Режим бога. Зенит Красной Звезды (СИ) - Вязовский Алексей - Страница 63

Наконец, мы возвращаемся к Торговым рядам. Веселье там еще в полном разгаре, но нам пора обедать и ехать в Москву. Вечером у нас очень ответственное мероприятие - поход в Большой театр. И к нему еще нужно как следует подготовиться. Особенно моим "звездочкам". У автобуса нас ждет "хозяин" Суздаля - приехал лично удостовериться, что у нас все в порядке. Энергичный первый секретарь горкома, пузанчик в окружении разных инструкторов и помощников.

Сердечно благодарим его за отлично организованный досуг, обещаем непременно вернуться сюда еще раз. Глава города вызывается лично проводить нас на обед. Я не отказываюсь - зачем обижать хорошего человека. Длинный стол, накрыт в ресторане гостиницы и сервирован так, что даже у меня, повидавшего виды, отвисает челюсть. Посуда на столе - лучшие образцы хохломской росписи, и тут же гжель вперемешку с хрусталем. Все ярко, пестро, нарядно и очень по-русски. Официанты в ярко-красных косоворотках, подпоясанных кушаками, снуют за нашими спинами с огромными подносами в руках. Все блюда в самых лучших традициях русской кухни: и блины с икрой, и щи с грибами в горшочках и осетрина во всех ипостасях. Огромные ладьи, расписанные под хохлому, доверху наполнены пирожками с разной начинкой, а количество разносолов на столе превышает все разумные пределы - одной только квашеной капусты несколько видов. Не обед, а мечта гурмана... Наедаемся так, что когда на десерт подают запеченные с медом яблоки, места для них уже не хватает. А если еще учесть, что мы не утерпели и все-таки отведали с мороза медовухи, то у всех нас теперь только одна мечта - добраться побыстрее до автобуса и вздремнуть на обратном пути. Прощаемся с радушными хозяевами, еще раз от души благодарим за теплый прием, и отбываем в Первопрестольную... Поездка в Суздаль удалась на славу...

---

К Большому мы с Картерами подъезжаем первыми. Я выхожу из "Мерса", открываю заднюю дверь и подаю руку своей чернокожей спутнице. Моника шустро выбирается из машины, и мы с ней тут же попадаем под объективы фотоаппаратов. Рядом с нами притормаживает наша служебная Волга, на которой прибыли "звездочки", и я спешу открыть им дверь. Девчонки сегодня чудо, как хороши. Они и так-то у меня красавицы, но сегодня особенно: в длинных вечерних платьях, меховых жакетах и в туфлях на высоких шпильках; в ушах и на шеях недавно приобретенные украшения из 200-й секции. Всего в меру, все по-европейски стильно и модно - хоть сейчас на обложку Космополитена. Да я и сам выгляжу ничего, в своем любимом Бербери и в черном смокинге.

Моника болтает с девчонками, как со старыми знакомыми, расспрашивает их о предстоящем спектакле. Я ищу глазами афишу и ...едва не давлюсь воздухом от увиденного. "ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО". Бля!!! Мы будем смотреть сегодня Лебединое озеро! Нет, похоже, этот балет для СССР - палочка выручалочка на все времена. Нервный смех, который на меня напал после изучения афиши, моим спутникам совершенно не понятен, а я все никак не могу остановиться - прошлое продолжает напоминать о себе, причем в самый неподходящий момент.

Когда мы проходим внутрь и снимем верхнюю одежду, обнаруживается, что Картеры сегодня тоже принарядились - Пончо в модном костюме, который сидит на нем очень даже неплохо, а Моника ...она у нас словно маленькая принцесса. На девочке надето синее бархатное платье длиной ниже колен, с белым кружевным воротником, а на ее ногах белые колготы и лакированные синие туфли с ремешками. Все вместе мы застываем весьма живописной группой на парадной лестнице, давая журналистам снять нас в самых разных ракурсах. И есть у меня тихое подозрение, что кадров со "звездочками" американские репортеры наделали сейчас не меньше, чем со мной и Моникой. Не спеша идем со свитой из репортеров по залам и коридорам здания, направляясь в царскую ложу. Моника восторженно крутит головой по сторонам и тихо признается мне, что в театре она первый раз в жизни. Говорю ей, что она правильно начала свое знакомство с Большого - с далеко не худшего образца. Пончо громко смеется над моей шуткой.

- Виктор, у нас в Америке и близко нет ничего похожего!

