Котятки, или как я была женой психопата (СИ) - Белоконская Татьяна Сергеевна - Страница 23

***

Я завела кота. Совсем не планировала заводить именно такого. Мечтала о черной гладкошерстной сучке. Даже имя подобрала - Мими. Из романа Каори Экуни "Ты сияй, звезда ночная". Еще хотела с разноцветными глазами, но такие бывают только белые. Мечту преобразила в связи с невозможностью получить разноглазую.

Отдала мне его одна женщина, нашедшая на мусорке без разреза глаз. Мамка бросила, видимо, из-за физического уродства и добрая женщина не прошла мимо. Глазки разрезали и отдали котенка мне. На Мими он никак не был похож - рыжий, пушистый и кобель. Назвала Хопой (от hope - надежда, англ.), так он стал символом перемен и надежды на лучшее.

Что происходит не так, как нам хочется изначально, кажется неправильным. И только со временем мы понимаем, что именно так было и нужно. Я хотела честного раздела иммущества и черную Мими. Осталась с малогабаритной ипотечной квартирой и Хопой. Но искренне верила, что не зря.

***

Я начала мыслить и абстрагироваться. Диалоги с подружками стали иными, тему Артема мы затрагивали мало.

Девчата у меня замечательные и каждая уникальная.

Леся, с которой подружились в 8-м классе и расставаться не собираемся. Уникальная женщина, талантливый фотограф и чистейшая душа.

Олеся - еврейка. Будучи еще малявками, мы проводили неделю летних каникул на даче у моей бабушки. Однажды я зашла в комнату, а она плакала. При чем навзрыд. Я долго не могла успокоить подружку, которая впоследствии выдавила из себя:

- Я хочу рассказать тебе тайну...

- Расскажи, конечно.

- Я еврейка.

- ???

- Что?

- А тайна какая?

- Я еврейка, ты глухая?

- И что?

- Ниче!

Она не признавалась никому в своих корнях. При чем корни были ортодоксальными, ведь еврейство передалось ей от матери. 100% дочь Соломона. Страх озвучить удивлял меня с детства. Я не понимала, как можно печалиться о происхождении. Ну еврейка, и что? Важно же, что не говно.

Мы обнялись и больше эту тему не поднимали. Уле болело, так как ее семья прошла Холокост. Меня же заботило качество дружбы, которое не опорочило себя по сей день. Искренняя, активная, высоко духовная личность, которой можно набрать в 5:12 утра и рассказать, что болит. И та выслушает, более того, поможет.

После разъезда с Артемом Леся привозила мне еду и баловала молочным шоколадом, который обожаю, но позволить себе плитку тогда не могла. Одалживала деньги в тяжелые времена и никогда не требовала обратно: "Когда сможешь, отдашь. Мне не горит. Пусть все будут здоровы, остальное - не важно!"

С 8 класса ни одной ссоры. Возможно, потому что видимся раз в год? Хотя, пропасть между душами могла бы и так редко обеспечить почву для недопонимания или конфликта.

Леся грандиозно вышла замуж. Потрясающее платье, море гостей и таков же объем надежд на "смерть в один день". Через 11 лет любви муж ее бросил, аргументировав желанием свободы. Развод переживала тяжело, даже слишком. Год на дне иллюзий, надежд и лицом к лицу со страхом остаться одной навсегда.

Постепенно выкарабкалась, ее силе и мужеству я завидовала всегда. Будучи на дне, ощущая бессилие и собственное ничтожество (а как еще чувствует себя брошенка?), твердила как мантру "Пусть все будут здоровы, остальное - не важно!"

***

Оля. Безупречная бизнес-леди, всегда ухоженная и с тонким голосом. Этим голосом могла призвать армию и взглядом уложить врага. Тактичная, вежливая и слишком одинокая. Наши редкие встречи я воспринимала праздником и всегда готовилась: мыла полы, вспоминала приготовленные блюда прошлых встреч, чтобы не повторяться.

