-таки он отвлекся. Обычный огненный шарик, ничем не отличающийся от тех, которыми бросались крылатые вампиры, вырвался из ладони мага левого крыла и попал Ассангу в плечо.

– Дж-ж-ж… – успел сказать Ассанг и упал. Тело его странно замерцало, изогнулось в судороге – и пропало. Только кучка одежды глупо валялась на камнях, разметав пустые штанины и рукава.

Тури и Морану показалось, что их вновь настигла магическая слепота. Но длилась она лишь крохотный обломок мгновения. Зрение вернулось к мадхету и анхайру – обычное зрение оборотней, лучше звериного и человеческого, но не сравнимое с Истинным взглядом. Заклятие Истинного взгляда развеялось с исчезновением Ассанга.

Седракс обессиленно шагнул назад, взмахом руки отсылая оба крыла магов в обычный бой. Поединок с Ассангом исчерпал его мощь. Ему нужна была передышка, чтобы восстановить способность управлять силой Одиннадцати.

Аншан сверкнул глазами на предводителя:

– Зачем беречь магию? Вот он – Трон!

– Есть еще Ульфенор, – холодно сказал Седракс. – Я опасаюсь шерхов. И тебе того же советую. Или ты не совладаешь с двумя недоносками без помощи магии?

Аншан томно улыбнулся. Сверкнули белые зубы под щеточкой черных усов.

Двое оборотней оказались перед стеной из десяти бойцов.

Моран не медлил. Он хмуро усмехнулся и шагнул вперед. Опережающий совершил филигранный проворот и обрушился на коренастого мага-человека, одного из Одиннадцати. Тури, лишившись магического зрения, растерянно заморгала. Она попыталась воспользоваться внутренним взглядом, который вел ее к У-Наринне, но это была ошибка. Все вокруг сверкало таким нестерпимым золотым огнем, что Тури в ужасе мысленно зажмурилась. Нет уж, магию лучше оставить чародеям. Да где же Ассанг, джерхова задница! Неужели Седраксу удалось отправить его во Тьму?!

Седракс вполне мог рассчитывать на успех – десять против двоих. Он не учел только одного: маги редко владеют мечом лучше наемников. Или лучше телохранителей. Моран быстро ранил двоих магов в левом крыле и оглушил третьего, а сам всего лишь слегка оцарапал щеку о чужую гарду в стремительном выпаде. Тури осталась стоять, привалившись спиной к дольмену. Двое светловолосых магов с длинными северными мечами насели на нее, загородив от остальных. Девушке приходилось трудно. С любым другим мечом в руке она давно бы рухнула под клинками северян. Но Опережающий, казалось, сам рвался навстречу вражеской стали.

Мечи северян тоже были непростыми. Текучая вязь рун опоясывала длинные рукояти, переходя в узор плетеных гард, ветвистых, как растопыренные оленьи рога. При каждом скресте с Опережающим магические клинки вспыхивали ярко-зеленым светом. Тури только щурила глаза и берегла дыхание, стараясь поспеть рукой и всем телом за движением Опережающего. Схватка поглотила ее целиком.

Стрелы у магов к этому моменту уже закончились. Остались в телах врагов, разбросанных в первом и втором кругах У-Наринны.

В глазах Морана, окруженного врагами, сияла мрачная радость боя. Анхайр был в своей стихии. Он рубил сплеча, он колол врага острием, он отражал несколько ударов одновременно, не упуская возможности врезать противнику ногой по колену или в пах. Опережающий в его правой руке уже даже не пел, а стонал от наслаждения боем. В левой руке анхайра сверкал узкий хорингский кинжал, острый как игла. Моран коротко и мерно выдыхал в такт ударам: «Ы-ых! Ы-ых!» Из пятерых его противников ни один не оставался невредимым. Правда, у анхайра тоже текла кровь из рассеченного предплечья. А царапина на щеке уже не кровоточила.