Ну, это он, скорее всего, поскромничал. Старые театры в Америке все-таки есть, пусть и не такие прославленные, как в Европе. Но здесь, сейчас, эта легкая потертость позолоты и тканей, запах старого дерева и еще чего-то неуловимого придает нашему походу за искусством совершенно особый колорит. Да, я не раз бывал здесь после известной реконструкции, и уверенно могу сказать, что она поведена просто блестяще, но ...вместе с ней был навсегда утерян этот особый, ни с чем несравнимый дух старинного театра. Утерян, увы. А вот сейчас я снова могу дышать им полной грудью и тихо радоваться... У входа в царскую ложу, которую охраняют двое в штатском, мы прощаемся с журналистами - их ждет партер. А нас ...нас тоже уже ждут.

В небольшом помещении, которое предваряет вход в ложу, накрыт стол - шампанское, блюда с бутербродами, пара многоярусных горок с разнообразными пирожными и вазы с разными конфетами. Из кресел навстречу нам поднимаются Юрий Михайлович и Николай Анисимович. Представляю их Картерам, мужчины обмениваются крепкими рукопожатиями. Монике оба целуют руку, отчего наша принцесса страшно смущается. Моим "звездочкам" достаются мужские объятья и вполне заслуженные комплименты. Едва успеваем перекинуться парой слов, как в дверях появляются наши гранд дамы. Не знаю, как этого добилась Галина Леонидовна, но выглядит она просто превосходно! Понятно, что над ней поколдовали опытный косметолог, гример и парикмахер, но результат меня и правда впечатляет. Да она и сама это осознает - дочка Брежнева с удовольствием принимает комплименты мужчин и "звездочек", а потом незаметно подмигивает мне. Я украдкой показываю ей большой палец, на что она довольно смеется и кивает на Светлану Владимировну. Понятно, чья заслуга...! Одеты обе дамы нарядно и богато - платья с люрексом, бриллианты на пальцах и в ушах, шикарные меховые палантины - все по высшему советскому разряду.

Наконец, раздается третий звонок, и мы занимаем наши места в ложе. В первом ряду стоят шесть кресел, куда мы усаживаем всех наших женщин, сами садимся вторым рядом. По залу разносится возбужденный гул голосов, и все головы вдруг поворачиваются к нашей ложе. Кто-то из знакомых приветствует Щелоковых и Чурбановых из соседней ложи, Галина Леонидовна приветливо машет им рукой в ответ. Американские репортеры даже из партера умудряются сделать ценные кадры, на которых Моника сидит рядом с дочерью Брежнева. Я тоже машу знакомым. Вижу Билла Прауда со спутницей, Розу Афанасьевну. Бабуля Лады смотрит на нас в театральный бинокль. Отлично! Нам сейчас просто необходима новая волна слухов о том, что положение Брежневой и ее мужа ничуть не пошатнулось после отставки серьезно заболевшего Генсека, и даже наоборот - оно значительно укрепилось. Пусть теперь американцы гадают о перипетиях борьбы между кремлевскими группировками.

Свет медленно гаснет, и спектакль начинается... Моника уже успела прочесть либретто в выданной ей программке на английском языке и теперь восхищенно следит за происходящем на сцене. Красивые декорации, воздушные белоснежные пачки на балеринах, отточенные движения танцоров... Девочка в полном восторге от разворачивающейся перед ней сказки. Правда, ей до слез жалко заколдованную принцессу.

-Витья, но ведь все будет хорошо?! Зигфрид и Одетта будут же вместе?

- Обязательно будут!

Моника видимо не очень внимательно прочитала либретто и теперь не до конца понимает происходящее на сцене, а я не спешу разочаровывать ее драматической развязкой сюжета. Особенно Монике нравится Зигфрид, и она мечтательно шепчет мне.

- Ах, Витья... он такой красивый... просто настоящий принц.

Лада, сидящая рядом с ней, слышит это и переводит слова Моники Галине Леонидовне. Все взрослые понятливо улыбаются, слушая восторженные охи девочки. В антракте Светлана Владимировна предлагает всем пройтись немного. Мужчины наотрез отказываются, и сопровождать дам приходится мне. Стоит нам выйти, как мы тут же снова попадаем под объективы фотокамер. Американские репортеры засыпают нас вопросами на ломаном русском, и опять отдуваться за всех приходится мне. Старшие дамы доброжелательно улыбаются журналистам, но упорно молчат, делая вид, что не понимают их вопросов, зато все мои "звездочки" очаровательно улыбаются американцам и позируют на камеру. Я приятно удивлен их раскованным поведением: ни Альдона, ни даже Вера сегодня не зажимаются перед камерой, и ведут себя очень естественно, а про Ладу я вообще молчу. В Англии с ними определенно можно будет выходить в свет, надеюсь девчонки это испытание теперь выдержат.