Оля любила порядок, чистоту и немецкую четкость. В свои 33 понимаю, что плясать перед другими уже смешно, но подготовка "вечернего совещания" мне доставляет радость. К тому же, она никогда не приходила пустой. Из ее рук я получала интереснейшие книги, приятные безделушки для дома, косметику, вкусняшки для Ивана и белое сухое вино к столу. Оля даже пылесос мне сдала в бессрочную аренду. Тянет, аж гай шумит.

Компания Оли - это снисхождение глубины интеллекта и высокой духовности под маской жесткости в мой маленький дом, где она становилась девочкой со слабостями, влюбленностями и такими же косяками, как у меня.

Ее общество повышало мою самооценку до highest level. Казалось, если барышня такого уровня общается со мной, проявляет интерес и делится сокровенным, значит, есть во мне что-то. Не банальное. Поддержка была всеобъемлющей и не осуждающей. Всегда: "Ты умница, сильная, справишься". Этого было достаточно, чтобы напитаться дополнительными силами и ломить сквозь жизнь дальше.

У Оли был роман. Чуткий, страстный, казалось, перспективный. Он женат, но обещал развестись. (Божечки, как же банально) Выбирали место для детской кроватки и имя будущей малышки. Оля читала его лирические письма, делилась интимностями.

Стала женственнее, легче, воздушнее. Как и все влюбленные до беспамятства женщины. Через год он исчез. Без слов, объяснений или надуманных оправданий. Вообще, без ничего. Ссыкливо, как гиена. Оля ни разу не дала о себе знать, не выясняла причин бомбардировками из ночных сообщений. Осталась при своем - гордой и одинокой.

Заживала долго. Не уверенна, что не болит ей до сих пор.

***

Юличка. Умница. Прекрасная хозяйка и задушевный друг. Юличка слишком много говорит, перескакивает с одного на другое, часом невнятно изъясняется, что сообразить предмет вербализации бывает сложно.

Зациклена на себе и своей несчастности. 10 лет назад бывший муж завел любовницу и ушел. Изображая достоинство и давясь слезами в одиночестве, Юличка отпустила любимого ко всем чертям. Тот, будучи мелким мужчинкой и, соответственно, жлобом, вынес из их квартиры, которую им подарили Юличкины родители, бытовую технику, лампочки, кухонную утварь и постельное белье. Так же Юличкин папа выплатил половину стоимости квартиры, ибо дарилось жилье после свадьбы и без рассчета, что муж дочери окажется негодяем.

Юличка рыдала много лет, занимаясь самобичеванием и самоунижением. Отчего-то ей казалось, что в ней неисправимый изъян, коли любимый разлюбил.

Юличка - обладательница кожи младенца в области лица. Смотришь на человека и удивляешься "Это действительно лицо 40-летней женщины или кажется?" Без единого прыщика, угорька, морщинки. Как попка новорожденного малыша. Как Варины ноги, так Юличкин фейс был достоянием генетики. Ибо пила безбожно, нервничала на рабочие и родственные темы неистово, печалилась о личной неустроенности и бездетности максимально. Личико же стирало печали и стрессы, как будто живет жизнью принцессы.

Юличка не могла выйти замуж, совместно нажитый кот несколько лет назад умер. Перебивается транзитными любовниками, женатыми или просто придурками.

Юличка очень теплая женщина. Когда входишь в ее квартиру, окунаешься в невероятно густой и тягучий запах. Колаборация тушенной картошки, сигарет, конфет к моему приходу и кулечка от ее мамочки: баночки томатного сока или овощей с дачи. Так пахнет дом доброго человека. Обстановка незамысловатая, но ощущения гостеприимства чрезмерно богаты.

Юличка заваривает отвратительный кофе - полчашки быстрорастворимого плюс столько же холодного молока. Подсластить такую водяную композицию достаточно проблематично, так как сахар просто не растворяется в полу-холодном химическом отваре. Но я все равно его кладу и погружаюсь в дружбу.

Она та, к которой можно без проблем приехать после полуночи, вывалить на стол наболевшее, получить правильный совет и юмористическую поддержку. Она та, к которой я мчала через полгорода вечерних пробок или ночной автомобильной пустоты, чтобы вдохнуть запах ее дома и порой даже не озвучить "предмет беды". При этом уезжала удовлетворенной, как после секса.