Хорингам наконец удалось сократить число призрачных – Тил и Ульфенор дружной двойной вязью заплели черный клинок предводителя плащеносцев, а третий хоринг в цепи наотмашь рубанул мечом. Хлынула чужая кровь, орошая бесплодный камень, и призрачный, издав шепчущий стон, осел под ноги.

Секундой позже черный клинок его товарища пришел за жизнью Тила. Последний хоринг из отряда Иланда выронил меч и упал на колени, а потом ничком повалился в лужу темной крови призрачных. Лужа быстро краснела.

И хорингов осталось семеро.

Ульфенор отступил за спину Роэна и в немом отчаянии поднял взор к небесам. Черное солнце Ночи застыло в зените. Звезды влажно мерцали в темном небе. Мир ждал победителя. Теперь на Трон могут взойти либо Одиннадцать, либо Трое. Но хоринги и в этот раз потеряли шанс победить. Хотя пока и не проиграли.

– Таэл куома туа но! – крикнул старший из хорингов. – Санн-ма шерх У-Наринна!

Хрустальный тающий звук откликнулся из поднебесья.

Ульфенор повернулся к своим. Хоринги продолжали бой с призрачными противниками, не снижая темпа. Ульфенор знал, что его спутники, как и он сам, только что распрощались с жизнью. Они шли в У-Наринну, чтобы победить. На что им жизнь без победы? Теперь хоринги ждали, что скажет предводитель.

– Я чувствую, что Ассанг вышел из игры, – спокойно произнес он. – Но он жив, а значит, трое оборотней еще могут прийти к победе. Если мы им поможем. Поможем?

– Да! – воскликнул молодой Халимор, отчаянно бросаясь под клинок призрачного.

Остальные хоринги откликнулись молча. Мысленно. И Старшие приняли решение. Они отдадут свои силы, умение и жизнь, чтобы Трое взошли на Трон.

Халимор отбил страхующий веер противника и достал его мечом. Хорошо достал, начисто отрубив левую руку и повредив бок. Призрачный молча рухнул на землю. Тяжелораненый Роэн отразил выпад своего противника, резко побледнел, схватился за бок, разрубленный хоргом еще в первом круге У-Наринны, и упал на колени. Меч призрачного, летящий в голову Роэна, перехватил Синд, а Роэн с трудом отполз на несколько шагов и скорчился у подножия дольмена.

Один из оставшихся плащеносцев рубанул Халимора черным мечом. Он метил в шею, но молодой хоринг увернулся, и черный клинок рассек ему плечо.

Ульфенор позволил себе лишь один миг скорби и печали о потерянной цели. Бой продолжался. Предводитель хорингов оглянулся, чтобы узнать, как обстоят дела у союзников.

Дела были плохи.

Двое оборотней из последних сил отбивались от магов. Седракс руководил боем, сменяя мечников на острие атаки. Раненые ушли за спины остальных. Против Морана сейчас действовали двое – Аншан с кривым хадасским мечом и невысокий коренастый маг, работавший мечом и длинным кинжалом. Тури разрубила бедро одному северянину, и его место тотчас занял другой маг. Темноволосый, чем-то похожий на хоринга. Северянин, поколебавшись, бросил ему свой клинок. Но новый противник Тури оказался довольно слабым мечником. Он владел клинком хуже, чем рыжая девушка-мадхет. Опережающий без устали плясал в руке Тури – но сама она уже устала. И по ноге ее стекала кровь из колотой раны в боку.

– Лаэлли! Синд! – позвал Ульфенор тех спутников, кто лучше прочих владел магией.

Синд был ранен в руку. Лаэлли – в плечо. Они поняли его без слов, старые боевые товарищи, стоявшие рядом с совсем молодым Ульфенором еще на студеных халедских перевалах, отражавшие вместе с ним атаки хоргов у башен Дессена и даже помнившие мир без людей. Они слаженно ушли из строя за вожаком.